Страница 88 из 113
[23]Теме боговидения посвящена часть Слова 28-го (2-го О богословии), где Григорий, говоря о различных явлениях Бога ветхозаветным праведникам, доказывает, что ни один из них не видел Бога в Его бестелесной и невидимой сущности; они могли только видеть Бога в человеческом облике:Великий патриарх Авраам, хотя и оправдался верою [24] и принес Богу необычную жертву, прообраз великой Жертвы, [25] однако же видел Бога не как Бога, но напитал как человека; [26] он похвален как потивший (Бога) в меру своего постижения. Иаков видел во сне высокую лестницу и восхождение ангелов, [27] он таинственно помазывает камень... и называет то место "вид Божий" [28] в честь Явившегося на нем... Он борется с Богом, как с человеком,- была ли это борьба Бога с человеком или, может быть, сравнение человеческой добродетели с Богом... Но ни он, ни кто-либо другой после него из двенадцати колен, отцом которых он был, до сего дня не похвалился, что вместил всецелую природу Божию или всецелый вид Бога. [29]Для человека возможно ощущение присутствия Божия, возможно созерцание Бога в неких таинственных символах и образах, возможно, наконец, мистическое восхищение и пребывание с Богом на "третьем небе"; при всем том Бог продолжает оставаться невидимым и сущность Его непостижимой.
Всякое явление Бога, как подчеркивает Григорий, есть лишь некое присутствие Того, Кто по Своей природе безмерно величественнее любого Своего видимого проявления, но и это присутствие бывает невместимым для человека, и об этом частичном и неполном опыте человек не в силах рассказать словами:И для Илии не сильный ветер, не огонь, н землетрясение, как слышишь из истории, но некий тихий ветерок обозначил Божие присутствие, [30] но не природу Божию... Не удивляешься ли ты, во-первых, судье Маною, а затем апостолу Петру? Один не выносит видения явившегося ему Бога и потому говорит: погибли мы, жена, ибо видели мы Бога, [31] - чем показывает, для человека невместимо даже явление Бога, а тем более Его природа. Другой же не пускал в лодку явившегося Христа и поэтому отсылал Его от себя… [32] Что же сказать об Исаии и о Иезекииле, созерцателе величайших тайн, и о прочих пророках? Один из них видел самого Господа Сафаофа, сидящего на престоле славы, но и Его видел окруженным, славимым и скрываемым шестикрылыми серафимами… [33] Другой же описывает колесницу Божию - херувимов, и над ними престол, и над престолом твердь, и на тверди Явившегося, а также какие-то голоса, движения и действия.
[34] Но было ли то дневное явление, созерцаемое только святыми, или нелживое ночное видение, или представление нашего ума, [35] когда будущее предстает, словно настоящее, или другой какой-либо вид пророчества - этого я не могу сказать... По крайней мере ни те, о которых мы говорим, ни кто-либо другий после них... не видел и не изъяснил природу Божию. Если бы Павел мог открыть, что заключали в себе третье небо [36] и путь к нему,- восхождение или восхищение,- тогда, может быть, узнали мы о Боге нечто большее... Но поскольку это было неизреченно, то почтим и мы молчанием. [37]Таким образом, и богопознание, и боговидение являются уделом человека на вершинах его мистического опыта, однако лишь в той степени, в какой это вообще возможно для человеческой природы. Видение Бога становится возможным для того, кто очистил себя, достиг состояния обожения и пребывает в молитве. Однако и в этом случае человек созерцает Бога лишь "сзади", то есть ощущает таинственное присутствие Господа, остающегося непостижимым, неизъяснимым, недоступным, невместимым и невидимым.Против ересей 4, 20, 7. ^Ин. 1:18. ^Ириней Лионский. Против ересей 4, 6, 6. ^Ср. Феофил Антиохийский. К Автолику 1.2. ^Ср. Григорий Нисский. Толкование Блаженств 6 (ed. Callahan, 141). ^1 Ин. 3:2. ^См. раздел "Непостижимость Бога" в главе III. ^Сл. 44, 3; PG 36, 609 = 1.656. ^PG 37, 973 = 2.53. ^PG 37, 538 = 2.138. ^Ср. Мф. 5:8.
^PG 37, 1559-1560 = 2.262. ^Мф. 5:8. ^Сл. 45, 11; PG 36, 637 = 1.668. ^1 Кор. 13:12. ^Ср. 2 Кор. 12:2-4. ^Ср. Фил. 1:23. ^Ср. Исх. 33:18-23. ^Сл. 32, 15, 18-16, 5; SC 318, 118 = 1.471. ^Ср. Ориген. Беседы на Иеремию 16,2 (PG 13, 441 A). ^Ср. Ориген.Беседа 4, 1 на Пс. 36 (PG 12, 1350 C). ^Сл. 28, 3, 5-7; SC 250, 104 = 1.393. ^Сл. 37, 3, 2-13; SC 318, 276 = 1.511. ^Ср. Рим. 4:3; 3:28; Евр. 11:8-9. ^Ср. Быт. 22:2. Рассказ о жертвоприношении Исаака традиционно воспринимался как прообраз искупительной жертвы Христа-Спасителя. ^Ср. Быт. 18:6-8. ^Ср. Быт. 28:12. ^Ср. Быт. 28:17-18. ^Сл. 28, 18, 7-24; SC 250, 136-138 = 1.402-403. ^Ср. 3 Цар. 19:11-12. ^Ср. Суд. 13:22. ^Ср. Лк. 5:3-8. ^Ср. Ис. 6:1-3. ^Ср. Иезек. 1:22-27. ^Букв. "владычественного в нас". ^Ср. 2 Кор. 12:2-4. ^Сл. 28, 19, 1-20, 5; 138-140 = 1.403. ^
3. Обожение
В богословской и мистической системе Григория идея обожения занимает абсолютно центральное место: она - cantus firmus всего корпуса его сочинений, от Слова 1-го, произнесенного на заре его богословской деятельности, до Слова 45-го, написанного им на закате жизни. При рассмотрении темы обожения у Григория Богослова мы выделим три аспекта: христологический, сотериологический и эсхатологический. В соответствии с этим тема обожения будет сначала рассмотрена в контексте учения Григория о Боговоплощении; затем - в контексте его учения о спасении человека через Церковь и таинства, через следование нормам христианской нравственности и аскетический образ жизни; наконец, мы укажем на то, как идея обожения повлияла на эсхатологическое видение Григория.
Обожение во Христе
Терминология "обожения", используемая в сочинениях восточно-христианских Отцов Церкви, заимствована главным образом из греческой философской традиции, однако само учение об обожении имеет библейское происхождение. Представление о людях как "богах", [1] учение об образе и подобии Божием в человеке, [2] темы усыновления Богу, [3] причастности человека Божественному естеству [4] и Божественному бессмертию [5] - все это легло в основу святоотеческого учения об обожении.Учение об обожении человека воплотившимся Богом содержится уже у Иринея Лионского, по словам которого Сын Божий "сделался тем, что и мы, дабы нас сделать тем, что и Он". [6] "...Для того Слово Божие сделалось человеком и Сын Божий - Сыном Человеческим,- говорит Ириней,- чтобы человек, соединившись с Сыном Божиим и получив усыновление, сделался сыном Божиим". [7] Иными словами, благодаря Боговоплощению человек становится тем же по "усыновлению", чем Сын Божий является по природе. Тема обожения во Христе получила дальнейшее развитие в трудах Климента Александрийского и Оригена. Терминология обожения употреблялась и в среде никейцев IV века, в частности, у Афанасия Александрийского, которому удалось выразить учение об обожении в еще более лаконичной форме, чем это делал Ириней: "(Слово) вочеловечилось, чтобы мы обожились".
[8]Однако именно у Григория Богослова тема обожения становится центральной и именно после него она станет сердцевиной всей религиозной жизни христианского Востока и идеей, вокруг которой будут вращаться основные вопросы догматики, этики и мистики. [9] Как отмечает ученый, "ни один христианский богослов до Григория не употреблял термин "обожение" (theōsis) столь часто и последовательно, как это делал он; и в терминологическом, и в концептуальном смысле он шел далеко впереди своих предшественников в постоянном обращении к теме обожения". [10] Уже в его первом публичном выступлении темы образа Божия, уподобления Христу, усыновления Богу и обожения человека во Христе становятся основополагающими:...Отдадим Образу сотворенное по образу, познаем свое достоинство, почтим Первообраз, уразумеем силу таинства [11] и то, за кого Христос умер. Станем, как Христос, ибо и Он стал, как мы: станем богами благодаря Ему, ибо и Он - человек ради нас. Он воспринял худшее, чтобы дать нам лучшее; обнищал, чтобы мы обогатились Его нищетой; принял образ раба, чтобы мы получили свободу; снисшел, чтобы мы вознеслись; был искушен, чтобы мы победили; был обесславлен, чтобы мы прославились; умер, чтобы мы были спасены...
Пусть человек все отдаст, все принесет в дар Тому, Кто отдал себя в выкуп и в обмен: никакой дар не сравнится с тем, чтобы человек отдал Ему самого себя познавшим силу таинства и сделавшегося для Христа всем, чем Он сделался ради нас. [12]Целью Боговоплощения,- говорит Григорий в Слове 2-м,- было "сделать (человека) богом и причастником высшего блаженства". [13] Своими страданиями Христос обожил человека, смешав человеческий образ с небесным. [14] Закваска обожения сделала человеческую плоть "новым смешением", а ум, приняв в себя эту закваску, "смешался с Богом, обожившись через Божество". [15]Формулы Иринея и Афанасия возникают в сочинениях Григория в разных модификациях: "Будучи Богом, Ты стал человеком, смешавшись со смертными; Богом был Ты от начала, человеком же стал впоследствии, чтобы сделать меня богом после того, как Ты стал человеком"; [16] "(Христос) сделал меня богом через Свою человеческую (природу)"; [17] "(Слово) было Богом, но стало человеком, как мы, чтобы, смешавшись с земными, соединить с нами Бога"; [18] "Как человек, (Слово) ходатайствует о моем спасении.., пока не сделает меня богом силою Своего вочеловечения"; [19] "Поскольку человек не стал богом, сам Бог стал человеком.., чтобы посредством воспринятого воссоздать дарованное, уничтожить осуждение всецелого греха и через Умертвившего умертвить умертвителя".