Православие и современность. Электронная библиотека
В самом деле, если мы согласимся с тем, что для каждого человека будет определено свое время воскресения, то картина воскресения человечества предстанет как непрерывная цепь восстания умерших, что противоречит учению о едином и всеобщем воскресении и ясным на этот счет свидетельствам Священного Писания.
Ввиду явной неприемлемости такого толкования мы склонны признать, что Апостол говорит здесь не о временной последовательности, а о различном достоинстве воскресших. Выше он сказал, что во Христе все оживут, но поскольку эти слова могут дать повод к заключению мысли, что все воскресшие будут жить во Христе духовною жизнью, то он прибавляет: "Каждый в своем порядке". Итак, хотя все воскреснут во Христе, но воскресение будет иметь для каждого различные следствия. "Иная слава Солнца, иная Луны, иная звезд... так и при воскресении мертвых" (1 Кор. 15, 41).
Необходимо отметить, что слова Апостола "потом Христовы, в пришествие Его" (1 Кор. 15, 22) прямо указывают на временную последовательность в воскресении, а именно: сначала воскрес Христос, как совершитель нашего спасения и слава человеческого рода, при Втором Пришествии же Его восстанут и Христовы. Только и именно это безусловное указание на время и возможно извлечь из изреченного Апостолом.
Кого же Апостол называет "Христовыми"? Очевидно, что "Христовыми" являются все роды человеческие, на которые распространяются плоды Голгофской жертвы. Это со всей очевидностью следует из предыдущего стиха: "Во Христе все живут" (1 Кор. 15, 22).
Если от указанных нами мест Писания, приводимых в обоснование буквального понимания слов Апокалипсиса о первом воскресении (Откр. 20, 6) мы обратимся к другим стихам, содержащим учение о воскресении, то и здесь можем обнаружить немало указаний на единовременность воскресения и праведников, и грешников.
"Наступает время, - говорит Господь, - в которое все, находящиеся в гробах, услышат глас Сына Божиего и изыдут творившие добро в воскресение жизни, а делающие зло - в воскресение осуждения" (Ин. 5, 28-29). Хотя употребленное здесь слово "время" можно трактовать как определенный момент или как некоторый временной промежуток, это ни в коей мере не подвергает сомнению факт единства Воскресения, что Воскресение праведников и грешников явится следствием единого гласа Сына Божиего, что с очевидностью раскрывает вышеприведенный стих Писания.
Из слов Самого Спасителя нам возвещено, что Пришествие Его будет как "молния, которая исходит от востока и видна бывает даже до запада" (Мф. 24, 27), а значит оно будет явлено всему миру, а не одним только избранным. Итак, череда событий: воскресение мертвых, суд на родом человеческим, изменение неба и земли составят грандиозное явление Второго Пришествия. Все эти события находятся в строгом временном соподчинении. Иеговисты учат о первом и втором воскресении, неправомерно разделяя эти события.
Человечество еще не пережило этих эсхатологических событий последних времен, поэтому ни о каком воскресении в подлинном смысле этого слова не может быть и речи. 5. О смерти первой и смерти второй В чем же состоит истинное содержание Священного Писания о первом воскресении (Откр. 20, 5)? Для выяснения того, что здесь разумел Апостол, лучше всего обратиться к понятию, сущностно противоположному Воскресению, - смерти. Писание различает два вида смерти: смерть духовная (Рим. 6, 13; Еф. 2, 1-6) указует на то, что дух человека пребывает во грехе и осуждении от Бога, и смерть физическая означает разлучение тела и души (Быт. 35, 29). Наши прародители претерпели оба рода смерти, один раз умерши духовно в день, когда нарушили заповедь Божию (Быт. 2, 17), и телесно, спустя много лет после грехопадения. Подобно этому и в акте возвращения человека к вечной жизни во Христе мы можем различать две последовательные ступени: обращение от греха и примирение с Богом, что с полным правом можно назвать воскресением первым и следующим за ним второе воскресение с обновленным телом. Об этих двух воскресениях человека и соответствующих им двух родах смерти, с присущим ему проникновением, говорит Иоанн Златоуст. "Смерть у нас двоякая, потому и Воскресение должно быть двоякое. А у Христа одна смерть, ибо Христос не согрешил, но и эта одна смерть была для нас, ибо Он не подлежал смерти, так как он был не причастен греху, следовательно и смерти. Поэтому Он и Воскрес Воскресением только от одной смерти, а мы, умершие двоякою смертию, воскреснем двояким воскресением. Одним мы воскресли пока от греха, ибо погреблись вместе с Ним через крещение. Это одно Воскресение - отпущение грехов, а второе - Воскресение тела. Он дал тебе большее, ожидай и меньшаго, первое воскресение гораздо важнее последнего, ибо гораздо важнее избавиться от грехов, нежели видеть тело воскресшим. Тело погибло потому, что согрешило, если грех есть начало падения, то начало восстания есть освобождение от греха. Мы уже восстали большим воскресением, избавились от тяжкой смерти греховной, сняв с себя ветхую одежду, не будем же отчаиваться в меньшем"164. Приемля слова Апостола о первом воскресении как о воскресении духовном, мы принимаем и вытекающий отсюда вывод, согласно которому праведники уже здесь на земле и за гробом до всеобщего Воскресения живут во Христе и царствуют с Ним, хотя и иначе, чем будут царствовать после воскресения тела. Итак, для праведников тысячелетнее царство, начавшееся здесь на земле, продолжается после их телесной смерти на небе - до всеобщего Воскресения.