Творения, том 12, книга 1
Не о всех мы говорим это и не просто против старости направляем речь свою, - я не забылся до такой степени, - но против юных душ, позорящих старость; не о старцах мы с прискорбием это говорим, но о тех, которые бесчестят свою седину. Старец есть царь, если захочет быть им, и даже царь более облеченного в багряницу, если повелевает страстями, если низводит страсти свои в ряд оруженосцев. Если же он увлекается и низлагается с престола, если становится рабом любостяжания, тщеславия, щегольства, пресыщения, пьянства, гнева и сладострастия, если умащает волосы свои елеем и явно бесчестит возраст своими прихотями, то какого наказания не достоин такой (старец)? Впрочем не будьте такими и вы, юноши; и вам непростительно, когда вы грешите. Почему? Как старец может оказаться в юности, как находящееся в старости бывают юношами, так и наоборот; и как там убеленные волосы не спасают никого, так и здесь черные волосы не служат препятствием. Если старца бесчестят дела, о которых я сказал, то тем более юношу; и юноше они не могут быть простительны. Юноша может получить извинение, когда, призванный к управлению делами, окажется неопытным, когда будет иметь нужду во времени и опыте, но не тогда, когда он должен оказывать целомудрие и мужество, или когда должен воздерживаться от любостяжания. Есть дела, в которых юноша осуждается более старца. Этот имеет нужду в большем о себе попечении, потому что старость ослабляет силы его; а тот, имея силы, если захочет, удовлетворять своим потребностям, может ли получить прощение, когда он не хочет этого, когда похищает более старца, злопамятствует, презирает (других), не заботится (о них) более старца, говорит многое безвременно, обижает, злословит, упивается? Если он думает, что не может быть осуждаем за нарушение целомудрия, то и здесь, смотри, как много имеет он средств (к его сохранению), если захочет. Хотя похоть в нем возбуждается сильнее, нежели в старце, но есть многое такое, что он может исполнять легче старца, и укрощать этого зверя. Что же это такое? Труды, чтение, всенощные бдения, посты.
Но, (скажете) для чего ты говоришь это нам, не монахам? Мне вы говорите это? Скажите лучше Павлу, который говорит: "бодрствуя" во всяком терпении и молитве (Кол. 4:2), который говорит: "попечения о плоти не превращайте в похоти" (Рим. 13:14); а он писал это не монахам только, но всем, живущим в городах. Мирянин не должен ничем отличаться от монаха, кроме одного только сожительства с женою; на это он имеет позволение, а на все прочее нет, но во всем должен поступать одинаково с монахом. И блаженства Христовы изречены не монахам только; иначе все погибло бы во вселенной, и мы могли бы укорять Бога в жестокости. Если блаженства сказаны только для одних монахов, и мирянину достигнуть их невозможно, а между тем (Бог) дозволил брак, то Он сам погубил всех; если в брачной жизни невозможно исполнять свойственное монахам, то все исказилось и погибло, круг добродетелей стал тесен. Как будет "Брак у всех [да будет] честен" (Евр. 13:4), если она служит нам таким препятствием к добродетели? Что же следует сказать? Возможно, очень возможно и имеющим жен быть добродетельными, если пожелают. Каким образом? Если они, имея жен, будут, "как не имеющие", если не будут радоваться стяжаниям, если будут пользоваться миром, как не пользующиеся (1 Кор. 7:29-31). Если же некоторые находили в браке препятствие (к добродетели), то пусть они знают, что не брак служить препятствием, а воля, злоупотребляющая браком, подобно как не вино производить пьянство, но злая воля и неумеренное его употребление. Пользуйся браком умеренно, и ты будешь первым в царствии небесном и удостоишься всех благ, которых да сподобимся все мы благодатью и человеколюбием Господа нашего Иисуса Христа, с Которым Отцу со Святым Духом слава, держава, честь, ныне и присно, и во веки веков. Аминь.
БЕСЕДА 8
"Ибо всякий первосвященник, из человеков избираемый, для человеков поставляется на служение Богу, чтобы приносить дары и жертвы за грехи, могущий снисходить невежествующим и заблуждающим, потому что и сам обложен немощью, и посему он должен как за народ, так и за себя приносить [жертвы] о грехах" (Евр. 5:1-3).
1. Теперь блаженный Павел намеревается показать, что этот (новый) завет гораздо лучше ветхого. Он делает это, развивая мысли издалека. Так как (в новом завете) не было ничего вещественного или образного, как-то: ни храма, ни святого святых, ни священника, облеченного в такие украшения, ни законных обрядов, но все высшее и совершеннейшее, не было ничего телесного, но все духовное, а духовное не так сильно действует на людей немощнейших, как телесное, поэтому (апостол) и предлагает все это учение. И посмотри на мудрость его: он начинает с первого священника, постоянно называя его архиереем, и на нем прежде всего показывает различие (между новым и ветхим заветами). Для этого он сначала определяет, что такое священник, показывает, какие свойства священника и какие знаки священства; и так как здесь встречалось недоумение в том, что (Христос) не был знатного рода, не происходил из священнического колена и не был на земле священником, и потому иные могли сказать: какой же Он священник? - то (апостол) поступает и теперь так же, как в послании к Римлянам. Там он, раскрывая неудобопонятную истину, что вера совершает то, чего не мог совершить труд законный и подвиг жизни, и желая доказать, что казавшееся невозможным исполнилось и оправдалось, указал на патриарха (Авраама) и всю речь обратил к тому времени (Рим. 4). Так точно и здесь он указывает другой путь к священству, представляя в пример тех, которые получали его прежде. Как в речи о наказании он поставляет на вид не только геенну, но и то, что случилось с праотцами, так точно и здесь сначала подтверждает истину предметами настоящими. Хотя следовало бы доказывать земное небесным, но так как слушатели были немощны, то он делает наоборот. При этом он наперед представляет то, что есть общего (между Христом и священником), а потом показывает, в чём Он имеет преимущество, так как при сравнении преимущество усматривается тогда, когда видно, в чем сходство и в чем превосходство; а если этого нет, то не может быть и сравнения. "Ибо всякий первосвященник, из человеков избираемый"; это - общее у Христа (с священником). "Для человеков поставляется на служение Богу", и это общее. "Чтобы приносить дары и жертвы" за народ; и это (общее), хотя не вполне. Но остальное уже не таково. "Могущий снисходить невежествующим и заблуждающим, потому что и сам обложен немощью, и посему он должен как за народ, так и за себя приносить [жертвы] о грехах". Далее присовокупляет еще нечто иное, именно, что (священник получает священство) от другого, а не сам присваивает его себе; и это - общее: "И никто сам собою не приемлет этой чести, но призываемый Богом, как и Аарон" (Евр.5:4). Здесь он предостерегает от другого (заблуждения) и показывает, что (Христос) был послан от Бога. То же часто говорил и сам Христос в беседе с иудеями: " Я от Бога исшел и пришел", и: "Я не Сам от Себя пришел" (Иоан. 8:42). Здесь, кажется мне, он также намекает на иудейских священников, как на неистинных священников, присвоивших себе (сан) и нарушавших закон священства. "Так и Христос не Сам Себе присвоил славу быть первосвященником" (Евр.5:5). Когда же, скажете, Он был рукоположен? Аарон был рукополагаем неоднократно, именно, при прозябении жезла и при нисшествия огня, истребившего тех, которые хотели присвоить себе священство; а здесь подобные люди не только не терпят ничего такого, а напротив пользуются доброю славою. Откуда же (священство Христово)? Это он доказывает пророчеством, (Священство Христово) не имеет в себе ничего чувственного, ничего видимого; потому он и доказывает его пророчеством и, во времени будущем: "но Тот, Кто сказал", - говорит, - " Ему: Ты Сын Мой, Я ныне родил Тебя". Сыну ли сказано это? Да, говорит, это сказано Сыну. Но способствует ли это к разрешению вопроса? И очень, потому что в этом заключается предуготовление к рукоположению от Бога. "Как и в другом [месте] говорит: Ты священник вовек по чину Мелхиседека" (Евр.5:6). Кому сказано это? Кто по чину Мелхиседекову? Никто другой, как Он, потому что все другие были под законом, все соблюдали субботу, все обрезывались: никого другого, говорит, никто указать не может. "Он, во дни плоти Своей, с сильным воплем и со слезами принес молитвы и моления Могущему спасти Его от смерти; и услышан был за [Свое] благоговение; хотя Он и Сын, однако страданиями навык послушанию" (Евр.5:7-8). Видишь ли, что объясняет здесь не что иное, как попечение и преизбыток любви (Христовой)? Что в самом деле значить: "с сильным воплем"? Евангелие нигде не говорит ни того, что (Христос) молясь плакал, ни того, что Он издавал вопль. Видишь ли, что этим означается Его снисхождение? Потому (апостол) не нашел достаточным сказать, что Он молился, но и - "с сильным воплем". "И услышан был", - говорит, - "за [Свое] благоговение". "Хотя Он и Сын, однако страданиями навык послушанию, и, совершившись, сделался для всех послушных Ему виновником спасения вечного, быв наречен от Бога Первосвященником по чину Мелхиседека" (Евр.5: 8,9-10). Пусть: "с воплем", но для чего: "с крепким"? "И со слезами принес", - говорит, - "и услышан был за [Свое] благоговение". Да устыдятся еретики, отвергающие действительность плоти (Христовой). Что говорит (апостол)? Сын Божий "и услышан был за [Свое] благоговение". Что же сказать о пророках? И какая последовательность в словах: "и услышан был за [Свое] благоговение", и дальнейших: "Хотя Он и Сын, однако страданиями навык послушанию"? Кто может сказать это о Боге? Кто так безумен? Какой сумасшедший может утверждать это? "И услышан был", - говорит, - "за [Свое] благоговение". "Хотя Он и Сын, однако страданиями навык послушанию". Какому Он научился послушанию? Оказавши еще прежде этого послушание даже до смерти, как Сын Отцу, как Он после научился послушание?
2. Видишь ли, что это сказано о плоти? И почему, скажи мне, Он молился Отцу об избавлении от смерти, был прискорбен и говорил: "если возможно, да минует Меня чаша сия" (Mат. 26:39)? О воскресении же Он никогда не молился Отцу, а напротив сам от Себя говорит: "разрушьте храм сей, и Я в три дня воздвигну его" (Иоан. 2:19); и еще: "Никто не отнимает ее у Меня, но Я Сам отдаю ее. Имею власть отдать ее и власть имею опять принять ее" (Иoан. 10:18). Что это значит? Почему Он молился? И в другом месте Он говорит: "вот, мы восходим в Иерусалим, и Сын Человеческий предан будет первосвященникам и книжникам, и осудят Его на смерть; и предадут Его язычникам на поругание и биение и распятие; и в третий день воскреснет" (Mат. 20:18-19); а не говорит: воскресит Меня Отец. Почему же о том Он молился? Но о ком Он молился? О верующих в Него. Смысл слов (апостола) следующий: Он скоро бывает услышан. Так как (слушатели) не имели надлежащего о Нем понятия, то и говорит, что Он был "услышан", - как и сам Он в утешение ученикам говорил: "Если бы вы любили Меня, то возрадовались бы, что Я сказал: иду к Отцу; ибо Отец Мой более Меня" (Иоан., 14:28). Почему же не сам прославил Себя Тот, кто сам истощил Себя и предал Себя (на смерть)? Он ведь отдал "Себя", - говорит Писание, - "за грехи наши" (Гал. 1:4); и еще: "предавший Себя для искупления всех" (1 Тим. 2:6). Что же это значит? Очевидно, что Он имел в виду плоть свою, когда говорит о Себе уничиженное. Так и здесь (апостол) говорит: "услышан был за [Свое] благоговение", желая показать, что это было более Его заслугою, нежели делом благодати Божией. Таково, говорит, было Его благоговение, что и за это Бог почтил Его. "Навык", - говорит, - "послушанию". Здесь он опять показывает, какова бывает польза от страданий. "И, совершившись, сделался для всех послушных Ему виновником спасения вечного". Если Он, будучи Сыном, получил пользу от страданий, научившись послушанию, то тем более (можем получить) мы. Видишь ли, как много (апостол) говорить о послушании, чтобы они были покорными? Мне кажется, что они часто оказывали непокорность и не следовали тому, что им говорилось; на это он намекает словами: "неспособны слушать". "Страданиями", говорит, Он постоянно научался повиноваться Богу. "И, совершившись", т.е. посредством страданий. Вот в чем состоит совершенство, вот чрез что следует достигать совершенства! И не только сам Он спасся, но и для других это обильно послужило во спасение. "И, совершившись", - говорит, - "сделался для всех послушных Ему виновником спасения вечного, быв наречен от Бога Первосвященником по чину Мелхиседека. О сем надлежало бы нам говорить много; но трудно истолковать, потому что вы сделались неспособны слушать" (Евр. 5:9-11). Намереваясь говорить о различии священства, он наперед обличает их, внушая, что такой снисходительный образ речи есть млеко, что по младенчеству их он более занимается уничиженным учением о плоти и говорит о Нем, как о каком-либо праведнике. При том, смотри, он и не умолчал об этом совершенно, и не высказал всего; первое сделал для того, чтобы возвысить их ум, убедить их стремиться к совершенству и не оставаться в неведении высоких догматов, а второе для того, чтобы не обременить ума их. "О сем", - говорит, - "надлежало бы нам говорить много; но трудно истолковать, потому что вы сделались неспособны слушать". "Трудно истолковать" потому, что не слушают. Кто имеет дело с людьми невнимательными и не понимающими преподаваемого, тот не может вполне объяснить им учения. Может быть, кто-нибудь из вас, стоящих здесь, смущается и считает несчастьем то, что (апостол) в евреях нашел препятствие преподать совершеннейшее учение. Хотя и здесь, я думаю, за исключением немногих, немало таких же, так что и об вас можно сказать то же самое, все же я буду говорить и для немногих. Итак, точно ли он умолчал, или после объяснил, подобно тому, как он сделал в послами к Римлянам? Там он, заградив наперед уста прекословившим и сказав: "А ты кто, человек, что споришь с Богом?" (Рим.9:20), потом предложил разрешение. Так и здесь, кажется мне, он и не вовсе умолчал и не высказал всего, чтобы возбудить в слушателях усердие. Напомнив им, что в словах его заключается нечто великое, смотри, как он вместе с похвалою соединяет обличение. Так всегда поступал мудрый Павел, смешивая неприятное с полезным. Например в послании к Галатам он говорит: "Вы шли хорошо: кто остановил вас" (Гал. 5:7)? и еще: "Столь многое потерпели вы неужели без пользы" (Гал. 4:3); и еще: "Я уверен о вас в Господе" (Гал. 5:10). То же он говорит и им (евреям): "мы надеемся, что вы в лучшем [состоянии] и держитесь спасения" (Евр. 6:9). Таким образом он достигает двух целей: и не слишком напрягает (ум), и не дозволяет им упасть (духом). Так и должно быть: если примеры других могут ободрить слушателя и возбудить в нём соревнование, то, когда кто находит пример в самом себе, когда повелевается ему соревновать с самим собою, тогда удобоисполнимость учения открывается гораздо более. Потому он внушает и это, не дозволяет им падать (духом) от сильного обличения и не говорит им так, как будто они всегда были недобрыми, но выражает, что некогда они были и добрыми. "Ибо, [судя] по времени, вам надлежало быть учителями" (Евр.5:12). Здесь он показывает что они уверовали уже давно, и потому, внушает, что они должны наставлять и других. Заметь, как он часто принимается говорить о первосвященнике и постоянно откладывает это; послушай именно, как он начал: "Итак, имея Первосвященника великого, прошедшего небеса"; и не сказав, как – "великого", - далее говорит: "всякий первосвященник, из человеков избираемый, для человеков поставляется на служение Богу"; и еще: "Так и Христос не Сам Себе присвоил славу быть первосвященником". Потом сказав: "Ты священник вовек по чину Мелхиседека", опять откладывает речь об этом и говорит: "Он, во дни плоти Своей, с сильным воплем и со слезами принес молитвы и моления ".
3. Так как он столько раз отклонялся (от главного предмета), то, как бы оправдываясь, говорит: причина этого - в вас. Увы какая несообразность. Те, которые должны были учить других, оставались не только учениками, но и последними из учеников. "Ибо, [судя] по времени", - говорит, - "вам надлежало быть учителями; но вас снова нужно учить первым началам слова Божия". "Первым началам слова Божия" он называет здесь учение о человечестве (Христовом). Как во внешних науках прежде всего должно изучить письмена, так и в слове Божием прежде должно узнать учение о человечестве. Видишь ли, по какой причини Павел говорит об уничиженном? Так он поступил и с афинянами, когда беседовал с ними: "оставляя времена неведения", - говорил он, - "Бог ныне повелевает людям всем повсюду покаяться, ибо Он назначил день, в который будет праведно судить вселенную, посредством предопределенного Им Мужа, подав удостоверение всем, воскресив Его из мертвых" (Деян. 17:30-31). Потому, если он что говорит о высоком, говорит кратко; а уничиженное рассеяно во многих местах послания. Таким образом открывается и высокое, потому что весьма уничиженное никак не может быть относимо к божеству. Точно так и здесь, соблюдая точность, он излагает уничиженное в отношении к человечеству; и причина в том, что слушатели его не могли воспринять совершенного. Это он особенно выразил в послании к Коринфянам, когда сказал: "Ибо если между вами зависть, споры и разногласия, то не плотские ли вы" (1 Кор, 3:3)? И посмотри на великую мудрость его, как он всегда обращается соответственно господствующим болезням. Там слабость происходила по большей части от невежества и еще более от пороков, а здесь не только от пороков, но и от постоянных скорбей; потому он употребляет и выражения такие, которые могут показать это различие, - там он сказал: "вы еще плотские" (1 Кор. 3:3), а здесь, где более было скорбей, говорит: "неспособны слушать". Те не могли принять, потому что были плотскими; а эти могли, - словами: "потому что вы сделались неспособны слушать", он выражает, что некогда они были здоровы, сильны, горели ревностью, и свидетельствует, что уже впоследствии они подверглись такой болезни. "И для вас нужно молоко, а не твердая пища". Молоком он везде называет уничиженное учение, и здесь и там. "По времени", - говорит, - "вам надлежало быть учителями "; как бы так говорит: потому самому, отчего вы особенно ослабели и сделались немощными, вы и должны быть особенно сильными - "по времени". А молоком он называет уничиженное учение потому, что оно приличествует немощнейшим; совершеннейшим же оно ненужно и долго останавливаться на нем им вредно. Потому теперь не должно привносить того, что было под законом, и не должно почитать (Христа) равным (священнику) потому, что и Он первосвященник, что и Он принес жертву и молился с воплем и слезами. И смотри, как это нам кажется неудобоприемлемым; а их тогда питало и нисколько не казалось для них неудобоприемлемым. Таким образом слово Божие есть истинная пища, питающая душу. А что слово (Божие) есть пища, это видно из следующего. "Пошлю", - сказал (Господь), - "на землю голод, - не голод хлеба, не жажду воды, но жажду слышания слов Господних" (Амос. 8:11). "Я питал вас молоком, а не [твердою] пищею" (1 Кор. 3:2). Не сказал: накормил (а: напоил), внушая, что это - не пища; выразился так, как бы о малых детях, которые не могут питаться хлебом, для которых это не питье, но пища служит им вместо питья. Так точно и здесь. Не сказал: имеете нужду, но: "для вас нужно молоко, а не твердая пища", - т.е. вы хотели, вы сами довели себя до такого состояния, до такой нужды. "Всякий, питаемый молоком, несведущ в слове правды, потому что он младенец" (Евр. 5:13). Что значит: "в слове правды"? Здесь, мне кажется, он намекает и на образ жизни. Подобным образом и Христос сказал: "если праведность ваша не превзойдет праведности книжников и фарисеев" (Mат. 5:20). Так и он говорит: "несведущ в слове правды", т.е. неопытный в вышнем любомудрии, не могущий вести высшей и совершенной жизни. Или здесь правдою он называет Христа и высокое о Нем учение. Сказав: "неспособны слушать", он не прибавил, отчего это, а предоставил им самим уразуметь, не желая сделать слова свои тягостными. В послании же к Галатам он выразил свое удивление и недоумение (Гал. 1:6), что гораздо более могло послужить к их утешению, когда тоже случилось с ними, как бы сверх его чаяния, - в этом и состоит недоумение. Видишь ли, что есть другое младенчество и другое совершенство (кроме телесного)? Постараемся же быть совершенными этим совершенством; можно и в детском и в юношеском возрасте достигнуть этого совершенства, потому что оно - дело не природы, а добродетели. "Твердая же пища свойственна совершенным, у которых чувства навыком приучены к различению добра и зла" (Евр. 5:14). Что это значит? Разве они не имели изощренных чувств и не знали, что добро и что зло? Не о жизни говорит он в словах: "к различению добра и зла", - знать это всякому человеку возможно и легко, - но о правых и высоких догматах, также неправых и низких учениях. Дитя не умеет различать худой и хорошей пищи, часто берет себе в рот грязь, принимает вредное и делает все без рассуждения. Но это - не совершенство. Таковы те, которые слушают все без различия и склоняют слух к нелепым учениям без рассуждения. Их он и обличает, как людей, непрестанно колеблющихся и предающихся то тем, то другим. На это он намекает и в конце послания, когда говорит: "Учениями различными и чуждыми не увлекайтесь " (Евр. 13:9). Вот что значит: "к различению добра и зла". Гортань вкушает яства, а душа уразумевает учения.
4. Итак, будем учиться и мы. Если ты услышишь, что (какой-нибудь еретик) - не язычник и не иудей, то не считай его тотчас же христианином, но узнавай и все другое: ведь и манихеи и все еретики принимали на себя эту личину, чтобы таким образом обольщать людей простейших. Если же мы будем иметь чувства души, навыком приученные к различению добра и зла, то будем в состоянии отличать их. А каким образом чувства наши делаются приученными? Непрестанным слушанием, упражнением в Писании. Если мы изложим их заблуждение, если ты послушаешь сегодня и завтра, и узнаешь, что они нехороши, то всему научишься, все узнаешь; если не поймешь сегодня, поймешь завтра. "У которых", - говорит, - "чувства навыком приучены". Видишь, что нам должно упражнять слух свой слушанием божественных (Писаний), чтобы не увлекаться странными новизнами? "Приучены", - говорит, "навыком", т.е. быть опытными. Один (еретик) говорит, что нет воскресения, другой не ожидает ничего в будущем, третий говорит, что есть иной Бог, четвертый, что (Христос) имеет начало от Марии. Посмотри, как все сразу впали в заблуждения от неумеренности, одни прибавив, а другие убавив (от правого учения). Так, первая из всех ересей, Маркионова, измыслила иного Бога, которого нет: вот прибавление! За нею следующая, Савеллиева, утверждает, что Сын и Отец и Дух - одно лице. Потом Маркеллова и Фотинова проповедуют то же. Далее, Павла Самосатского, проповедует, что Он получил начало от Марии. Затем следует Манихейская, позднейшая ересь. А после них - Apиева. Есть и другие. Но мы приняли веру просто, так что не имеем нужды прилепляться к бесчисленным ересям и входить в исследования, но все то, что вздумают прибавить к ней, или убавить, считаем неправым. Как законодатели не заставляют изведывать тысячи мер, но повелевают держаться той, которая указана, так и в отношении к догматам. Но никто не хочет внимать Писаниям. Если бы мы внимали им, то не только не впадали бы в заблуждения, но и других заблуждающихся удерживали бы и избавляли от опасностей. Так, сильный воин может не только защищать себя, но оберегать и того, кто стоить подле него, и избавлять от нападения врагов. А ныне иные даже не знают, что есть Писания, между тем как Дух Святой принимал столько мер, чтобы они сохранились. Обратитесь к древности, и вы увидите неизреченное человеколюбие Божие. (Бог) вдохновил блаженного Моисея, изваял скрижали, держал его сорок дней на горе, и еще столько же других, чтобы дать закон; потом посылал пророков, потерпевших бесчисленные бедствия; когда наступила война, в которую все были взяты в плен или истреблены, и книги сожжены, тогда Он опять вдохновил другого чудного мужа, т.е. Ездру, чтобы он изложил их, составив из остатков. После того Он устроил, чтобы они были переведены семьюдесятью (толковниками), которые и перевели их. Пришел Христос и принял их; апостолы же распространили их повсюду, после сотворенных Христом знамений и чудес. Что далее? После таких действий написали и апостолы, как Павел говорит: "описано в наставление нам, достигшим последних веков" (1 Кор. 10:11); и Христос сказал: "заблуждаетесь, не зная Писаний" (Mат. 22:29); и еще Павел говорит: "терпением и утешением из Писаний сохраняли надежду" (Рим. 15:4); и еще: "Все Писание богодухновенно и полезно" (2 Тим. 3:16); и еще: "Слово Христово да вселяется в вас обильно" (Кол. 3:16). Также пророк (сказал): "и о законе Его размышляет он день и ночь" (Пс. 1:2); и в другом месте: "всякая беседа твоя — в законе Вышнего" (Сир. 10:20); и еще: "Как сладки гортани моей слова Твои! лучше меда устам моим," - не сказал: слуху моему, но: "гортани моей, слова Твои! лучше меда устам моим" (Пс. 118:103). Также Моисей (сказал): "и говори о них, сидя в доме твоем и идя дорогою, и ложась и вставая " (Втор. 6:7). И Павел в послании к Тимофею говорит: "О сем заботься, в сем пребывай" (1 Тим. 4:15). И множество (изречений) можно бы привести об этом предмете. Несмотря на то, есть люди, которые даже не знают, что существуют Писания. Оттого и не бывает у нас ничего здравого, ничего полезного. Когда кто хочет узнать военное искусство, то считает необходимым изучить военные законы; также, когда кто хочет узнать искусство кормчего или строителя, или какое-нибудь другое, то находить необходимым изучить все, относящееся к этому искусству; а здесь не видно, чтобы кто делал что-нибудь подобное, между тем как эта наука требует неусыпного изучения. Что это наука, требующая изучения, об этом, послушай, что говорить пророк: "Придите, дети, послушайте меня: страху Господню научу вас" (Пс. 33:12). Следовательно страх Божий действительно требует изучения. И далее говорит: "Кто любит жизнь?" (Пс. 33:13). Здесь он говорит о (будущей) жизни. И еще: "Удерживай язык свой от зла и уста свои от коварных слов. Уклоняйся от зла и делай добро; ищи мира и следуй за ним" (Пс. 33:14-15). Знаете ли вы, какой сказал это пророк, или бытописатель, или апостол, или евангелист? Не думаю (чтобы знал кто), кроме немногих; и об этих опять, если мы приведем свидетельство из другого места, можем сказать то же. Вот я приведу то же самое изречете, только выраженное другими словами; "Омойтесь, очиститесь; удалите злые деяния ваши от очей Моих; перестаньте делать зло, научитесь делать добро, ищите правды" (Ис. 1:16-17), "удерживай язык свой от зла и уста свои от коварных слов. Уклоняйся от зла и делай добро". Видишь ли, что добродетель требует изучения? Тот говорит: "страху Господню научу вас"; а этот: "научитесь делать добро".Итак, знаете ли вы, где находятся эти (изречения)? Не думаю (чтобы знал кто), кроме немногих. Между тем в каждую седмицу это читается вам два или три раза. Чтец, вышедши, сперва говорит, чья книга, какого именно пророка, или апостола, или евангелиста, а потом и произносит его изречение, чтобы вы лучше заметили их и знали не только содержание, но и причину написанного и то, кто сказал это. Но все напрасно, все тщетно. Все ваше усердие направлено на дела житейские; о духовных же нет никакой заботы. Потому-то и те (житейские дела) идут не по вашему желанию и встречают множество препятствий. Христос сказал: "Ищите же прежде Царства Божия и правды Его, и это все приложится вам" (Mат. 6:33). Всё прочее, говорит, будет дано в виде прибавки. А мы извратили порядок, ищем земли и благ земных, как будто те (блага небесные) будут даны нам в виде прибавки. Потому мы и не получаем ни тех, ни других. Образумимся же когда-нибудь, и станем стремиться к благам будущим; тогда приложится и все прочее. Невозможно, чтобы ищущий благ божественных не получил и человеческих: таково определение самой истины, сказавшей это! Итак, не будем поступать иначе, но станем соблюдать заповедь Христову, чтобы нам не лишиться всего; Бог же сам силен произвести в нас сокрушение и сделать лучшими, во Христе Иисусе, Господе нашем, с Которым Отцу со Святым Духом слава, держава, честь и поклонение, ныне и присно, и во веки веков. Аминь.БЕСЕДА 9 "Посему, оставив начатки учения Христова, поспешим к совершенству; и не станем снова полагать основание обращению от мертвых дел и вере в Бога, учению о крещениях, о возложении рук, о воскресении мертвых и о суде вечном. И это сделаем, если Бог позволит" (Евр. 6:1-3).1. Слышите ли, как Павел укоряет евреев за то, что они желали всегда учиться одному и тому же? И справедливо. "Ибо, [судя] по времени", - говорит, - "вам надлежало быть учителями; но вас снова нужно учить первым началам слова Божия" (Евр. 5:12). Боюсь, чтобы и о вас не пришлось сказать того же: тогда как, судя по времени, вам надлежало быть учителями, вы даже звания учеников не удерживаете, но, постоянно слушая одно и то же и об одном и том же, находитесь в таком состоянии, как будто бы ничего не слышали; кто спросит вас (о слышанном), никто из вас не в состоянии отвечать, кроме весьма немногих, которые наперечет. А отсюда происходит немалый вред. Невнимательность учащихся часто не дозволяет учителю, хотя бы он и хотел, перейти к дальнейшему, коснуться предметов более таинственных и высоких. Как при изучении грамматики, если дитя, постоянно слыша о буквах, не удерживает их в памяти, то необходимо бывает непрерывно повторять ему одно и то же, и учащий не перестает (говорить о них) до тех пор, пока (ученик) не усвоит их себе в точности, - весьма ведь было бы неблагоразумно, пока он не усвоил хорошо прежнего, переходить с ним к дальнейшему, - так точно и в церкви: если вы, несмотря на то, что мы постоянно говорим вам одно и то же, нисколько более не научаетесь, то мы никогда не перестанем говорить вам об одном и том же. Если бы наше слово произносилось для славы и из честолюбия, то мы могли бы переходить от предмета к предмету и постоянно простираться вперед, нисколько не заботясь о вас, а только о рукоплесканиях ваших; но так как мы заботимся не об этом, но все старания свои направляем к вашей пользе, то мы не перестанем говорить вам об одном и том же до тех пор, пока вы не приложите этого к своей жизни. Многое можно было бы сказать об языческом суеверии, о манихеях и маркионитах, и при помощи благодати Божией поражать их; но подобные беседы теперь несвоевременны.Не о всех я говорю это; я знаю многих, которые приходят сюда с пользою, и которые справедливо могли бы обвинять неслушающих за то, что последние задерживают их своим невежеством и невнимательностью. Впрочем, и первые от этого не терпят вреда, потому что и знающим полезно часто слышать об одном и том же: что мы знаем, то еще лучше усвоим, если часто будем слышать. Например, мы знаем, что смиренномудрие есть добродетель, и что Христос часто говорил о нем; но если мы выслушаем самые слова Его и будем размышлять о них, то они более подействуют на нас, хотя бы мы слышали их тысячу раз. Итак, благовременно и нам сказать теперь вам: "оставив начатки учения Христова, поспешим к совершенству". А что значить: "начатки учения", (апостол) сам объясняет далее: "не станем", - говорит, - "снова полагать основание обращению от мертвых дел и вере в Бога, учению о крещениях, о возложении рук, о воскресении мертвых и о суде вечном". Если же это - начало, то что иное наше учение, как не покаяние от мертвых дел и получаемая от Духа вера в воскресение мертвых и вечный суд? Что же значить: "основание"? Он называет основанием не что иное, как то, если нет праведной жизни. Как приступающему к изучению грамоты нужно наперед узнать буквы, так и христианин прежде всего должен твердо узнать эти истины и нисколько не сомневаться в них. А кто не имеет познания о них, тот еще не имеет основания, потому что надобно быть твердым (в познанном), стоять и стоять неподвижно. Если бы кто, уже оглашенный и крещенный, лет через десять после того, имел нужду снова учиться вере, учиться тому, например, что нужно веровать в воскресение мертвых; то такой человек не имеет ещё основания и ищет ещё начала христианства. А что вера есть основание, прочее же - здание, об этом, послушай, как говорит сам (апостол): "Я, по данной мне от Бога благодати, как мудрый строитель, положил основание, а другой строит на [нем]; но каждый смотри, как строит. Строит ли кто на этом основании из золота, серебра, драгоценных камней, дерева, сена, соломы…" (1 Кор.3:10,12). Потому он и говорит: "не станем снова полагать основание обращению от мертвых дел".2. Что значит: "поспешим к совершенству"? Будем достигать, говорит, самой вершины, т.е. будем вести жизнь добродетельную. Как в азбуке все зависит от буквы а, и как от основания зависит все здание, так и чистота жизни от полноты веры. Без неё (полной веры) невозможно быть христианином, как не может быть здание без основания, и как без знания букв невозможно знать грамоты. Но как (в этих предметах), если кто будет заниматься одними буквами, или кто будет оставаться при основании, не стараясь возводить самое здание, то никогда не будет иметь дальнейших успехов, так и у нас: если мы будем всегда оставаться при начале веры, то никогда не достигнем до её совершенства. Не думай, будто вера унижается тем, что она называется началом, - в ней заключается вся сила. Когда (апостол) говорит: "Всякий, питаемый молоком, несведущ в слове правды, потому что он младенец" (Евр. 5:13), то он не веру называет молоком, но сомнение в её истинах; оно есть знак ума слабого, нуждающегося во многих доказательствах, самые же истины - здравы. Совершенным мы называем того, кто при вере проводить и жизнь правую. Если же кто, хотя имеет веру, но ведет дурную жизнь, и в самих истинах веры еще сомневается, оскорбляя этим учение, - такого мы справедливо можем назвать младенцем, едва вступившим в начало, так что и мы, хотя бы тысячу лет пребывали в вере, еще младенцы, если остаемся не твердыми в ней, если не ведём сообразной с нею жизни, если только еще полагаем основание. А их (евреев апостол) укоряет не только за жизнь, но и за нечто другое, именно - за то, что они колебались и имели нужду полагать основание покаяться от мертвых дел. Кто переходит от одного к другому, одно оставляет, а другое принимает, тому нужно отказаться от прежнего и оставить расположение к нему, потом и переходить к новому; если же он станет опять держаться первого, то как может достигнуть второго? Что же, скажете, не о законе ли это? Мы отказались от него, и не к нему ли опять возвращаемся? Но это не есть изменение; ведь и теперь мы имеем закон. "Итак, мы уничтожаем закон верою? Никак; но закон утверждаем" (Рим. 3:31). Я говорю о дурных делах; кто намеревается обратиться к добродетели, тот наперед должен отказаться от пороков, и тогда уже вступить (в жизнь добродетельную). Покаяние не могло соделать (верующих) чистыми; потому они тотчас же крестились, чтобы, чего они не могли сделать сами собою, того достигнуть благодатью Христовою. Следовательно, покаяние недостаточно для очищения, а нужно принять крещение. Ко крещению же надобно приступать, отказавшись наперед от грехов своих и осудив их. Что значит: "учению о крещениях"? Крещений не много, а одно: почему же он сказал во множественном числе? Потому что выше сказал: "не станем снова полагать основание обращению от мертвых дел". Если бы они имели нужду, чтобы он снова крестил их, снова оглашал, и снова с начала преподавал крещенным, что должно и чего не должно делать, то они всегда оставались бы неисправимыми. "О возложении рук". Так они получали Духа (Святаго): "и, когда Павел", - сказано, - "возложил на них руки, нисшел на них Дух Святый" (Деян. 19:6). "О воскресении мертвых". Это происходит при крещении и утверждается в исповедании (веры). "И о суде вечном". Почему об этом говорит он? Потому, что они, вероятно, или колебались после того, как уверовали, или худо и нерадиво жили. Поэтому он и говорил: бодрствуйте. Таким образом он сказал эти слова, желая исправить их от такого нерадения и сделать более внимательными. Нельзя говорит: если мы теперь живем нерадиво, то снова окрестимся, снова примем оглашение и опять получим Духа; или так: если мы теперь отпали от веры, то снова чрез крещение сможем омыть грехи и получить то же, чего удостоились прежде. Прельщаетесь, говорит он, если так разсуждаете. "Ибо невозможно - однажды просвещенных, и вкусивших дара небесного, и соделавшихся причастниками Духа Святаго, и вкусивших благого глагола Божия и сил будущего века, и отпадших, опять обновлять покаянием, когда они снова распинают в себе Сына Божия и ругаются [Ему]" (Евр. 6:4-6). Смотри, как он начинает речь обличительно и решительно: "невозможно", - говорит, т.е., и не надейся на невозможное. Не сказал: неприлично, неполезно, непозволительно, но: "невозможно", так что для вас, которые однажды вполне были просвещены, не остается ничего, кроме отчаяния.