Антихрист
Вот почему и антихрист Соловьева, обретя власть, насильственно сгоняет все народы в свою империю, убивает папу Петра II и старца Иоанна, ссылает преданных Христу христиан в пустыню, запрещая им «обитать в городах и других населенных местах», наконец, организовывает массовую бойню перед ним не склонившихся христиан и иудеев. Этим путем идет антихристова сила во все времена. От самого начала дух антихриста — человекоубийство от времен Каина. Где только происходит уничтожение бытия, где брат ненавидит брата, где дети предают отцов своих, где человек человеку враг, там таится антихрист, там он создает свое царство, ибо дьявол «был человекоубийца от начала» (Ин. 8, 44). Он настоящий автор смерти, ибо «Бог не создал смерти и не радовался погибели живых» (1, 13). Убиение жизни самое значительное явление испоганенной дьяволом земли. Это знак демонизма, таящегося в природе и в истории.
И все же это лишь последовательное развитие себялюбия, которое через отвращения от бытия, через ненависть к нему ведет человека ко всяческому его уничтожению. Каждый антихрист себялюбец, и потому — человекоубийца. Достаточно себялюбие сделать основой жизни, и исполнители этой жизни будут брести по крови братьев своих. Именно потому дьявол — убийца от самого начала, что он от самого начала себялюбец. Себялюбие — источник любого действия антихриста. Оно — антропологический знак антихриста, который сторонники зверя носят на правой руке или на своем челе (ср.: Откр. 13, 16), а следовательно, и в своих мыслях и делах. Разум их может верить в Бога и человека, они могут дрожать перед Богом и помогать человеку, но себялюбие отвращает их от Бога, сосредоточивает на себе, разрушает в них образ Господа и этим делает их открытыми и доступными для вековечного врага Божиего. Себялюбие — знак антихриста, путь и средство его деятельности в истории.
2. ВОСПРИЯТИЕ ХРИСТА ПРЕДТЕЧЕЙ
Себялюбие определяет отношения антихриста не только с Богом, не только с миром и человеком, но также и с Христом. Антихрист, как говорилось, всей направленностью своего бытия отвращен от Бога. Однако, смотря поверхностно, он представляется верующим, ибо верит в добро, Бога и Мессию. Он даже опекает религию: старается объединить разделенные церкви, предоставляет им права и привилегии, поддерживает их материально, держит при себе епископа Аполлония, которого впоследствии избирает даже папой. Внешнее отношение антихриста с Богом и с религией кажется вполне положительным.
Эта поверхностная положительность как раз и заслоняет истинный дух антихриста. Ни один, видя верующего в Бога антихриста, восхищаясь его удивительной щедростью к религии, не замечает скрывающегося в нем сущностного безбожия и потому обольщается этими внешними проявлениями. Не один, пережив потрясение, переходит на его сторону, считая защитников Христа упрямцами, ограниченными, не понимающими духа времени и потому проигрывающими. Согласимся, что такие люди есть и в обществе Агнца, что они свою ограниченность пытаются скрыть под необходимостью сохранить в неприкосновенности наследие вероучения (ср.: 1 Тимоф. 6, 20) и потому не двигаются с места в своей деятельности, извращая таким образом и характер самой Церкви, ибо Церковь всегда в развитии, как то горчичное зерно. Она — не окаменевшая древность, но вечно живая сила. Но действительная окаменелость этих людей нисколько не оправдывает их поверхностности, с которой они, раскрыв объятия, встречают антихристову помощь религии, считая предоставляющих эту помощь сторонниками Агнца, и охотно им помогают. Это прямо‑таки трагическое недоразумение красной нитью проходит через всю историю. Соблазн земных прав, возможностей, привилегий и благ настолько велик, что перед ним мало кто может устоять. Большинство поддается ему, поддаваясь таким образом и скрытой антихристовой воле.
Так что не без основания Соловьев это отпадение от Бога, упоминаемое в Священном Писании (ср.: 2 Фес. 2, 9), как раз и рисует в образе этого искушения. Его антихрист, сделавшись властителем мира, возвращает ссыльных пап в Рим, восстанавливая их во всех правах и привилегиях, которыми они обладали со времен Константина Великого. Действительно этот его поступок является значительной поддержкой Церкви. Правда, Церковь по существу не связана ни с каким пространством нашей земли, ни с какими предоставленными ей людьми в истории правами или возможностями. Она существует в мире, но она не от мира. Поэтому любой дар мира не может обогатить ее сущности. Церковь обогащает только Святой Дух, действительно распространяющий божественное Откровение и возносящий ее вечные ценности, призывающий святых в виноградники Христа, распространяющий Евангелие по всему миру и возводящий и наполняющий смыслом формы божественного культа. Это истинные богатства Церкви и истинные ее ценности. Однако поскольку эти ценности должны распространяться в мире, то помощь мира в их осуществлении становится также значимой. Она делает так, что божественные ценности воспринимаются людьми по–разному — одними легче, другими с трудностью, в одном месте их можно осуществить, в другом — нет. Мирская помощь или помогает Царству Божиему, или мешает.
Зная об этом, антихрист Соловьева и осмеливается предложить Церкви свою помощь. Он избирает самую высокую форму этой помощи — права и привилегии и дает их на самом высоком месте Церкви — в институции папы — в самом ее центре. Так, может, его стоит поддержать? Может, стоит его самого признать попечителем Церкви, каким был Константин Великий и целый ряд последующих святых и не святых царей? Большинство представителей Церкви так и делает. «И с радостными восклицаниями:«Gratiasagimus! Domine, salvum fac magnum imperatorem!» — почти все князья католической Церкви, кардиналы и епископы, большая часть верующих мирян и больше половины монахов взошли на эстраду и, после низких поклонов по направлению к императору, заняли свои кресла. То же Произошло и с представителями двух других конфессий: с ортодоксами и протестантами. Первые соблазнились учрежденным императором музеем христианской археологии, вторые — Всемирным институтом свободного исследования Священного Писания. Поэтому большинство первых и вторых взошли на эстраду вместе со своими епископами и руководителями и заняли скамьи у трона императора.
Это удивительно глубокий символ жизни Церкви. Усесться в тени земных престолов и преклониться перед земными властителями — самая значительная и постоянно существующая угроза для Церкви. Под воздействием этой угрозы легче всего отпасть от Бога, ибо это, как говорит св. Павел, поддерживает «вид благочестия», но «его не отрекшиеся» (2 Тим. 3, 5). Они поддерживают внешнее в религии, но совершают надругательство внутри ее: вместо Царя Христа они возводят земного царя, вместо милостей Божиих принимают дары властителя. Вера в Дух Святой и кровь святых здесь оборачивается верой в хитрость и в поддержку князей. Антихрист прекрасно знает эту слабость христиан и потому всегда предлагает свои дары. Он постоянно призывает христиан к себе — сесть в тени его престола и таким способом защититься от солнечного жара борьбы. Он обещает уничтожить всех непослушных своей могущественной рукой. В ходе столетий он возносит христиан на высокую гору, показывает им все царства мира, их славу и мощь, обещая все это отдать им, если только они, пав перед ним, восславят его. И многие восславляют его. Многие взбираютя на эстраду, склоняются перед ним и усаживаются в тень его трона, даже не чувствуя, что это тень смерти.Но есть и другие — они не поддаются этому искушению. Есть в Церкви Христовой люди, которые не верят в помощь земных императоров религии, потому они не отзываются на их призыв и не садятся у их престола. Они предпочитают оставаться внизу с истинными и старшими своими наставниками. Когда соловьевский антихрист провозгласил о восстановлении прав и привилегий пап и когда восхищенные князья Церкви и наставники двинулись к императору, «посредине собора, прямой и неподвижный, как мраморная статуя, сидел на своем месте папа Петр II. Все, что его окружало, было на эстраде. Но оставшаяся внизу поредевшая толпа монахов и мирян сдвинулась к нему и сомкнулась тесным кольцом». То же произошло и с членами других конфессий. Из ортодоксов не двинулся епископ старец Иоанн и его сторонники, они «пересели ближе к папе Петру и его кружку». Из протестантов внизу остался профессор Паули и его группа. Он тоже пересел ближе к папе Петру и к старцу Иоанну.Этим пространственным сближением христианских конфессий Соловьев хочет сказать, что во всех церквах есть люди, которые чувствуют искушения антихриста и им противостоят; они в этих соблазнах усматривают подготовку к борьбе с Церковью и потому сплачиваются. Это христианское ясновидение по отношению к обещаниям антихриста основывается на общей мере, которой они измеряют все посулы антихриста, находя их неприемлемыми. Потому они и не двигаются со своих мест и на призывы антихриста не отзываются; напротив, они сплачиваются и готовятся к борьбе, ибо знают, что противостояние искушениям антихриста есть его разоблачение, за которым следует кровавое преследование.Но что есть та мера? На чем держатся эти люди, оставшиеся внизу и, как замечает сам император, «покинутые большинством своих братьев и вождей, осужденные народным чувством»? Этот вопрос возникает не только у нас. Его поднимает и сам антихрист» спрашивая сидящих–внизу: «Что всего дороже для вас в христианстве?»На это от имени всех оставшихся внизу христиан отвечает ему старец епископ ортодоксов Иоанн: «Всего дороже для нас в христианстве сам Христос». И это ответ не только императору легенды Соловьева. Это ответ, который веками дается всем земным властителям, пытающимся обойти эту основу христианства, предлагающим все что угодно, но обходящих молчанием Христа. Это мера, которой измеряются земные посулы и дары царей. Эти небольшие группки остаются внизу потому, что они по ту сторону восстановителей прав и привилегий папы, по ту сторону музея христианской археологии, по ту сторону института свободного исследования Священного Писания не чувствуют присутствия Христа. Они не входят на эстраду императора, ибо ступени к этому возвышению они не считают ступенями к Царству Христову. Они не усаживаются у трона императора потому, что этот престол для них не означает престола Христа. Они не отвергают подарков властителя и его самого. Старец Иоанн ясно замечает: «Но и от тебя, государь, мы готовы принять всякое благо, если только в щедрой руке твоей опознаем святую руку Христову». Но они должны видеть эту руку. Они Должны чувствовать, что земные властители говорят и действуют не от своего имени, а именем Того, Который есть Царь царей и властвующих Властелин. И если они такие, если в словах их и делах видим Христа, тогда они символы Царя Христа, тогда они Его предтечи, подготавливающие славное пришествие Его, которое укрепит вечное и вселенское Царство истины, любви и святости.Потому верные Христу христиане требуют знамения, которое подтвердило бы христоцентрическую направленность земных правителей, подтвердило бы соединенность их власти и силы с источником этой власти и силы. Устами старца епископа Иоанна они. требуют публично исповедовать Иисуса Христа, воплотившегося, родившегося, страдавшего, умершего, воскресшего и вновь грядущего. Если будет подан знак исповедования, он будет свидетельством чистой совести властителей и их незапятнанной жертве религии. Тоща их дары будут приняты с любовью. Тогда группки, оставшиеся внизу, поднимутся и взойдут на ступени, ибо будут уверены, что вступили на ступени, ведущие в Царство Христово. Но если земные властители не подадут такой знак, если всенародно не исповедуют Христа, тогда христиане не поднимутся со своих скамей, ибо поймут, что за всей земной религиозной помощью скрывается антихристов дух. Тогда они отвергнут эту помощь и скорее с готовностью примут гнев земных царей, нежели, приняв дары их, отринут Христа.Антихрист Соловьева не прислушался к требованиям старца Иоанна и не исповедал Христа. Этим он разоблачил себя как противника Христа, как представителя дьявола и исполнителя его воли. Старец Иоанн заявил об этом публично, а папа Петр предал императора анафеме, чтобы тот не вводил в заблуждение людей. Таким образом, с антихриста была снята религиозная маска.