Бивис и Батт-Хэд затесались на просмотр "интимного фильма для девочек". Пока речь идет о половом акте, они в восторге. Известие о тошноте, беременности, и опускании живота по вечерам портят им настроение. Роды вызывают отвращение и ужас. Они бегут. Глупый учитель предлагает им досмотреть дома: "Вы еще не видели счастья кормления, которое испытывает мать". "Опускается по вечерам, - ворчат кретины, - по нашему пусть лучше поднимается и стоит по утрам!" Ассоциативная связь: Деторождение - блевота - бежать.

Бивис и Батт-Хэд занимаются изобретательством. Чесалка для задницы из вешалки не находит покупателя. Следующее изобретение - Ловушка для мухи. "Что любят мухи? Всякое г-о!",- соображают вслух кретины. Пока Батт-Хэд тащит в дом помойку, Бивис накладывает конкретную кучку.

Теперь, польстившуюся муху следует опрыскать. Конечно, опрысканными без чувств лежат Бивис и Батт-Хэд. Муха жужжит и летает по комнате. Очнувшийся Бивис запускает в нее опрыскивателем. В разбитое окно на подготовленную кучку устремляются стаи мух. Ассоциативная связь: Изобретения - дерьмо - отвращение.

Социальные психологи из США, длительное время активно изучавшие воздействие телевидения, говорят о его впечатляюще значительной роли в формировании сознания подростка (Майерс 32;525). Функции D-маркетинга, проводимые сериалом "Бивис и Батт-Хэд": привить подростку чувство отвращения к основным ценностям жизни на уровне рефлекса (провидец Хаксли!), препятствовать социализации, подтолкнуть к девиантности и спровоцировать депрессию.

Образы кретинов, сами по себе - ключи к такой депрессии. Изображениям Бивиса и Батт-Хэда в бытовой среде специально придаются качества еще более депрессивные для восприятия. Как Отвратительные старцы и Гнусные калеки, Бивис и Батт-Хэд, отпечатанные на майке или куртке, транслируют в культурно-бытовое пространство двойной заряд несчастья и омерзения.

У людей, предрасположенных к депрессии, подобное воздействие незаметно включает известный механизм депрессия - негативное мышление - депрессия. Грусть переходит в тоску и подавленность. Усиливается негативное самовосприятие и самообвинения, которые питают депрессию (по Д. Майерсу).

8. Культуринтервенция

"Ход развития искусства определяется ходом развития общественной жизни", - эта аксиома выведена французским историком и политиком Гизо в 1820 году. Понятие "лидер мнений" (концепция Лазарсфельда- Мертона)63 в его широком, значимом для всего общества смысле, дает ясное понимание этого процесса.

К какому бы переломному периоду истории мы не обратились, взгляд на искусство покажет расстановку и состояние сил на социальной арене. Официальная принадлежность искусства отживающего класса не вызовет сомнений. Привычно славословящее, оно лишено глубоких мыслей и сильных чувств. Живое, страстное искусство, проникнутое идеями братства, освобождения и счастья, принадлежит классу, стремящемуся к власти. Оно горячо агитирует и привлекает сторонников, верит в будущее, завоевывает массы и побеждает. Это искусство создано лидерами мнений и несет новую мифологию - опору новой идеологии.

Разрушение мифологии и ее замещение происходит под воздействием идей, выдвигаемых новыми лидерами мнений. Они распространяются, формируя мнения, пока не заменят устаревшее мышление. Ход общественной жизни, определяемый "в последнем итоге его экономическим развитием"64, осуществляется при активном воздействии лидеров мнений (художников, писателей, философов, публицистов и пр.)

Принимая инакомыслящих, лидеров мнений, преследуемых в России тоталитаризмом, предоставляя им средства и возможность высказываться, Запад способствует разрушению советской мифологии, выступая в роли высшего нравственного судьи. Часть деятелей искусства, науки, политики, вначале бескорыстно, а затем по договору с нанимателем, становятся пропагандистами западной идеологии, усвоив ее поверхностную, привлекательную часть. Экономическая и идеологическая экспансия, определившая дальнейший ход общественной жизни в бывшем СССР, предопределяет развитие искусства. Исторически неизбежная смена мифологии в России 80-х становится парадом западной социальной инженерии.

Искусство, с его неизменной внушающей силой, расцвечивает шесть тем. Деидеологизация очищает дорогу тотальному D-маркетингу. "Местные профессионалы", давно приученные к конформизму, советской бюрократией выстраивают новую мифологию: "Интердевочка", "Маленькая Вера", "Лимита", вкупе с желтой прессой, открывают экспансию. Так происходит вторжение.

Удивительные явления наблюдаются в русском искусстве с начала 90-х. На фоне всеобщего паралича культуры возникают деятели, бойко продолжающие ее дело. Они снимают фильмы, пишут книги, ставят спектакли. Они часто мелькают на светских вечеринках, в иллюстрированных журналах и на телеэкранах. Их искусство, вначале поражавшее новизной аномии, быстро примелькалось, благодаря однообразию чувств и тем. Оно не пользуется спросом, не вызывает интереса у публики. Однако, каждое подобное произведение по-прежнему вызывает шум в СМИ, а художник продолжает выступать в роли человека, которому есть что сказать. Если не публика, то кто оплачивает это искусство?