* * *

Ночь над Иерусалимом. Город спит. В сионской горнице зажжены светильники. В печальном молчании сидят Двенадцать. "Один из вас предаст меня". Шепот, испуганные возгласы: "Не я ли?" Стремительно встает Иуда и ускользает в ночную тьму.

Не спят и члены Синедриона. Архиереи отдают тайный приказ воинам...

Апостолы разделили священную Чашу и Хлеб. Господь говорит о страданиях, которые ждут Его. Петр с горячностью обещает идти с Ним на смерть. Он не подозревает, как она близка.

"Да не смущается сердце ваше... - говорит Учитель. - Заповедь новую даю вам, да любите друг друга, как Я возлюбил вас".

Тихо напевая пасхальный псалом, один за другим покидают дом; при бледном свете луны выходят за ворота и углубляются в масличный сад Гефсимании. Там царит мрак. Каждый звук отдается в тишине.

Апостолы расположились на ночлег. Только трое следуют за Иисусом, но и у них глаза слипаются, слабость парализует тело. Сквозь, забытье они слышат Его голос: "Авва, Отче! Все возможно Тебе; пронеси чашу сию мимо Меня, но не чего Я хочу, а чего Ты..."

Между тем стража уже пересекает по тропинке овраг. Впереди - Иуда. "Кого я поцелую. Того и берите". Воины идут между деревьями. Фонари и факелы мелькают среди стволов сада...

"Симон! ты спишь? Не мог ты бодрствовать один час!..."

Кончено. Они уже здесь. Отблески огня на злых, возбужденных лицах. Иуда бросается к Иисусу и целует Его.

- Здравствуй, Равви!

- Друг, вот для чего ты пришел!..

Их окружают.

- Кого ищете?

- Иисуса Назарянина.

- Это Я.

Они смущены, испуганы, однако через мгновение уже приходят в себя и стягивают веревками Его руки.

Петр бросается вперед с мечом. Но Учитель не хочет кровопролития. "Теперь ваше время и власть тьмы", - говорит Он страже. Растерянные ученики в ужасе разбегаются...

А потом настает эта страшная ночь: отречение Петра, допрос у архиерея, издевательства челяди, лживые показания, вопль Кайафы: "Ты ли Мессия, Сын Благословенного?" - и в напряженной тишине ответ: "Я!..."

Утро. Христос перед Пилатом, сонным, брезгливым, недовольным. Какое дело прокуратору до религиозных споров? Назло архиереям он готов отпустить Узника, Который кажется ему безобидным мечтателем. "Я пришел в мир, чтобы свидетельствовать об истине", - слышит Пилат и усмехается: "Что есть истина?" Он не верит в нее. Он верит только в силу золота и легионов. Сохранить благоволение кесаря ему дороже всех истин на свете. Говорят, что этот Назарянин бунтовщик, выдающий Себя за Царя Иудейского? Это уже опасней споров об истине; рисковать нельзя. И Пилат умывает руки.

x x x