Недостаточно только силы воли, только силы ума или только силы чувств. Недостаточно даже всего этого вкупе, если нет высокой цели. Какая польза бегуну от быстроты ног и силы легких, если все в испуге разбегаются от него?

Все природные стихии, погруженные в ночной мрак, наполняют душу путника страхом, когда же восходит солнце, страх исчезает.

Град сильнее дождя, но у него нет на земле друга.

Доброта далеко видит

Доброта прозорлива и видит глубокие причины. Злоба смотрит лишь перед собой и не знает истинных причин. Злоба и птица знают, что для того, чтобы пошел дождь, нужна туча. Доброта видит, что все в руке Божией. Злоба и осел видят, что для роста кукурузы нужен навоз. Доброта знает, что на все - воля Божия.

Молчание

О трех предметах не спеши рассуждать:

о Боге, пока не утвердишься в вере;

о чужих грехах, пока не вспомнишь о своих,

и о грядущем дне, пока не увидишь рассвета.

Великий человек

Невозможно стать великим до тех пор, пока не начнешь считать себя мертвым.

Невозможно стать великим до тех пор, пока боишься чего-то больше Бога, пока любишь кого-то больше Бога и пока не станешь видеть свою смерть в прошлом, а не в грядущем.

Слабость

Преступление всегда слабость. Преступник - трус, а не герой. Потому всегда смотри на своего обидчика как на более слабого; как не станешь мстить малому ребенку, так же не мсти никому ни за какую обиду. Ибо она рождается не от зла, но от слабости. Так ты сохранишь свою силу и будешь подобен спокойному морю, которое никогда не выйдет из берегов, чтобы утопить безрассудного, бросающего в него камень.

Сверкающая химера

Глаз никогда не пресытится созерцанием, ухо никогда не пресытится слышанием.

Весь мир в своей целости - сверкающая химера, но в частности - сама печаль; геройская храбрость - в целости и мышиный страх - в частности; неукротимый поток жизни и безнадежное одиночество смерти... И вся эта сверкающая химера не может насытить ни одно око, ни одно ухо, не может погасить жажду плотских похотений, и еще меньше способна она утолить жажду духовную.

Как одна капля родниковой воды, падая на язык жаждущего странника, не может напоить его, так и вся наша вселенная подобна одной родниковой капле, которая, падая на жаждущий дух человеческий, лишь усиливает жажду, разжигая ее до безумия.

Воистину, мир существует, чтобы разжигать жажду духа человеческого.

Диалог

Искренний вопрос ученого к природе мог бы быть таким: "Природа, скажи мне, кто ты, чтобы я понял, кто я…".