______________________

Из всего этого можно видеть, что "церковь"*, "византийские подробности", "суровая церковность", "Византия", "Рим" нисколько не повинны в "незаконнорожденности", каковой термин так старается приписать именно им г. Розанов.

______________________

* Я уже оговорился, что под "церковью" везде разумею храм, молитву и священника, т.е. момент святости, а не века дел. И А.А. Дернов, говоря, что я "церковь" в чемто упрекаю, не различает моей мысли. Какая же "церковь" греческие цари Лев VI философ и Юстиниан Великий? Можно ли Наполеона и Людовика XV назвать: "Вот католическая церковь". В. Рв.

______________________

IV. Гн же* Розанов, приписывая вину этого термина ненавистным ему предметам и лицам, и не замечает, что уничтожением этого термина, что проповедию своею о том, что брак по существу и будто бы даже на основании слов Спасителя есть только полосочетание, что незаконных рождений нет, что в венчании не сообщается даров Св. Духа и что оно не есть таинство**,  не замечает, что всем этим он разрушает веру и говорит хулу на Св. Духа, и уничтожает всякую опору нравственности. Ведь, проповедуя, что церковь и стыд стоят поперек признания законности всякого рождения, г. Розанов противопоставляет этому полное бесстыдство*** и этим проповедует явный разврат ****. Г. Розанов приводит сначала слова г. Серого (из журнала "Гражданин"): "Стыд  этот ужасный, вселенную наполняющий смрадом лжи, обманов, компромиссов, позорных ухищрений и даже преступлений, стыд материнства вне закона (курсив наш)  есть лишь то свойство человеческой натуры, котороя направляет людей плыть по течению жизни, а не против течения. А после этих слов г. Розанов продолжает:

"Замечу здесь: мы даже любим революцию во всем, мы фрондируем, и с чувством счастья, в законах, модах, в политике, в литературе. Но в рождении мы никнем долу при всякой мысли о фронде. Здесь мы отказываемся от всякой революции. Первый революционер и всякая анархистка становятся здесь кротки, как ягнята. "О, как бы родить законно..." Когда вдумываешься в эти тайны, в эти инстинкты, растериваешься: до чего же святы  все эти рождающие, кротки, миролюбивы, законнолюбцы!"

______________________

* Ну, вот  начинаются раскаты грома. Автор как будто совсем отступил на предыдущих страницах от понятия и термина "незаконнорожденности", и что трогательно  чистосердечно. Но то было больное отступление, с сжавшимся в груди сердцем, для "кроткого вида". Когда же форма "милости хочу, а не жертвы" соблюдена, автор зажимает сердце, вбирает воздух в грудь и бросается за жертвой. И теперь уже он не только имеет "вид искренности", но слова его горят, и он и в самом деле искренен. Снимем же с него фотографию в этот момент и забудем о предыдущей фотографии. В. Рв.

** Тут все перепутано. Мое учение, тонко различаемое, не таково. В. Рв.

*** Ну, вот. В. Рв.

**** Ну, то же самое, что в "Уложении" Алексея Михайловича. В. Рв.