______________________

Можно ли же после всего сказанного говорить, как это делает г. Розанов, что совершается отлучение детей, что для "незаконнорожденных" детей наиболее точный термин: "неблагословенные дети"?

Напротив, мыто всех решительно и благословляем*.

______________________

* Т.е. очищаете. Это  разница. В. Рв.

______________________

Но г. Розанов пишет: "Вопрос идет вовсе не об устранении неточного и едва ли верного термина; вопрос "незаконнорожденности" есть вопрос о праве закона и религии лишать детей их родителей, а у родителей отнимать их детей". Фразы в высшей степени темные и дышащие злобою.

Но уже выше сказано, что, даруя, с своей стороны, все блага духовные всякому новорожденному, мы нисколько не повинны в термине "незаконнорожденности", хотя и вносим его в свои списки. Здесь Церковь исполняет требования* государства.

______________________

* Ну, не законные, антиканонические, антирелигиозные требования государства церковь всегда отказывалась исполнять, или  как о монастырских имуществах  исполнила с крайне сжатым сердцем. И писать "незаконнорожденными" детей духовенство согласилось только потому, что оно, конечно, не только разделяет этот взгляд государства, но и внушило ему, еще начиная с "Уложения". "Семья без обряда есть блуд", "дети  приблудные ": вот учение моральнорелигиозное, проводимое и во всей этой брошюре, каковое государство только пассивно приняло, покорно и даже робко приняло. Наконец, бывали случаи в истории,  как с Бецким, сыном Трубецкого,  что даже государи при всем благожелании не осмеливались передать фамилию и все законное родство рожденному внеканонично и безобрядно. Наконец, как было с французскими королями,  государи сами не имели силы усыновить своих весьма любимых и от любимых женщин детей. Так, кажется, произошла фамилия Конде. Явно, что тут действует не только взгляд церковный, но еще какойто страшный даже для государей, первоначальный принцип, чтото вроде: "Да не будут тебе бози инии разве Мене" Ветхого Завета. Вдумываясь, мы и действительно находим, что "Аз есмь Бог твой",  т.е. коренное, первое,  в нашей эре есть воздержание, самоограничение, скупость на сладкое, скопчество. Но сладость любви и зачатия  сильнейшая всего. Это как лезвие против лезвия стоит против скопчества: и  "первородный грех", глубочайший, основной. Плод "греха" этого, "сладости", ребенок не по себе сам, но по происхождению из сладостного  враждебен, неприязнен, угрожающ, подозрителен всей эре. Но как же быть и не рождать? "Как можно меньше"! Явилась идея "духовного брака", или больного, старого, искалеченного,  даже коммерческого  и то лучше, нежели очень сладкого и очень плодовитого. Но "плод любви", вспыхнувшей как зорька в пустыне, в безмолвии, при случайной встрече, юноши ли с девою или уже женатого человека (случай Трубецкого), есть именно "инии бози", ставшие на место "Аз есмь единый, вечный Бог". И как Рахиль похищенных у Лавана, отца своего, маленьких "божков" спрятала под себя, сокрыла: даже цари скрывают их "иных богов". Кстати, параллель бессильных венценосцев совершенно объясняет всю тягость стыда девушек, как Маслова, как Гретхен,  и до последней степени объясняет детоубийство. Но корень всего этого и лежит в лукавом "благопожелании" рождению как бы с любовью, а в действительности с страшною, первородною ненавистью. С тем вместе это ненависть к первому и изначальному глаголу Бога. Вот тут и разбирайся, кто может. Все темно. В. Рв.

______________________

Ведь государство как государство не подчинено Церкви, и потому государственная власть может, по своему усмотрению, составить закон и подчинить ему всех подданных, не исключая церковной иерархии.