Не мы с вами первые и не мы последние, которые спотыкаются пред притчею о неправедном приставнике. А дело может быть очень просто... Только Бог не дает зрения умного. Оставаясь же с одними своими средствами, повертим-повертим затруднение то с той, то с другой стороны... и остаемся почти ни причем, с мыслию, однако ж, что возможное для нас сделано, и довольно с нас... Вас поражают недоуменьем слова Господа: Сотворите себе други от мамоны неправды... да егда оскудеете, приимут вы в вечны кровы (Лк. 16, 9). Сотворить други сим образом немудрено, но попасть ради сего в вечные кровы едва ли несомненно можно. Ибо там все от Господа, а Он не потерпит даже самой легкой тени неправды. И труд делать друзей чрез мамону неправды окажется тщетным. Но в тексте все же стоит мамона неправды.., как средство к стяжанию вечного крова... Очевидно, что все дело стоит за пониманием, кто такая мамона неправды, дающая плод совсем не по своей натуре. Вы в Москве слышали, что недоумение сие разрешается допущением предположения, что тут перевод неверен. Но перевод верен и никогда не представлял затруднений. Все переводы содержат мамону неправды. И вы справедливо заметили, что этим путем затруднение не устраняется, а между тем порождает мысль о неточности перевода, очень опасную. Надо и мамону неправды удержать, и верность перевода признать, и приискать мысль в решении недоумения, удовлетворяющую хоть немного. Вы подали мысль: не разумел ли Спаситель мытарей, наживших богатство очевидными неправдами, всеми признаваемыми, и в изречении Своем предложил способ, как им избавиться от вечной пагубы? Эта мысль допустима, хотя притча и вся речь по поводу ее были обращены к ученикам (Лк. 16, 1). Ибо Господа слушали все. Примем эту мысль и, расширив ее приложение, допустим, что Спаситель не имел в мысли определенных лиц, а разумел всех вообще, всякого рода и времени богатых, которые сознают, что богатство их или все, или в некоторых частях неправедно. Предлагается общий способ избежать вечной беды всем неправедным богачам. Вот как это будет стоять в течении речи Спасителя. Неправедный приставник, увидев, что обличен и находится в крайней беде попасть в бедное состояние, ухитрился, как избыть от беды сей, путем, впрочем, неправым. Но хозяин его, узнав его проделку, похвалил его, что ловко устроил свое дело. Спаситель пояснил, что этому дивиться нечего. Так уж свет стоит, что сыны века сего бывают премудрее сынов света, в роде своем, в кругу дел своих, по духу своему. Но тут же обратил Он мысль Свою и на сынов света, которые еще имеют быть таковыми, не состоя на деле в роду их. Между сими ищущими иные могут находиться в подобно-сравнительном положении, как и неправедный приставник, т.е. в положении неправедно наживших имущество, сознающих, что при этом нет им спасения и желающих знать, как бы избыть от беды осуждения за неправедное богатство. Способ сей и указывает им Спаситель, говоря: И Аз вам глаголю... Тот неправый приставник ухитрился избыть от беды по духу и приемам века сего... А Я вам предлагаю способ, как избавиться от беды не по этому духу века, а по другим законам: сотворите себе други от мамоны неправды. Неправое богатство обратите в способ стяжания друзей не сего, а будущего века, и те примут вас в вечные кровы... Неправый приставник в этом веке стяжал себе друзей неправым богатством, а вы приобретете друзей для века будущего, за то приставник тот приобрел кров только на сей век, а вы получите кров на вечные века. Тот друзей приобрел неправым путем, а вы приобретете правым, благословенным свыше, и потому ценным у Самого Господа Распределителя вечных кровов. Закхей после, по сему способу действуя, признан от Господа чадом Авраама. Думается, что с таким объяснением можно помириться. Тут все слова остаются в своем значении, и иносказание не вводится в истолкование. Кажется, что в этом и состояла самая цель притчи. Можно еще вот какую мысль принять, что в словах Спасителя мамоной неправды названо само богатство, несмотря на способ его приобретения. Богатство есть мамона неправды потому, что оно само в природе своей неправо: живет лукавством, обольщает неправыми надеждами, а главное тем, что обманывает в глазах... Предлагает громады благ... а оглянешься, ничего не остается, все, как прах, разлетается. Спаситель и предлагает превратить непостоянство богатств в нечто вечно ценное и удобостяжаемое: раздайте его бедным, чрез это оно перейдет в вечное ваше достояние и будет составлять вечный кошт 1 ваш... Этой мысли о богатстве держались высокие умы: блаженный Августин, Амвросий Медиоланский, кажется, и Григорий Великий. Обещал я вам написать кое-что и написал (3, п. 380, с. 15, 16 18).

(Ин. 20, 17). Отчего Спаситель по воскресении Своем сказал плачущей Марии Магдалине: Не прикасайся ко Мне? Ответ. Как это не указано, то нам позволительно так решить: верно, того требовало настроение Марии, или всегдашнее, или в ту минуту бывшее. Ибо само прикосновение не запретно, как показал Господь на других женах. И сим ограничимся (2, п. 359, с. 229).

СВЯЩЕННОЕ ПРЕДАНИЕ

Под словом "предание" не разумеется неопределенная молва, не знать как начавшаяся и распространившаяся, а разумеется Апостольское учение, устно преподанное; или правила и законоположения, в Церкви введенные делом. Апостолы вполне организовали Церковь Христову, по всем сторонам духовной и церковной спасительной жизни. Но как организовали, этого вполне не изложено в писаниях их, а самим делом сделано и введено в жизнь христианскую лично Апостолами, введено и укоренено, чрез многократные посещения основанных ими христианских обществ, и неоднократные исправления неисправного все личным своим действованием и словом. И образ христианского ведения, и правила жизни, и взаимные отношения христиан, и освятительные таинственные священнодействия, и правила для церковных собраний... все лично словом установлено и закреплено личным наблюдением... И пошли христиане так умствовать, так жить, так действовать во взаимных отношениях, так управляться, так освящаться, так Богу служить, как завели Апостолы... Вновь обращающиеся перенимали у них, и по их образу устроялись. Вновь нарождающееся поколение, все образовывалось по тому устроению общества христианского, какое оставили Апостолы... И потом так из рода в род... и до нас дошло. Вот это все благоустроение общества христианского по всем частям и есть предание Апостольское, следовать которому неотложный есть долг всякого, желающего состоять в правде, христианина. К слову предание прибавляйте всегда Апостольское (6, п. 946, с. 18).

Вы понимаете предание как передавание из уст в уста... А оно было передание из жизни в жизнь, из дела в дело... Мы чтим отеческие писания ради того, что в них блюдется Апостольское предание, которое узнается в общем согласии всех их... Греческая Церковь верно соблюла Апостольское предание и передала его нам. Это Апостольское наследие у нас. Католики помутили Апостольское предание. Протестанты взялись поправить дело и еще хуже сделали... У католиков один папа, а у протестантов, что ни протестант, то папа... Я все толкую про Апостольское предание, которое Святая Православная Церковь имеет источником учения наряду с Святым Писанием (6, п. 974, с. 96,98).

Что предано Апостолами, то составляет жизнь христианскую, и как таковое переходило из рода в род неизменно, входя в то же время в писания отцев с первого же века (6, п. 974, с. 98).

ЧЕЛОВЕК

ПРОИСХОЖДЕНИЕ ЧЕЛОВЕКА

Когда надлежало сотворить человека, то не земле дается повеление: "Да изведет", а в тайне Пресвятой Троицы произносится: "Сотворим!" (64, с. 108).

Бог создал нас и образом Своим почтил, чтобы мы жили в Боге, были в живом с Ним союзе. В раю так и было. Падение прародителей расторгло сей союз (1, п. 89, с. 74).

Тело есть ближайшее орудие души и единственный способ обнаружения ее во вне в настоящем мире. Это первоначальное его назначение. Посему самим устройством оно совершенно приспособлено к силам души (56, с. 325 326).

Отчего производят человека от животных обезьяны? Оттого, что не различают в человеке души от духа (1, п. 106, с. 100).

...Когда мы настоим на различии духа от души и, характеристику человека перенесем в дух, тогда вся теория Дарвина падает сама собою. Ибо в происхождении человека надо объяснить не то одно, как происходит его животная жизнь, но то паче, как происходит он, яко духовное лицо в животном теле с его животною жизнью и душою (1, п. 106, с. 100).

О свободе... Как ни будь сильны побуждения, все решение дела принадлежит лицу действующему, и всякий сознает момент, когда он внутри произносит: так и так надо сделать. В этом и есть существо свободы. И этого никакая сила исторгнуть не может (1, п. 137, с. 152).