Выставляем то слабость, то неведение, то обстоятельства, то соблазны, примеры, число участников, и чем-чем не оправдываем себя! (56, с. 272).

Дело совести, как законодателя, показывать законы, по коим должно действовать существу разумносвободному, и склонять к тому волю его силою своего обязательства (56, с. 267). ...Закон есть неотложный ничего не допускать против чего возстает совесть... В совести Сам Бог говорит. Следовательно, ее надо слушать паче всего... А что Бог говорит, известно из укора совести (1, п. 117, с. 120).

Что значит иметь совесть чистую в отношении к вещам? Не злоупотребляйть ими, а пользоваться разумно, храня их сколько можно долее. Это монастырское правило (1, п. 113, с. 114).

...Сожжение совестию внутреннее дело... Сама совесть никогда не сгорает; но душа может дойти до такого нечувствия к ее внушениям и обличениям, что совести будто нет, сгорела (47, с. 325).

Сожженная совесть ничего не чует... грешит с сознанием, и горя мало. То страшное дело! Но вы хорошо делали, что скорбели и себя окаявали, Бог примет сие за исповедь... А когда скажете духовнику, то и совсем конец... и мир (6, п. 1003, с. 141).

Уже по тому самому, что грешник отделился от Бога, должно ожидать, что совесть у него не может быть исправна; ибо, если она есть, то голос Бога в душе (законодатель), то око Его (свидетель), то наместница Его правосудия (судия и воздаятель); то при отпадении от Него все сии Божественные, так сказать, наития на нас чрез дух должны ослабеть и умалиться в числе и силе (56, с. 267).

У человека, к Богу обратившегося и возстановившего благодатное с Ним общение, совесть заблуждающаяся вразумляется, искаженная исправляется... (56, с. 275).

Духовная немощь очищается исповедью, в коей полагается и начало врачевания ее. Врачевание же самое продолжается... доканчивается потом подвигами против нее (немощи). Кончится врачевание, когда страсть станет противною и перестанет влещи1. Пока сия процедура совершается, борющийся состоит в милости Началовождя, хотя раны получает чувствительные, падает и встает. Милость сия отступает только тогда, когда пал кто и не встает валяется. А если пал и тотчас встает и опять берется за оружие, чтоб противоборствовать, милость не отходит. Сим растворяйте совести своей горечь (1, п. 88, с. 71).

Совесть исповедью и сокрушением умиряется в связи с епитимиею (6, п. 980, с. 108).

Совесть видит нашу неправость и безпокоит. Она права. Не следовало себя связывать: то и то буду делать в видах подвижничества, когда не было уверенности одолевать себя всякий раз. Например: положили не пить чаю, а потом выпили чашечку. И безпокоитесь. Дело не велико выпить чашечку, но велико то, что совесть оскорблена и что допускаются дела, нарушающие прежние решения ваши. Этим разоряется внутренний строй и образуется навык не внимать совести, когда она указывает должное. А тут... и безстрашие придет и совершенное равнодушие к богоугождению... (2, п. 316, с. 186).

Как бы мы ни прятались со своими худыми делами, им, независимо от нас ведется запись, которая в свое время и предъявлена будет. Что ж это за хартия, на которой пишется эта запись? Совесть наша (43, с. 390).

Подвизайтесь неленостно так, чтобы совесть ни в чем не обличала... Покой совести есть первое условие мирных отношений к Богу, и эти последние составляют условия преуспеяния духовного во внутренней жизни (3, п. 534, с. 231).

Совесть да будет чистою всегда. Но совесть надо просветить словом Божиим, а то она часто безпокоит за то, за что не следует вступаться. Для того читать надо Евангелие и оттуда почерпать правила, какими потом должна руководиться совесть (2, п. 327, с. 200).

СМЕРТЬ И ЖИЗНЬ ЧЕЛОВЕКА ПОСЛЕ СМЕРТИ