«...Иисус Наставник, помилуй нас!»

Уведомление о усиливающейся болезни возлюбленной супруги и меня опечаливает не мало. Мы хотя с Вами купно, и со всеми совокупно, и просим и молим Господа Бога о исцелении доброй супруги Вашей, и несомненно уповаем на милосердие Божие, что силен Он есть даровать ей здравие и продлить жизнь до самой глубокой старости; но не ведаем, угодно ли это Его святой воле, и полезно ли ей? Так и Сам Христос Спаситель наш в молитве Своей со слезами просил Бога Отца о избавлении, говоря: Отче мой! неси от Мене чашу сию; обаче не якоже Аз хощу, но якоже Ты; буди воля Твоя! А посему если и для Б. предназначено у Господа Бога преселение из плачевной и многоскорбной юдоли сей в блаженную вечность, то не о том должно думать и говорить: с кем будет жить муж? С кем дети? Что с ними случится? Будут ли они счастливы? и проч., и проч. сему подобное. Но лучше употребить золотое времечко на размышление о грехах юности и неведения, о болезненном раскаянии в них и исповедании, занимать себя частою молитвою, хотя и краткою, и приобщением Святых Тайн, хотя в месяц раз и размышлением: «О горе мне, грешнице сущей, горе благих дел неимущей! Како пред суд Божий явлюся? Како со святыми вселюся? и проч». Думал было я и еще кое-что подобное сему написать; но опасаюсь, чтоб вместо пользы и утешения не опечалить Вас более, и не навлечь на себя негодования. А посему и прекращаю о сем говорить.

20 Декабря 1858 г.

На счет страхования и неприязненных встреч советую Вам прочитывать всегда псалом 26-й.

115. И в молитвах умеренность полезна

Первое писание Ваше, писанное с уведомлением о тяжкой и весьма опасной болезни Вашей, опечалило меня до болезни и слез так, что я первую ночь не мог уснуть ни на час от воображения о тяжком кресте вдовства.... Так что, сколько имел сил, молился и просил Господа помиловать от чаши смертной; и вместе с сим просил нашего отца Архимандрита принести о исцелении соборное моление во святом храме, которое и продолжалось несколько дней, т. е. до получения втораго Вашего письма, возвещающаго о облегчении от болезни, чему я, сердечно возрадовавшись, прочитал благодарственную молитву ко Господу Богу, и в конце оной воскликнул: Слава Тебе Богу, Благодателю нашему, во веки веков. Даруй Боже, чтобы таковая болезнь никогда не повторилась, которая может быть случилась с Вами от неумереннаго стояния? Иные от усердной молитвы головы свои раскалачивали до мозгу, но с нами - как с людьми умными - подобнаго усердия не случалось. Но от неумереннаго стояния, как у меня, так и у Вас разболелись ноги до неисцельных ран, а посему весьма справедливо св. Исаак Сирин сказал, что умеренному жительству цены несть; ибо Господь Бог не на ноги наши смотрит, а на сердце, и говорит: Сыне, даждь Ми твое сердце, а не ноги; почему и в молитвенном стоянии должны мы себя умерять; а я так оскудел ныне силами своими, что и сидеть много не могу, и спасаюсь, лежачи на боку, но не знаю - спасусь ли.

1-го Февраля 1863 г.

О зубной болезни Вашей сердечно сожалею я, но нисколько не удивляюсь этому. Ибо на мельницах и камни жерновные смалываются; а зубам нашим в течение жизни немало было работы. А главная причина болезни та, по словам святаго Давида, что зубы грешников Господь сокрушает.... А мы с Вами в числе грешников не последние люди.

116. О прекрасных птичьих концертах: всякое дыхание да хвалит Господа

Слыша, что Ваша семейная, святая обитель не свободна была от болезней, а также и от некоторых неприятностей, сердечно жалел я и просил Господа Бога, елико мог, чтобы Он посетил, и исцелил немощи Ваши имене Своего ради. Что делать? Так уже Господь устроил, чтобы временная жизнь наша без скорбей не проходила, как сказано: всякая глава в болезнь, и всякое сердце в печаль.

Но всего удивительнее, что ни один святой муж, сколько бы ни был свят и совершен, не провел жизнь свою без того, чтобы не претерпеть чего, и того ради, чтобы человек не превозносился. И если святые терпели, а нам и кольми паче должно терпеть!

А также и о болезненном страдании безвиннаго и ангелонравнаго Б. Вашего не мало болел я сердцем моим, и просил Господа, чтобы для утешения Вашего сохранил жизнь его, и облегчил страдания. Ибо знаю, что хотя и все дети любезны родительскому сердцу, но меньшия наиболее имеют на то право. Не скрою и сего от Вас я, что всех боголюбезных деточек Ваших люблю я от души, а Б., как фаворита, более, и чаще его воспоминаю, о чем и прошу Вас ему передать. А к сему прошу Вас ему же сообщить от меня за новость, что в настоящее время в наш монастырский лес стали слетаться птички с разных мест, которыя каждое утро часа по три спеваются. А сегодня и кукушка три раза прокуковала; и все оне ожидают сладкопевца соловья, и, составя хор, задумывают на прибытие Б. пропеть хорошенький концерт: «Хвалите Господа птицы пернаты, и старцы с юношами да восхвалят имя Господне». Но не знаю, возможно ли Вам нынешним летом отлучиться к нам? Ибо и служебныя дела, и домашния, и путь дальний, и многоиждивительный, а главное, что и утешения того не будет, какое вкушали Вы вполне при боголюбивейшем старце нашем отце Макарии; но и видеть те места, в коих он обитал, может быть умилительно; ибо радость любезна - бывает слезна. А посему, Даруй Вам, Господи, мысль благу, что подобает сотворити.

А что с боголюбезненьким Б. Вашим о птичках говорил на детском языке, прошу извинить меня скудоумнаго.

1 Апреля 1861 г.

117. И болезни нам во спасение посылаются