В 3-й книге Царств сказано, что

царица Савская, услышав о славе Соломона... пришла к нему, с дорогими подарками,

испытать его загадками… и беседовала с ним обо всем, что было у нее на сердце (см. 3 Цар. 10, 1—13). Предполагают, что царство Савское находилось в южной Африке, на восточном берегу, в местности, изобиловавшей золотом, недалеко от Трансвааля.

Напоминая фарисеям и книжникам о путешествии царицы Савской, Иисус сказал им, что эта язычница издалека пришла

послушать мудрости Соломоновой (Мф. 12, 42), а они, книжники и фарисеи, не принимают Того, Кто, будучи

больше Соломона, Сам пришел к ним, чтобы спасти их от греха; вот почему на окончательном Суде рода человеческого царица Южная станет выше их; ее признание мудрости Соломона осудит их, не признавших божественности посланного к ним Мессии Христа.

Отказав лукавым фарисеям в особом знамении как подтверждении Своей божественной власти, Господь сослался на язычников Ниневии, на которых произвела сильное впечатление проповедь Ионы: они отозвались на призыв пророка к покаянию, всенародно каялись во грехах своих и, в знак искреннего покаяния, постились и молились об отвращении возвещенного Ионой бедствия. И такое впечатление на язычников произвел голос внезапно пришедшего к ним Пророка, которого они до тех пор и не знали. Фарисеи же знали, что Креститель Иоанн всенародно объявил Иисуса Сыном Божиим и, в подтверждение истинности своих слов, сказал, что слышал голос Самого Бога, удостоверивший, что

Сей есть Сын Его

возлюбленный. И фарисеи не поверили Иоанну. После того Иисус совершил множество таких чудес, какие может творить только Бог; и они все-таки не поверили. Воскресил Он двух мертвецов, а они и после того продолжали упорствовать в своем неверии. Какие же после этого знамения могут поколебать их упорство? Если, как мы знаем, даже Воскресение распятого и умершего Христа не могло воздействовать на их совесть, то какое значение могло бы иметь теперь особое знамение, которого так настойчиво домогались фарисеи? Оно могло бы только повредить им, а пользы не принесло бы. Оно временно могло бы произвести на них благоприятное впечатление, и они, пожалуй, перестали бы преследовать Иисуса, не проявляли бы ничем свою ненависть к Нему, свою злобу. Но надолго ли? Не произошло ли бы с ними то же, что и с людьми, обуреваемыми какой-либо страстью, от которой они временно освободились? Не возвратилась ли бы к фарисеям затаенная ими на время злоба, да еще с большей силой, как возвращаются иногда к человеку страсти, от которых он, казалось, совсем отстал?

Притча о злых страстях и пороках, возвращающихся к человеку, временно освободившемуся от них