- Ну от чего же еще? Человек говорит о чем-то с преувеличением от тщеславия, от эгоизма.

- А что поможет такому человеку исправиться?

- Он должен прекратить врать. Он должен знать, что ложь, даже имея смягчающие вину обстоятельства, не прекращает быть половиной греха.

- Геронда, а может ли происходить следующее: нам дают что-то, протягивая руку помощи, а мы считаем, что нам дали это, потому что мы были этого достойны?

- Смотри, если я скажу тебе: "Ты, сестра, можешь достичь меры своей святой!", то, услышав эти слова, ты можешь ненадолго расплыться в глупой улыбке, однако внутреннего покоя иметь не будешь. Ложное не приносит человеку покоя. Как не имеет в себе покоя и тот несправедливый человек, который, обижая других, говорит: "Это мое". Посмотри, турки взяли Константинополь уже столько лет назад, однако, глядя на приезжающих в Константинополь греков, турки чувствуют, что захватили чужое, и смотрят так, словно вернулся хозяин! А ведь они турки, и прошло уже столько лет!

Неиспорченная совесть дает неложное извещение

Для человека нет ничего важнее, чем спокойная совесть. Если твоя совесть не обличает тебя в том, что ты мог сделать что-то еще и не сделал, то это великое дело. В этом случае человек имеет постоянную внутреннюю радость и вся его жизнь - торжество, праздник. Эта внутренняя радость дает человеку духовную силу.

- Геронда, а как понять, что наши действия благоугодны Богу?

- У человека есть внутреннее извещение.

- Собственного внутреннего извещения достаточно или необходимы также свидетельства других?

- Я веду речь о человеке, совесть которого не испорчена, а не о том, кто свою совесть исказил. Неиспорченная совесть дает неложное извещение. В этом случае человек чувствует уверенность, надежду и со смирением говорит: "Я не гожусь для Рая, я заслужил вечную муку, однако верую в то, что любовь и милость Божия меня не оставят". Он чувствует это, потому что подвизается, он не сидит сложа руки, успокаивая при этом свой помысл словами: "Бог меня спасет".

Совесть - это страшное дело! Нет более жгучего пламени, нет большей адской муки, чем жжение совести. Угрызения совести - это самый страшный и самый мучительный для человека червь. Те, кто находится в аду, будут вечно мучиться, потому что их будет терзать мысль о том, что они потеряли райские блага за те недолгие годы, которые прожили на земле, хотя и эти земные годы были полны угрызениями совести и внутренним удушьем. Кроме этого, страсти людей, находящихся в адской муке, не будут находить себе удовлетворения, и это будет для них еще одним мучением.

- Геронда, а каким образом монах может на практике переживать "мученичество" совести?

- "Мученичество" совести предназначено не только для монахов, оно - для всех людей, а монахи, кроме того, мучаются и сладкой мукой подвижничества. Однако, в сущности, для человека, который подвизается правильно, "мученичества" совести не существует. Ведь чем большую духовную боль испытывает человек, то есть чем ему больнее - либо за свою скверну, либо оттого что он соучаствует в Страданиях Господа, - тем большим божественным утешением ему воздается. Если совесть человека спокойна, то, даже имея скорби, расстройства и тому подобное, человек чувствует в себе божественное утешение.