87. Кто любит собеседование со Христом, тот любит быть уединенным. А кто любит оставаться со многими, тот друг мира сего. Если любишь покаяние, люби и безмолвие. Ибо вне безмолвия покаяние не достигает совершенства. Если любишь безмолвие матерь покаяния, то с удовольствием возлюби и малый телесный вред, и укоризны, и обиды, какия польются на тебя за безмолвие. Приверженность к безмолвию есть непрестанное ожидание смерти. Кто без сего помышления вступает в безмолвие, тот не может понести того, что неизбежно сопряжено с сим образом жития.

88. Будем любить безмолвие, пока мир не умерщвлен в сердцах наших. Будем всегда памятовать о смерти, и в сем помышлении приближаться к Богу сердцем своим, и презренными соделаются для нас мирския удовольствия.

89. Один из безмолвников говорил: "я подвизаюсь в безмолвии для того, чтобы услаждались для меня стихи при чтении и молитве. И когда от удовольствия при уразумении их умолкнет язык мой; тогда, как бы во сне каком, прихожу в состояние сжатия чувств и мыслей моих. И тогда, когда при продолжительности сего безмолвия утихнет сердце мое от мятежа воспоминаний, тогда посылаются мне непрестанно волны радости внутренними помышлениями, сверх чаяния внезапно приходящими к услаждению сердца моего".

90. Другой же говорил: "Безмолвие отсекает предлоги и причины к новым помыслам, и внутри стен своих доводит до обветшания и увядания воспоминания о предзанятом нами. И когда обветшают в мысли старыя вещества, тогда ум, исправляя их, возвращается в свой чин".

91. Иной еще говорит: "избери себе делание усладительное непрестанное бдение по ночам, во время котораго все отцы совлекались ветхаго человека, и сподобились обновления ума. В сии часы душа ощущает оную безсмертную жизнь, и ощущением ея совлекается одеяния тьмы и приемлет в себя Духа Святаго".

92. И еще: "чувства сии (внешния) подчинить власти души невозможно без безмолвия и отчуждения от людей; потому что разумная душа, быв существенно соединена и сопряжена с сими чувствами, ими и своими, под впечатлением их, помыслами невольно увлекается, если человек не будет бодрствен в сокровенной молитве".

93. Как от семени пота постов произрастает колос целомудрия, так от сытости похотное жжение, а от пресыщения нечистота. При алчущем и смиренном чреве никак не проникают в душу срамные помыслы.

94. Как просветляется красота твоя, целомудрие, возлежанием на голой земле, трудом алкания, отъемлющаго сон, злостраданием плоти, которая, при воздержании от яств, между ребрами и чревом делается подобною глубокому рву! Всякая снедь, приемлемая нами внутрь и всякое упокоение плоти образуют в нас срамныя представления и безобразныя мечтания; и оне, пораждаясь, раздражают нас к тайному склонению к делам срамным. А пустота чрева и мысли наши делает страною пустынною, не тревожимою помыслами, и безмолвствующею от всех мятежных помыслов.

95. Некоторыя нужныя указания безмолвствующему: Если во время разных служб, бываешь, по возможности, далеким от парения ума, и внезапно пресекается стих на языке твоем, и на душу твою налагает оковы молчания, без участия твоей свободы, и последует сие за долговременным пребыванием на безмолвии; то знай, что ты в безмолвии своем простираешься вперед, и что кротость начала в тебе углубляться. Ибо простое безмолвие в правду достойно осуждения.

Если примечаешь в душе своей, что при каждом возникающем в ней помысле, при каждом припамятовании, и во время созерцаний, какия бывают в безмолвии твоем, глаза твои наполняются слезами, и слезы без принуждения текут по ланитам твоим; то знай, что начало совершаться пред тобою отверстие преграды на разорение сопротивных.

Если находишь в себе, что по временам мысль твоя, без предварительнаго о том примышления, вне обычнаго порядка, погружается внутрь тебя, и пребывает в этом состоянии около часа, или сколько нибудь времени, а потом примечаешь, что мир царствует в помыслах твоих, и тоже самое повторяется с тобою всегда; то знай, что облако начало приосенять скинию твою.

Если же, когда вступишь в дело сие, не обретаешь мира от тревожащих себя страстей; то не дивись. Если недро мира, по удалении от него лучей солнечных, надолго остается темным, также запах врачевств и аромат мира, разливающийся в воздухе, пребывают не малое время, прежде нежели разсеются и исчезнут; то тем паче страсти, подобно псам, привыкшим лизать кровь в мясной лавке, когда не дают им обычной пищи, стоят и лают, пока не сокрушена будет сила прежняго их навыка.

Когда же простираешься ты вперед, то следующие явственные признаки найдешь близкими в душе своей: будешь укрепляться во всем надеждою и обогащаться молитвою, не оскудеет никогда в уме твоем служащее к пользе всякий раз, когда встречаешься с людьми и ощущаешь немощь естества человеческаго (каждый такой случай будет охранять тебя от гордыни), недостатки ближняго сделаются недостойными внимания в очах твоих, вожделеешь ты выдти из тела сего с таким же желанием, с каким стал бы пребывать в будущем веке, о всяком скорбном приключении, встречающемся с тобою явно и тайно, найдешь, что по справедливости и по суду приближилось к тебе все сие, и принесешь за то благодарение Богу.

96. Страсти приводятся в движение или какими-нибудь образами, или чувством без образов, и памятию сначала без страстных движений и помышлений, которая потом производит раздражение.