Father Arseny

Кто в Москву ему прохода не дал

И на Русь дороги заступил?

От лесов, пустынь и побережий

Все к Тебе за Русь молиться шли:

Стража богатырских порубежий...

Цепкие сбиратели земли...

Здесь в Успенском в сердце стен Кремлевых,

Умилясь на нежный облик Твой,

Сколько глаз жестоких и суровых

Увлажнялось светлою слезой!

Простирались старцы и черницы,

Дымные сияли алтари,

Ниц лежали кроткие царицы,

Преклонялись хмурые цари...

Черной смертью и кровавой битвой

Девичья святилась пелена,

Что осьмивековою молитвой

Всей Руси в веках озарена.

Но слепой народ в годину гнева

Отдал сам ключи своих твердынь,

И ушла Предстательница-Дева

Из своих поруганных святынь.

А когда кумашные помосты

Подняли перед церквами крик,

Из-под риз и набожной коросты

Ты явила подлинный свой Лик.

Светлый Лик Премудрости-Софии,

Заскорузлый в скаредной Москве,

А в грядущем Лик самой России

Вопреки наветам и молве.

Не дрожит от бронзового гуда

Древний Кремль, и не цветут цветы:

В мире нет слепительного чуда

Откровенья вечной Красоты!

Верный страж и ревностный блюститель

Матушки Владимирской, тебе

Два ключа: златой в Ее обитель,

Ржавый к нашей горестной судьбе.

19251929 гг.

Коктебель.

Приписка о. Арсения (1961 г.): Предполагаю, что последние четыре строки относились к А. И. Анисимову, реставрировавшему икону Владимирской Богоматери и охранявшему ее от посягательств на дальнейшее раскрытие красочных слоев. Александр Иванович Анисимов был расстрелян в 1937 г..

ВОСПОМИНАНИЯ ОБ ОТЦЕ АРСЕНИИ И ЕГО ДУХОВНЫХ ДЕТЯХ, БЕСЕДЫ ОТЦА АРСЕНИЯ, ЗАПИСАННЫЕ КИРОЙ БАХМАТ