Достаточно быть честным человеком: это лучшая религия и этого довольно

Да, этого довольно может быть, чтоб не попасть на каторгу; но не достаточно, чтоб достигнуть неба. Да, может быть, этого довольно в отношении к людям, но не достаточно в отношении к Богу, верховному Судии нашему.

Ты говоришь, что достаточно быть честным человеком. Положим что так; но надобно объясниться: скажи пожалуй, что ты подразумеваешь под словами честный человек?.. Это выражение мне кажется слишком гибким; оно удобно подделывается ко всем вкусам.

Спроси напр. у этого молодого человека, можно ли, с его испорченным нравом и беспорядочным поведением называться честным человеком? Он конечно ответит тебе, что шалости молодости не мешают нисколько быть честным человеком. А между тем, оскорбленный муж, у которого он отнял семейное счастье, бедная мать, у которой погибла дочь, соблазненная им, - думают конечно иначе.

Спроси у того алчного торговца, который подделывает свой товар, чтоб продавать его за лучший; спроси у ремесленника, который работает вдвое менее, когда его нанимают поденно, а не на урок; спроси у того хозяина, который пользуется бедностью своих работников, чтоб заставлять трудиться выше сил и за самую дешевую плату; спроси у них всех, - могут ли они, при таких неправых действиях, почитать себя честными людьми?.. и они ответят, что эти уловки доказывают только их уменье соблюдать свои выгоды.

Спроси у мота, у скряги, у пьяницы, - честные ли они люди? И от всех получишь утвердительный ответ.

Итак, по мнению всех этих людей, развратник, обманщик, ростовщик и тот кто разорил свое семейство, может быть честным человеком, если он не обличен гражданскими законами как вор или убийца?..

Не находишь ли ты этих правил весьма удобными?.. следовательно, тот кто не подвергся уголовному суду, не даст отчет Богу, хотя бы деяния его причинили много бед ближнему?

Так вот какова религия честного человека! и это ты называешь лучшею и достаточною религией? Скажи, то ли ты разумел, утверждая свое мнение?

"Нет" возражаешь ты; под словами честный человек я разумею более, нежели обыкновенно полагают; я называю честным человеком того, кто исполняет хорошо все свои обязанности, который делает добро и избегает зла".

На это я отвечаю тебе утвердительно, что если ты почитаешь себя таким, как объяснил, и достиг этого без помощи религии, то ты должен быть восьмое чудо в свете. Но не сердись, если скажу, что можно прозакладывать голову на том, что ты не таков, как говоришь...

Действительно, могу ли я поверить, чтобы у тебя не было страстей и худых наклонностей? каждый человек имеет их, и очень много. Если ты, напр., склонен к своеволию, к невоздержанности, к чувственным удовольствиям, кто же тебя удержит в пределах умеренности? Если ты увлекаешься к жестокости, к лености, к гордости, кто тебя укротит? Кто удержит твою руку, обуздает твой язык?.. Голос рассудка что ли? Но мы знаем, что сможет этот восхваляемый рассудок, когда он в борьбе с сильной страстью! Итак, что же кроме страха Божия может дать тебе силу побеждать самого себя? мы видим, что все человеческие законы и козни недостаточны удержать от преступления; а сколько же, сверх того, есть зла, недоступного правосудию человеческому?

Одна христианская вера сильна обуздать порывы страстей наших; она даже сильна искоренить их совершенно. Без ее могущественной помощи мы не можем быть постоянно верны всем трудным обязанностям, коих исполнение и составляет отличительное свойство истинно честного человека. без веры христианской мы не можем исполнять долга с тем прямодушием, которое есть признак высокого нравственного достоинства.

Если христиане самые добродетельные несмотря на сверхъестественную силу, которую почерпают в вере, преступают иногда свои обязанности, - так велика слабость человеческая! - то как же ты, лишенный этой благодатной помощи, этой крепкой узды, ты, оставленный на произвол естественных наклонностей, подверженный бесчисленным соблазнам мирской жизни, как можешь надеяться, что останешься навсегда верен долгу?