И, очевидно, главным требованием верующей совести являются проводы в жизнь вечную тех, кто родил нас в жизнь земную. Почтительный сын! Заботливая разумная дочь! Молитесь, чтобы вам не быть на стране далече в день и час кончины ваших родителей! Совесть бесконечное число раз будет награждать вас, если на ваших руках они скончаются и вам самим будет суждено закрыть их многострадальные очи. А если наше предупреждение не привлечет к себе внимания и вы будете легкомысленны в самом серьезном, что только написано в этой книге, то совесть все же пробудится, когда, к сожалению, будет уже поздно. И кто тогда успокоит ее, кто умирит терзание души? Ведь как известно, самым строгим судом судим себя мы сами.

Тихое, смиренное кладбище. По-весеннему щебечут пичужки. Раскидистые кроны деревьев, словно нерукотворенный полог, осеняют могильные холмики, которые усыпаны совсем не грустными маргаритками, радующими взор. Рядом с одной скромной, но чистенькой и опрятной могилкой стоит уже не молодой человек и едва слышно беседует с сынишкой-малышом, минуту назад с важностью что-то поправлявшим детской лопаткой внутри ограды. А с памятника на них глядит выгравированное в камне изображение женщины с утомленным, но добрым и мягким выражением лица. Она словно радуется, видя пред собой внука, которого не дождалась здесь на земле. Малыш со вниманием слушает папу и затем старательно крестится, шепча слова уже хорошо запомнившейся молитвы: "Упокой, Господи, душу бабушки моей, прости ей все согрешения вольные и невольные и даруй ей Небесное Твое Царствие". Вечереет. Отец с мальчиком уходят, тихонько затворив за собой калитку ограды. А добрый, ласковый взор мамы-бабушки провожает тех, за которых она и помолится.

XII. Зачем я живу?

Однажды, уже будучи священником, я проводил урок в воскресной школе одного из московских храмов. Моими слушателями были совсем маленькие детишки четырех, пяти и шести лет с их родителями. Да, многим мамам и папам интересно было послушать беседу батюшки с детьми, тем более, что в свое время они и помыслить не могли о подобной встрече. Передо мной с самым серьезным видом сидели малыши, сложив по-ученически руки на партах, а сзади устроились родители, совмещая приятное с полезным: детей все равно ждать, а тут предоставлялась возможность и батюшку послушать. Предмет для разговора был выбран серьезный - смысл жизни. "Конечно, об этом многие говорили и писали, - повел я речь, - среди них знаменитые ученые, философы, не ровня нам. Меня же интересует, в чем вы, дорогие дети, видите смысл своей собственной, а не чужой жизни. Желает ли кто-нибудь из вас, поразмыслив, ответить на такой серьезный вопрос: для чего Господь Бог сотворил именно вас, как вы это понимаете?" Минуту-другую все помалкивали. Да и немудрено - взрослые тоже были озадачены. Но затем поднялась одна рука, другая, третья - и вот уже несколько учеников воскресной школы были готовы дать ответ на этот, казалось бы, совсем недетский вопрос. Первым вызвался отвечать пресимпатичнейший малыш с белобрысой головкой, совсем как на картине Поленова "Московский дворик". Встав, он (не помню его имени, к сожалению) бойко и без запинки сказал: "Меня Бог сотворил, чтобы я ухаживал за своим хомячком!" Многие засмеялись. "Тут не над чем смеяться, - возразил я, - ответ дан очень и очень глубокий. Видите, мальчик убежден, что Господь Бог воззвал его из небытия для того, чтобы изливать любовь... ну пусть сначала на хомячка. Ведь и в Библии у премудрого царя Соломона написано: "Праведный печется и о жизни скота своего..." Действительно, полюбив и доказав своим попечением любовь к крошечному хомячку (да и сам отрок пока вовсе не великан), он затем дорастет и до любви к людям, которая требует гораздо более трудов и самоотвержения". Казалось, мой комментарий удовлетворил всех. Но в этот момент захотела отвечать маленькая Катенька: "А меня Господь создал, чтобы я ухаживала за своей черепашкой". Уже никто не смеялся, но мне пришлось заметить, что ответ не вполне самостоятелен, хотя опекать черепашек - дело тоже достойное. Следующим поднялся мальчуган лет шести с короткой стрижкой и еще более коротким именем Тит. Сейчас это уже вполне взрослый юноша. "Я сотворен Богом, - глубокомысленно изрек он, - чтобы не было скучно". Воцарилось молчание. Признаться, и я на минуту почувствовал себя в растерянности - уж слишком неожиданным оказался ход детской мысли. "Позвольте, позвольте, чтобы не было скучно... - повторил я изречение, одновременно размышляя над ним. - Ну, конечно! Совершенно ясное свидетельство, полностью подтверждаемое Священным Писанием! Во-первых, у царя Соломона в Книге Притчей есть речение о том, что Божественная Премудрость веселится о создании рук Своих. Бог по преизбытку благости сотворил мир, дабы разумные Его создания, ангелы и люди, познавая Творца и служа Ему, обретали бы в этом источник неиссякаемого блаженства. Во-вторых, - продолжал я осмыслять ответ мудрого Тита, - Господь даровал мальчика его маме, чтобы ей не было грустно, но чтобы, взращивая его, она непрестанно благодарила Создателя. Помните, как говорит Господь о рождении дитяти: "Женщина ...когда родит младенца, уже не помнит скорби от радости, потому что родился человек в мир". В-третьих, самому Титу теперь вовсе не скучно, ибо он открытыми глазами смотрит на мир Божий, полный бесчисленных и всевозможных чудес". Поглядывая время от времени на родителей, я видел на их лицах радостное изумление по поводу столь серьезных ответов их детей. Некоторые мамы записывали в блокнотики и тетрадки мысли детей и разъяснения священника. Родители тоже чувствовали себя полноправными учениками воскресной школы. Наконец, одна девочка постарше, лет десяти-одиннадцати, сказала: "А меня Бог сотворил на добрые дела". Я удивился - до какой степени ее представление о собственном предназначении совпадало с ясными словами Святого Апостола Павла о том, что Бог приготовил от вечности добрые дела для всякого христианина, желающего угодить своему Искупителю. Больше всего впечатлений от прошедшего урока о смысле жизни получил я сам. Душа моя не переставала удивляться мудрым ответам детей-дошкольников, которые, казалось, вовсе не доросли до размышления на подобные темы. Поистине устами младенца глаголет истина. "Когда-нибудь, - решил я про себя, - обязательно запишу услышанное, жалко, если все это пропадет бесследно". И вот, дорогие читатели, пришел час мне поделиться с вами воспоминаниями, как нельзя более уместными для данной главы.

Многие из нас, ежедневно читая молитву "Отче наш", повторяют слова "да святится имя Твое". А не кажется ли вам, что в них также дан ответ на вопрос о смысле жизни? "Да святится имя Твое..." Но когда и как святится, то есть прославляется, имя Божие? Прославляется оно в нас и через нас, когда наша жизнь полагается на жертвенник служения Господу. Смысл нашей жизни, по Евангелию, - познавать волю Господню и, исполняя ее, прославлять имя Божие на земле. Ведь прославляется Бог не столько устами человеческими, сколько делами. Лучшая проповедь о Христе - чистая и безукоризненная жизнь христианина. Так говорит об этом Спаситель: "Да светит свет ваш пред людьми, чтобы они видели ваши добрые дела и прославляли Отца вашего Небесного". Заметьте, дорогие читатели, не нас прославят, а Того Бога, во славу которого мы стремимся свершать дела веры и любви! Итак, Бог создал нас, дабы мы прожили краткую земную жизнь во славу Его имени и наследовали вечное и неразрушимое Царство Небесное, именуемое также Царством Славы. "Прославлю прославляющих Меня", - обещает Господь в Священном Писании. И лучшим свидетельством нашего соответствия замыслу Божию является стремление окружающих нас людей познавать Бога, после того как они познакомились с нами и узнали, что мы - христиане. Кто-нибудь скажет: "Не слишком ли это высоко? Мы не святые все-таки!" Да, мы слабы, но задачу умножения дарованной в таинстве крещения благодати и усвоения душе добродетелей: смирения, чистоты, кротости и любви - ставит перед нами Сам Господь. Во всяком случае, будем помнить смысл древнего латинского изречения "nоn progredi est regredi" - не двигаться вперед значит отступать назад. Нерадивые последователи Господа, небрегущие о должном исполнении заповедей Божиих, мало-помалу впадают в совершенное расслабление и совершают грехи, худшие, нежели и вовсе некрещеные люди. Не о таких ли лжехристианах изрекает Господь через святого Апостола Павла Свое грозное слово: "Ибо ради вас... имя Божие хулится у язычников"? По точнейшему определению великого среди святых преподобного Серафима Саровского, "истинная же цель жизни... христианской состоит в стяжании (иными словами, в приобретении) Духа Святого Божиего. Пост же и бдение, и молитва, и милостыня, и всякое Христа ради делаемое добро суть средства для стяжания Святого Духа Божиего". И действительно, скажем мы, великая и возвышенная, подлинно святая цель жизни! Столь великая, что все прочие цели и установки меркнут пред ней, как лунный свет исчезает вместе с серебристым малым светилом при восходе солнца.

Христианин! Учись все что ни делаешь, говоришь, мыслишь, посвящать Богу. И в большом и малом имей в виду главную цель и смысл своей земной жизни - прославление имени Господа через исполнение Его святой воли. Так живя, будешь непрестанно возрастать во благодати, которая и твою душу несказанно украсит и обогатит Христовыми добродетелями, и другим внушит следовать за Господом стезей Его заповедей.

Представим себе человека высокомерного, угрюмого, который стал бы вам говорить о Боге. Имела бы успех его проповедь? Весьма сомнительно. Но если в душе христианина-проповедника поселились подлинная кротость и спокойствие, радость и доброжелательность, мудрость и чистота, глубокое смирение, то тогда и слов не понадобится - одного взгляда на лицо его достаточно будет, чтобы уверовать в Евангелие. И, думаю, каждому из нас надлежит еще долго вникать в дивное свидетельство Саровского угодника о стяжании, приобретении Духа Святого как о цели христианской жизни. Ибо Он, даруемый нам через Церковь, животворит человеческую душу, украшает ее неизреченно, соделывает добродетельной, светлой и чистой, достойной своего Владыки. Есть такая древняя пословица: "Чья монета, того и царство". Во многих странах и поныне на монетах печатают изображение верховного правителя.

Взглянешь на монету - и поймешь, кто правит в этом государстве. Христос Спаситель, истинный Царь неба и земли, на Своем Страшном Суде будет определять, сохранен ли нами Его царственный образ или поврежден недостойной христианина жизнью. Ведь мы созданы по образу Божию, но не все хотим уподобиться Христу в Его добродетелях. Кто из христиан здесь на земле стяжал, приобрел Божию благодать, проведя время в молитвах, угодных Господу делах, был милостив и добросердечен, заботился не только и не столько о себе, сколько о других - у того душа и тело будут сиять несказанным светом на Суде Господа, и Бог узрит в этом христианине Своего преданного ученика. А кто окажется чужд Духа Святого, вместо добродетелей унесет с собой в вечность одни грехи и пороки: гордыню, жадность, злобу, нечистоту, лукавство, безверие - явится мрачным и страшным, и Всесвятой Господь с негодованием отвернется от неверного раба, не увидев в нем пречистого образа Своего. Подробнее мы побеседуем о Суде Христовом в одной из заключительных глав книги, а покуда предоставим вам, друзья, испытывать собственную душу, дабы вы обрели ответ на вопрос: "Зачем я живу?"

Жить просто так, как придется, очень опасно. Пока мы будем скользить по наклонной плоскости, время, отпущенное на покаяние, исправление жизни и стяжание благодати Божией, уходит безвозвратно. А ведь потерянного не воротишь.

XIII. Молитва

Присмотритесь, друзья, к лицам окружающих вас людей! Отчего не все они светлы, радостны, оживлены? Но у одного - выражение непреходящей грусти и печали, у другого - неподвижная маска эгоизма и равнодушия, у третьего - печать грубых чувственных страстей. Говорят, кто кому служит, тот на того и похож. И иногда с состраданием и содроганием вглядываясь в лицо несчастного винопийцы, невольно думаешь - уж не хозяйничает ли в его душе сам диавол, настолько оно стало темным, неприглядным, словно потеряло образ человеческий. Что же отличает, должно отличать служителей Господа, рабов Бога Небесного, истинных христиан от сынов века сего? Премудрый царь Соломон говорит, что у благочестивого и лицо цветет. А его царственный отец, святой пророк Давид, добавляет: "Знаменася на нас свет лица Твоего, Господи!" Дар Святого Духа, сообщенный нам в таинстве крещения, положил светлую печать на все существо наше: в час духовного рождения в купели крещения дивно просветилась душа - словно оделась в белоснежную одежду благодати, укрепилось и тело, даровано нам было блаженное единение с воскресшим Христом Спасителем. В сердце открылся чудный источник, из которого струится и журчит живая вода благодати Божией, насыщающая бессмертный дух человеческий.

Но не все из нас, к великому сожалению, сохранили крещенскую чистоту души и тела. Одни не получили воспитания в вере, другие подпали под дурное влияние, не разобравшись, с кем дружить можно, а с кем нельзя, третьи по причине отдаления от таинства исповеди вновь допустили до сердца злые помыслы и желания, стали пленниками греха. Святой родник благодати оказался под тяжким спудом пороков и страстей. И единственное, что может вновь даровать нам духовную свободу и возбудить Божию благодать, сокрывшую свое действие по нашему недостоинству, - это глубокая, чистосердечная исповедь и молитва. О последней мы и побеседуем в этой главе пообстоятельнее.