другими учениками сказал: я не поверю в Его Воскресение, если не смогу тронуть

Его язвы. И Христос теперь протянул ему Свои руки, открыл ему Свой бок и

говорит: коснись! Фома увидел воочию и познал Его Воскресение: Христос живой,

во плоти стоит; и эти раны были, может быть, бльшим доказательством

Воскресения, этой реальности Христовой плоти воскресшей, чем было бы видение

исцеленного тела. И он поклонился Христу (у нас нет основания думать, что он

даже прикоснулся к этим ранам) и сказал: Господь мой и Бог мой! (Ин20:24—28).

Это первое.

Дальше— другой ученик или, вернее, не ученик, а гонитель познал

воскресшего Христа, это Савл. О нем мы знаем, что он был еврей верующий, ученик

Гамалиила (Деян22:3), что он был одним из самых страстных приверженцев

своей веры, что он всей горячей, пламенной своей душой отдал себя служению и

поклонению Богу, Каким он Его знал. Он получил разрешение от синедриона идти в

Дамаск для того, чтобы там гнать учеников Христа, которых он считал лжецами,

собиравшимися распространить весть о том, что их Учитель умер, но воскрес и что

Он— Бог.

И на пути в Дамаск ему было видение. Вы знаете этот рассказ

(Деян9:1—22), я не буду на нем останавливаться. Он вдруг увидел перед

собой живого Христа в Божественном сиянии, упал на колени и от этого сияния

ослеп. Помните, как Моисей просил Господа дать ему воззреть на Себя и Господь

ему ответил: человек не может Меня видеть и остаться живым (Исх33:20). И

в воплощении Христовом Бог стал доступен, у Него был человеческий лик,

человеческое имя. Его можно было видеть. Воскресший Христос мог быть доступен так,

как тайна Божия не может быть доступна для нас. Святой Григорий Нисский говорит

о том, что Бог есть мрак, и поясняет: не потому, что в Нем есть какая-то

темнота, а потому, что Его свет такой, что он нас ослепляет и мы ничего больше

не видим.

Вот так ослеп и Савл, будущий апостол Павел. У него был, таким образом,