Если искренно жить, видеть себя так, как есть, не прятаться от самого себя, то Страшный Суд начинается еще при жизни. Праведен Суд Твой, Господи, помилуй меня.

Идет в наши дни ранняя обедня в московском храме. Пришла молодая женщина с девочкой лет 5-ти. У девочки длинные ресницы, в руках большая кукла. Девочка таращит изумленные глаза на алтарь и прижимает куклу. Потом мать взяла куклу и положила на окно, и кукла закрыла глаза заснула, а девочка на нее и не смотрит. Она вся в зрении открытых Царских врат.

В молитве св. Амвросия Медиоланского есть такие слова: Отыми от меня сердце каменное и даждь ми сердце плотяное. И у св. Исаака Сирина есть молитва о том же: Исполни, Господи, сердце мое жизни вечной. И этот же святой говорил: Жизнь вечная есть утешение в Боге.

Сердце это орган чувствования, ощущения. Святые учат, чтобы мы еще здесь, в этой земной жизни, ощущали свою жизнь вечную, свое утешение, идущее от Духа-Утешителя.

Жить в вере это и значит стремиться жить в ощущении жизни вечно. Если нет такого света этого ощущения, то жизни веры, по существу, еще и нет, или она бродит в сумерках, в окамененном нечувствии, как мы читаем в вечерних молитвах. Еп. Игнатий Брянчанинов, вспоминая слова мироносиц: Кто отвалит нам камень от двери гроба? пишет: Камень это недуг души, которым хранятся в неприкосновенности все прочие ее недуги и которые св. отцы называют нечувствием (2 том).

Наличие духовного ощущения есть признак живой духовной жизни. Вне духовного ощущения ничинается пребывание во внешности и формализме. Но св. отцы, уча об ощущении, тут же предостерегают от духовного сластолюбия. Отец Алексей Зосимовский говорил так: Надо поддерживать (в себе) всегда и везде горение духа, но никогда не нужно браться за духовные подвиги ради ощущаемой от них духовной сладости, а исключительно только для приобретения покаяния.

Искать всегда и везде нам нужно ощущения покаяния и предощущения любви. Нам нужно искать Христа, а не опять-таки самих себя в какой-то духовной сладости. Утешение же в рукаж Божиих, и, конечно же, сердце наше воздыхает о Нем.

По множеству болезней моих в сердце моем утешения Твоя возвеселиша душу мою (Пс. 93).

Если нет покаянного подвига (болезней), нет и утешения (в чем же, собственно, утешать?).

Но если нет подвига, нет и христианства.

Нельзя домогаться утешения (хотя его можно смиренно желать), но надо домогаться христианства, т.е. покаяния и любви, и тогда, непреложно получишь всем сердцем ощущаемое утешение.

Св. Игнатий (Брянчанинов) так молился об одном своем друге: Господи! Даруй Леониду ощутить духовное утешение, чтоб вера его создалась верой живой, верою от извещения сердечного, но не одного слуха (Письма).

Архимандрит Гурий писал: Церковь это ощутимо начавшееся богообщение (Буддизм и христианство).

Понятие жизни в Церкви очень трудно для объяснения и очень просто для восприятия.

Вся права суть разумевающим и проста обретающим разум.

Этого всего только жизнь от извещения сердечного, а не от слуха, и это, кроме того, не философское рассуждение и не обрядовый рефлекс.

Церковь это не стены и крыша, но вера и житие, говорил Златоуст. И еще можно сказать: жизнь в Церкви это прежде всего слезы, так как стоять у Креста без слез невозможно.