- Хорошо.

Звоню домой. Подошла мать, сказала:

- Слава, приезжай домой.

- Мама, ты не волнуйся. Я уже на студии, отснимусь и приеду вечером.

- Приезжай обязательно. Разговор есть. - Сказала она серьезным тоном.

- Хорошо, родненькая. Приеду, только поздно, наверное. Ну, а как вы там?

- Хорошо. Приезжай.

- Ладно.

Пошел в садик, что при павильоне, сел на скамейку, позавтракал орехами с апельсином. Подбегали ребятишки детсадовские. Они рядом со мною на травке паслись, посматривали на меня, как зверята Пришлось делиться с ними завтраком.

Работал над Невидимой бранью св. Епископа Феофана. На чтении о мистической силе слова вспомнился случай

Закрой книжку!

Я у брата Романа в Областной больнице, где он лежит в Нейрохирургическом отделении. Ему собираются делать операцию... Дежурная сестра сидит в кресле у Ромушкиной кровати к нему спиной, читает книгу. Хоть и в сумасшедшем отделении, а читать есть возможность, значит, не так уж тут хлопотно - подумал я и спросил у нее:

- Плохо было?

- Да нет, ничего... Ему сегодня вдувание сделали, вставать нельзя.

- Я посижу, подежурю, - сказал я. - Вы идите.

- Да нет, у нас сегодня двое новеньких. - И она кивнула головой на две другие кровати, встала, подошла к одной. - Только вот этот все спит вроде... Не шевелится.

Умер. - Мелькнуло у меня.

- Эй! Михаил! - крикнула она. - Забыла, как его отчество... И фамилию забыла...

Я подошел к ней, заглянул на Михаила. Мужчина лет пятидесяти... По лицу - простой рабочий человек... Лежал он лицом вверх, укрытый одеялом до самого подбородка, лежал с закрытыми глазами, но живой и даже на вид здоровый, лицо загорелое, обветренное. Наверно, на воздухе работает, - подумал я.

- Михаил!

Он лежал не открывая глаз и, видимо, не хотел их открывать из-за каких-то своих соображений... Глаза были сжаты и чуть дрожали веки.

- Михаил! - Не унималась сестра. - Открой глаза!

Он открыл глаза и глядит на нее. Ты отстанешь от меня или нет? - Спрашивали его глаза.

- Ты что все спишь? - Смутилась сестра. - А ночью что будешь делать?