В продолжение нашей беседы мне хотелось бы затронуть еще одну тему, очень страшную, тему, которая все более актуализируется в нашей врачебной практике.

Поговорим о детях, оставленных родителями, и называемыми такими страшными словами: "брошенные дети". По роду своей деятельности мне нечасто приходилось сталкиваться с такими детьми, но случаи такие были.

Во время моей работы в роддоме было таких два случая. Одного ребенка сразу усыновили. А о втором расскажу.

Это была очень хорошая девочка, рожденная молодой женщиной. По всем данным осмотра новорожденного девчушка здорова как физически, так и неврологически. До семи дней никаких разговоров об отказе ребенка у мамы не было. Перед выпиской из роддома мама решила, что дитя забирать не будет, она от него отказывается, но по какой-то неясной причине не написала отказ. А для новорожденного младенца это очень важно, потому что материнская бумага отказа позволяет в будущем усыновить ребенка, и таким образом он мог бы развиваться нормально в семье с родителями, которые занялись бы попечением. Но мама через несколько дней просто убежала.

По оставленным ею документам по месту прописки мать, к сожалению, найти не удалось. Девочка прожила в роддоме до месяца, затем была передана на выхаживание в стационар, а потом, скорее всего, в Дом малютки.

Конечно, участь такого ребенка печальна. Почему? При отсутствии документов такого ребенка усыновить довольно сложно.

Мне хочется еще рассказать о том, как дети реагируют на родительский отказ. Вот мы говорим, что дети мало что знают и понимают.

Когда носили дочурку к матери на кормление, это был один ребенок: такая радостная, такая улыбчивая малышка, хорошо прибавляла в весе, очень контактная, если можно так сказать про новорожденного младенца. И надо было видеть девочку после того, как произошла эта трагедия. Мы говорим, что они ничего не понимают. Нет! Весь ее вид, все поведение было настолько жалким, настолько исполнено внутреннего трагизма, одного ей понятного, потому что это предательство материнское очень хорошо ощутимо детьми. И следы этого предательства проявились в очень тонких моментах ее поведения: девочка стала хуже есть, она была поначалу очень грустной, вялой. Сначала педиатры подумали, что она заболела. Потом, через несколько дней, как бы адаптировавшись к тому, что мать предала ее, оставила ее, девочка изменила свое поведение. Удивительно выражение глаз таких детей: в них какое-то то ли вопрошение, то ли просьба. Сложно однозначно ответить, что происходит в этот момент в душе покинутого, преданного ребенка. Но то, что они своими эмоциями выражают несогласие с той жестокостью, которая была совершена по отношению к ним, это несомненно.

Замещая доктора в Доме малютки, вот с чем пришлось встретиться: малыши были в возрасте от двух месяцев до года и немножко старше. Дети разные. Среди них были и больные, и здоровые дети.

Что первое бросается в глаза, когда заходишь в палаты к этим детям? В материальном плане ребята обеспечены очень хорошо. У них хорошая одежда, хорошие пеленки, памперсы, хорошее питание, красивые игрушки, удобные кроватки, постельное белье. То есть, в некоторых случаях они имеют такие вещи, которых в наше нелегкое время не имеют даже дети домашние. Но все это ничто по сравнению с главным - эти дети крайне одиноки. Этим детям нужно главное - нужна семья, нужны родители.

Если бы вы видели глаза этих малышей... Говорят, что они еще ничего не понимают. Нет! Я с этим никогда не соглашусь.

Когда приходишь в палату к ним, они тебя еще не знают и надеются, что вот эта тетя как-то заменит ту маму, которая по какой-то причине оставила их. И они хватают тебя за пальцы, за руки, за халат. Они стараются уцепиться, удержать тебя и очень плачут, когда ты отнимаешь палец от их руки, потому что на каждое, даже самое малое внимание по отношению к ним, на каждый человеческий, нежный взор, ласковое слово они очень чутко реагируют, выражают буквально море радости невостребованной детской любящей души. Для них это очень важно.

Общение с матерью, особенно с первых дней, первых месяцев жизни, очень важно для малыша. Именно в эти временные промежутки, когда мы считаем, что ребенок мало чего понимает, закладываются основы его будущего душевного, духовного, психического и физического благополучия. По опыту общения в Домах-интернатах с детьми более старшими врачи знают, что многие детдомовские ребята отстают от домашних, не потому что они не имеют достаточного питания или других материальных благ. Нет. Они не имеют главного, что нужно ребенку - семьи, в которой идет нормальное развитие. Ни один педагог, который работает одновременно с десятью-двадцатью детьми, не может компенсировать именно эти семейные взаимоотношения.

Хочу рассказать еще один случай.