И еще более грустно, что начинают осуждать тех, кто выдерживает эти испытания, осуждают их в гордости и прелести. Нет бы сознаться, что сами оказались слабыми, вот нужно самооправдание и осуждение других. Господи, спаси нас, подай мужество!

Как мы запуганы, а ведь участь боязливых суть в озере огненном, как сказано в Апокалипсисе. Неужели уже все? Нет, не верится. Господи, помоги!

* * *

Самая главная добродетель при современном положении — смелость и дерзание!

Смелость и дерзание не приходят ни с того, ни с сего, это плод жизни во Христе! Ибо смелость без этого рано или поздно сломится. Дерзать можно, живя во Христе и со Христом идя в путь.

* * *

21 ноября 1975 года. Сегодня пятнадцать лет моего служения. Служил с трудом, много было мыслей, омрачающих мое христианское сознание. По окончании службы оказалось, что те, которые хотели помочь мне, испугались.

* * *

Надежда на человека ложна. Нужно надеяться и положиться только на Бога. Уж слишком много всего было в моей жизни, чтобы в этом сомневаться.

Господи, спаси. Ты только, Ты один остался. Да это и самое надежное.

Кто Бог велий, яко Бог наш, Ты еси Бог, творяй чудеса!

Грустно, что в нашей современной Русской Церкви нет единого мнения. И это даже не разные мнения об одном, это дробление мнений. Это — разбились на разные малые группки, и каждая претендует на свою правоту и осуждает других. Нет бы покаяться, все хотят быть учителями, выставить свои мнения.

Все это понятно. Понятно, в какое мы время живем и как у нас все вырвали, обворовали нас, а тут еще грех опутал всех нас. Единственный правильный путь — жить по-христиански, стараться понять друг друга, помочь и быть терпимыми друг к другу.

Господи, спаси Русскую церковь!

Для чего-то все допущено. Может быть, что-то большее Господь готовит нам. Придут люди, которые найдут общий язык со всеми и будут делать все одно дело.

Из тетради второй. Катастрофа

За время моей болезни в течение трех месяцев я крестил человек тридцать взрослых: студенты, ученые, художники. Родители их в основном неверующие.

* * *

Недавно одна армянка попросила меня, чтоб я присоединил её к Православию. Она полюбила русскую Церковь и русскую религиозность. Родители её ученые, неверующие, вернее боящиеся показать свою веру, а может быть, просто формально верят.

Она подала заявление о выходе из комсомола по религиозным мотивам. Комсорг ей сказал: можешь веровать тайно, а из комсомола не надо выбывать. Она настаивала, тогда комсорг стал её срамить: все неверующие, только ты одна. Армянка возразила, что сейчас многие начинают веровать. Комсорг стал грозить.