Православие и современность. Электронная библиотека
* * *
Люди хотят рассеять тоску земным устройством и удовольствием, а этим самым они её усугубляют. Не понимают того, что тоска — это жажда Бога.
Как несчастен современный человек!
* * *
Говорят, аморально жить с женой, когда её не любишь. Выходит, морально жить с любовницей, которую любишь?
А обязанности к детям, а долг к человеку — это что же, мимо любви?
А обязанность к семье — всё это не входит в понятие любви? Любовь, оказывается, чисто эгоистический интерес: мне приятно, а всё остальное — безразлично? Вот она — безрелигиозная мораль!
* * *
Люди стали бояться семейной жизни, привыкли жить своим личным миром, ни от кого независимо. Развивается эгоизм. Семья накладывает обязанности, а обязанностей избегают.
Семья сейчас нужнее, чем монашество, ибо монашество, в современном понимании, может вылиться в побег от всяких обязанностей.
* * *
Один священник у меня спросил:
— Простите, что я задам вам такой вопрос: почему к вам так много идет евреев?
— Стараюсь понять каждого человека: с иудеем, как иудей...
— Правильно, — говорит, — русский человек — это всечеловек. Вот только поймут ли они нас так?
* * *
С евреями нужно быть очень осторожным, легко могут обидеться и потерять доверие. А так этот народ очень привязчив, помнит добро, умеет помочь.
По-моему, у них очень развито чувство собственного достоинства, вот только не хватает им покаяния. Вот как сказать об этом, чтоб не обиделись?
* * *
Дочери семнадцать лет, не любит своих родителей. Оба безрелигиозны, религиозна только бабушка.
Она еще не уверовала, но, говорит, что любит только бабушку.
* * *
Недавно один человек был в провинции. Рассказывает, что храмы там пусты, старухи матерятся. Мужчины в основном пьют. Хотя над верующими там не смеются.
* * *
Приснился девушке сон: одиннадцатого числа через год умрет. Девушка училась в институте, стала пассивной, все забросила, в том числе и институт. Одиннадцатого числа все-таки пошла в храм причаститься. Ничего не случилось, и до сих пор живет.
* * *
Вчера у меня был молодой человек, двадцати лет, недавно я его крестил. Он — музыкант и из семьи музыкантов.
Недавно он ездил на Север, рассказывает, как там все приходит в запустение. Деревни брошены, все бегут в город, оставшихся переводят в совхозы.