"Смущение" и "раздражение"

"Смущение" - это завязка конфликта, естественная реакция на "слово брата, - как пишет авва Дорофей, - нанесшего оскорбление". "Смущение же есть то самое движение и возбуждение помыслов, которое воздвигает и раздражает сердце", - в этом, согласно авве Дорофею, состоит начальный этап конфликтной ситуации.

Второй этап - раздражение, как его определяет Дорофей, это "отомстительное восстание на опечалившего...". Чтобы точнее передать, в чем состоит раздражение, авва Дорофей находит еще другое его название: "Его также называют острожелчием (вспыльчивостью)".

В чем же состоит развитие конфликта на этом этапе? Неожиданно встретив недоброжелательство, человек смущен и в первый момент растерян. Вслед за этим он начинает многократно "прокручивать" в памяти инцидент. При этом, разумеется, он особо остро ощущает, "как несправедливо со мной поступили", и разгоряченно перебирает в уме способы, которыми он "восстановит" справедливость. Авва Дорофей поясняет: "Если же ты будешь продолжать... раздражать и возбуждать сердце воспоминанием: "зачем он мне это сказал, я и ему скажу то и то", то от сего самого стечения и, так сказать, столкновения помыслов согревается и разгорается сердце, и происходит воспламенение раздражительности, ибо раздражительность есть жар крови около сердца".

Собственное определение сущности раздражения преподобный Дорофей подтверждает авторитетом другого писателя-аскета. Марка Подвижника: "Как сказал блаженный авва Марк: "злоба, питаемая помышлениями, раздражает сердце"".

Во что перерастает раздражение?

Итак, во что далее переходит раздражение? "Когда возгорится раздражительность, - объясняет переход от второго этапа состояния конфликта к третьему авва Дорофей, - если он (то есть брат) и замолчит, но будет продолжать смущаться и возбуждать себя, то он делается, как мы сказали, подобным тому, кто подкладывает дрова на огонь, и они горят, пока наконец образуется много горящего уголья, и это есть гнев".

После весьма красочного описания порывов ярости, сделанного в свое время святителем Григорием Богословом, когда: "законы отметались в сторону, врага, отца, жену и родных всех сметал стремительный поток...", или же после описания гнева, оставленного свт. Тихоном Задонским, когда человек "негодует и шумит, клянет и ругает сам себя, терзает и бьет, ударяет по голове и лицу своему и весь трясется, как в лихорадке" показ гнева аввой Дорофеем может показаться "бледноватым".

Если сравнивать с другими этапами развития злопамятности, гнев авва Дорофей описывает не столь выразительно. Безусловно, на это есть свои причины. Прежде всего не требовалось в поучении к монахам, стремившимся контролировать каждый свой помысел (что, понятно, приходило не сразу), тратить время на борьбу с пороками, которых у них не было. Научиться держать себя в руках во внешнем поведении это первое, с чего начинал каждый из них еще в миру.