Первая и, конечно, самая очевидная черта современного брачного союза — это его непроч­ность. Вступая в брак из соображений прагмати­ческих, человек быстро понимает, что его расче­ты оказались ошибочны. Из стремления зака­муфлировать корысть он не может как следует выяснить и рассчитать, как много получит от брака, и получает значительно меньше, чем на­деется. Другая причина непрочности супружес­ких союзов заключается в том, что свобода, ста­тус и прочие выгоды, которых ищут современные молодые люди в браке, нередко оказываются на поверку не столь уж ценными сокровищами, каковыми кажутся издалека. Свобода превра­щается в непосильное бремя ответственности, а статус лишает многих забав, которые по-преж­нему влекут своим блеском.

Сожительство, основанное на страсти, тоже редко длится долго, потому что душевная любовь не переносит обыденности, а следовательно, иссякает, как только перестает получать посто­янную подпитку новыми ощущениями.

Второй характерной чертой современных браков можно назвать отчужденность, в которой нередко живут муж и жена. Отчужденность эта оказывается не только духовной, но и душевной, а порой даже и телесной. Ибо очень скоро до­вольно большая часть современных семей пре­вращается в соседское существование в комму­нальной квартире, когда муж и жена не имеют ни общих интересов, ни общих желаний, ни (часто бывает и такое) даже тем для разговоров. В результате этой отчужденности дом превращает­ся для обоих супругов в место ночного отдыха. Количество проводимых вместе часов сокраща­ется, разговоры заменяются совместным про­смотром телевизора, который, в свою очередь, приобретает функцию цемента, заполняющего пустоты и не дающего семье развалиться окон­чательно. Супружеские измены как следствие подобных отношений становятся неизбежным дополнением к семейной жизни.

Далее эти самые соседские отношения, в зависимости от разумности и воспитанности суп­ругов, приобретают характер либо постоянной склоки, либо постоянного компромисса и попы­ток находить обоюдно удобные решения. При этом второй вариант развития отношений не принципиально лучше первого. В обоих случаях дом превращается в зону конфликтную, и неза­висимо от того, будут ли конфликты решаться при помощи оружия или дипломатии, участники все равно получат свою долю стресса от сложив­шейся ситуации.

Таким образом, современная семья не толь­ко не выполняет той роли, которую предназна­чил ей Господь, но и становится очередным ис­точником стресса и почвой для развития страс­тей и грехов.

Но на этом разговор о браке не заканчивает­ся, поскольку в семье может быть еще один участник — ребенок.

Психологи беспрестанно твердят, что фор­мирование личности ребенка происходит в ран­ние годы его жизни и во многом зависит от отношений между родителями и от отношения родителей к самому ребенку.

Вполне очевидно, что ребенок, постоянно находящийся в зоне конфликта, вырастает нерв­ным и склонным к психическим расстройствам. Не видя любви между родителями и по отноше­нию к себе (а любви этой в большинстве случаев действительно не существует), он в принципе не может понять, что значит любить.

Правомерно задать вопрос: почему же со­временный родитель оказывается неспособен любить своего ребенка? Основная причина ви­дится конечно же в отходе от Бога и от Церкви, вне которых вообще странно говорить о любви, даже о любви к собственному ребенку. Но в современном мире ребенок не получает не толь­ко духовной любви родителя, но и банальной человеческой теплоты. Отношение родителей к ребенку ярко проявляется в разнообразных бра­коразводных ситуациях. Ситуация развода трав­мирует, но, по большому счету, она просто вы­талкивает на поверхность то, что раньше тща­тельно скрывалось. Насколько часто мы видим, что ребенок становится, например, средством давления одного из супругов на другого: если ты не сделаешь так, то я отберу у тебя ребенка или запрещу с ним видеться. Или орудием мести.

Т., переживая развод с мужем, собиралась сообщить своему ребенку, что любимый им отец умер. Она находила тысячи оправданий своему решению, но не принимала в расчет чувства самого ребенка, которому придется сначала пережить такую трагедию, как смерть одного из самых любимых людей, а потом, спустя годы, выяснить, что второй из этих двух людей так жестоко с ним обошелся.

Следствием развода становится ограничен­ная возможность общаться с одним из родите­лей. Впрочем, такие конфликты, когда жена зап­рещает мужу видеться с ребенком, не так уж часто случаются, а следовательно, как правило, тот факт, что отец проводит со своими детьми мало времени — отражение его безразличия и нежелания с ними общаться.

Отсутствие любви может выражаться очень по-разному. Здесь и синдром вундеркинда, то есть стремление сделать своего ребенка самым лучшим (как правило, стремление это объясня­ют благом самого ребенка, но, по большому счету, оно сводится к тщеславию родителей, которые хотят гордиться детьми); здесь и чрез­мерное баловство, задаривание ребенка, кото­рое также к любви не имеет никакого отноше­ния, потому что связано обычно с завуалиро­ванным желанием откупиться, заплатить веща­ми за недостаток внимания; здесь и попусти­тельство, в котором отражается желание быть «хорошими мамами и папами», и, напротив, чрезмерная строгость, говорящая о стремлении родителей к собственному комфорту, которому ребенок мешает.

Результат самый что ни на есть плачевный. Во-первых, не видя примера любви, маленький человек не может научиться любить сам. Во-вторых, ребенок, стремясь завоевать родительс­кую привязанность, начинает сперва сознатель­но, а потом уже бессознательно выстраивать свою жизнь таким образом, чтобы получать от родителей как можно больше знаков привязан­ности. Подобный подход к жизни, воспитанный с детства, создает определенные стереотипы поведения, которые в дальнейшем будут прони­зывать жизнь человека насквозь.