Ведь мы называем отношения блудными, если люди сошлись только для любовных утех, вовсе не желая вкусить ответственности друг за друга и за потенциальных детей, вкусить страда­ния и боль, без которых не рождается настоящая любовь. Ведь брак — это всегда внутреннее согласие быть вместе до конца, в радости и горе. А если этого согласия нет? Значит, мужчина и женщина не хотят быть вместе. Они хотят толь­ко приятностей.

Помните пьесу «Обыкновенное чудо»85?

Принцесса отказалась от своей любви к Мед­ведю (медведя превратили в прекрасного юно­шу; если он полюбит и поцелует девушку, он снова станет зверем). Предав любовь, не желая отведать горечь разлуки и увидеть, как ее воз­любленный снова станет зверем, она смертель­но заболевает. Итак:

«Король. (Они) говорят, что принцесса умрет. Администратор. От чего?

Король. От любви, что ли.

Администратор. Это, я бы сказал, вздор. Бред, как я это называю. Наш общий врач, мой и королька, вчера только осматривал принцессу и докладывал мне о состоянии ее здоровья. Ника­ких болезней, приключающихся от любви, у прин­цессы не обнаружено. Это первое. А во-вторых, от любви приключаются болезни потешные, для анекдотов, как я это называю, и вполне излечи­мые, если их не запустить, конечно. При чем же тут смерть?»

Так вот, любовь и «любовь» так же отлича­ются друг от друга, как те болезни, которые от них приключаются. В одном случае болезнует и тоскует душа, жаждущая соединения с люби­мым,

___________________________________

а в другом итогом становятся венерические болезни.

Так неужели мы согласимся любить этой второй, меленькой и дешевой любовью, которая боится свадьбы без того, чтобы «предваритель­но не попробовать друг друга»? Неужели мы так дешево себя ценим, что испугаемся потерять человека, который «не может потерпеть», слов­но речь идет о походе в туалет? Или мы сами не в состоянии потерпеть?

И если вы оба так уверены в чувствах, что мешает вам освятить их в Церкви и испросить Божией благодати на вашу любовь?

А мешает внутреннее убеждение в том, что эта любовь ненастоящая. Что будет другая или другой, которые «больше подойдут». Вот мы сами и поставили себе диагноз. Если есть сомне­ния — значит это не «та самая» любовь. А если не та самая — брак бессмыслен и обречен на провал. А если так — значит, мы живем в блуде ради удовлетворения животных инстинктов. А если мы в блуде, значит, мы недостойны Причас­тия Вечной Жизни и Любви — Христа. Вот так мы осудились собственной совестью, и «злые» батюшки здесь ни при чем.

Потому что, если мы внутренне понимаем, что нас не разлучат ни смерть, ни горе, ни бо­лезнь, — значит мы уже в браке. Печать в паспорте — это свидетельство перед обществом. Венчание — свидетельство перед Богом. По­этому те, кто действительно живет одним дыха­нием, всей душой желают единения перед Зако­ном и Благодатью. А те, кто тешит похоть и жаждет наслаждений, бегут и от загса и от хра­ма, запутавшись в похоти и лжи перед самими собой и перед сожителем. Значит, сердце сжига­ет блудная страсть, и мы встаем перед выбором: бороться с ней или уступить.

Поэтому столь логично звучит призыв Церк­ви или оставить блудную жизнь, или превратить ее в брак, наполнив ответственностью, любовью и благодатью.