Если бы змию воспрещено было прийти и искушать Адама; то жалующиеся теперь на то, что змий пришел, тогда стали бы жаловаться на то, что змию воспрещено было прийти; они же бы стали утверждать, что змию воспрещено прийти к Адаму по зависти, чтобы Адам, по кратковременном искушении, не приобрел вечной жизни; и те самые, которые теперь говорят, что если бы змий не пришел, то Адам не согрешил бы, стали бы утверждать, что, если бы змий пришел, то Адам не согрешил бы. Как теперь уверены они в справедливости утверждаемого ими, что если бы змий не пришел, то Адам и Ева не согрешили бы; так еще более стали бы уверять себя в справедливости того, что если бы змий пришел, то они не согрешили бы. И что из сего было бы вероятнее, если бы самое дело не показало, что Адам послушался змия, и Ева повиновалась пресмыкающемуся?

Глас Твой слышах, и убояхся, и скрыхся: потому что умолчал о том, что нужно было сказать, и вместо сего сказал о том, что не было нужно. Вместо того, чтобы признаться, что сам сделал, каковое признание было бы для него полезно, Адам пересказывает, что происходило в нем, сказывать о чем было для него бесполезно. Бог говорит ему: (11) кто возвести тебе, яко наг еси, аще не бы от древа, егоже заповедах тебе, от него ял еси? Наготу свою увидел ты зрением, какое дано тебе древом, обещавшим тебе зрение божественное. Но Адам не исповедует своей вины, обвиняет же подобную себе жену. (14) Жена, юже дал еси со мною, та ми даде от древа, и ядох. Не я приблизился к древу, но моя рука простерлась к запрещенному плоду. Посему и Апостол говорит, что не Адам согрешил, но Ева преступила заповедь (1Тим.2:14). Но если Бог дал тебе, Адам, жену; то дал для того, чтобы помогала тебе, а не вредила, находилась у тебя в подчинении, а не повелевала тобою.

Когда же Адам не хотел исповедать своей вины, тогда Бог обращается с вопросом к Еве и говорит: (13) что сие сотворила еси? И Ева вместо того, чтобы умолять со слезами и принять на себя вину, как бы не желая исходатайствовать прощения себе и мужу, не говорит, какое обещание дал ей змий и чем убедил ее, говорит же просто: змий прельсти мя, и ядох. Когда оба были спрошены, и открылось, что не имеют они ни покаяния, ни истинного оправдания; тогда обращается Бог к змию, но не с вопросом, а с определением наказания. Ибо, где было место покаянию, там сделан вопрос; а кто чужд покаяния, тому изречен прямо приговор суда. И что змий не мог принести покаяния, сие можешь уразуметь из того, что, когда Бог сказал ему: (14) яко сотворил еси сие, проклят ты от всех скотов, тогда змий не говорит, что не сделал сего, потому что боится солгать, но не говорит также, что сделал, потому что чуждо ему покаяние.

Проклят ты от всех скотов; потому что ввел в обман поставленных владыками над всеми скотами. И поелику ты хитрее всех зверей, то будешь проклят от всех зверей земных. И на чреве твоем ходити будеши, потому что жену подверг ты болезням рождения. Землю снеси вся дни живота твоего, потому что Адама и Еву лишил плодов древа жизни. (15) И вражду положу между тобою и между женою, и между семенем твоим и между Семенем тоя; потому что жену и рождаемых ею ввел ты в обман и поработил смерти своею коварною любовью. Объясняя вражду, которая полагается между змием и женою, между семенем змия и Семенем жены, Бог говорит: Той твою сотрет главу - ту главу, которую желал ты освободить от рабства Семени ее; и ты будешь поражать его не в слух, но в пяту.

Хотя, и по самой справедливости, определение суда надлежало прежде изречь змию; потому что, где начало преступления, там должно было начаться и наказанию; но Бог начал с сего презренного, конечно для того, чтобы - пока на него одного обращен был гнев правосудия - Адам и Ева пришли в страх и покаялись, и тем благости открылась возможность освободить их от проклятий правосудия. Когда же змий проклят, а Адам и Ева не прибегли к молениям; тогда Бог изрекает наказание им. Обращается же к Еве, потому что ее рукою дан Адаму грех, и произносит ей приговор суда, говоря: (16) умножая умножу печали твоя и зачатие твое, и в болезнех родиши чада. Хотя Ева и рождала бы по благословению чадородия, какое дано ей вместе со всеми живыми тварями; однако же рождала бы немногих, потому что рожденные ею пребыли бы бессмертны. Притом, была бы она свободна от болезней рождения, от забот при воспитании рожденных и от скорбей о смерти их. И к мужу твоему обращение твое, чтобы тебе быть под властью, а не самой властвовать. И той тобою обладати будет; потому что ты надеялась, по вкушении плодов древа, сама возобладать им.

Когда Бог изрек определение Еве, в Адаме же не обнаружилось покаяния; тогда и на него налагает наказание, и говорит: (17) яко послушал еси гласа жены твоея, и согласился вкусить от древа, егоже заповедах тебе сего единаго не ясти, проклята земля ради тебя. Хотя за виновного Адама наказана неповинная земля; но проклятием земли, которая не может страдать, подвергался страданию Адам, который мог страдать. Поелику проклята была земля; то подпал проклятию и тот, кто не был проклят. Не сказал же Бог, что в наказание человеку обратится проклятие, какому подпадает земля; потому что и ему самому произнес приговор, сказав: в печалех снеси тую вся дни живота твоего по преступлении заповеди. Как при соблюдении заповеди вкушал бы ты плоды ее беспечально; так теперь после греха она (18) терния и волчцы возрастит тебе, которых не произращала бы, если бы не согрешил ты. Снеси траву селную; потому что, вняв пустому обольщению жены, презрел ты вожделенные плоды райские. (19) В поте лица твоего снеси хлеб твой; потому что не угодно тебе стало без всякого труда наслаждаться утешениями этого едемского сада. И сие продолжится для тебя, дондеже возвратишися в землю, от неяже взят еси; потому что презрел ты заповедь, которая вскоре даровала бы тебе вечную жизнь, когда было бы тебе дозволено вкусить плодов древа жизни. И поелику ты - от земли, и забыл сие; то возвратишися в землю, и чрез сие уничижение познаешь, что такое - ты.

И сатана, сотворенный в сии же шесть дней, когда сотворен и змий, в которого вошел он, до сего шестого дня был так же прекрасен, как прекрасны были Адам и Ева до преступления заповеди. Но сатана, в сей день соделавшийся уже втайне сатаною, был обвинен и осужден в тот же день тайно; потому что Бог суда Своего над ним не восхотел открыть прародителям, чтобы не могли они предузнать его искушения. Посему-то сказала жена: змий прельсти мя, а не сатана.

Итак, сатана осужден был тайно, а с ним осуждены и все воинства его. Поелику грех был велик, то наказание было бы мало, если бы постигло только одного или некоторых. Но как Еве и всем дщерям ее определены болезни рождения; как Адаму и всем чадам его определены печали и смерть; как змию и всему семени его определено быть в попрании: так и бывшему в змие со всеми воинствами его определено идти в огнь. Но сие сокрыто было в ветхом завете и открыто в завете новом Господом нашим, Который говорит: о суде же, яко князь мира сего осужден бысть (Ин.16:11), то есть был обвинен.

Сказав о наказании, какое понесли искуситель и искушаемые, Моисей пишет о том, как (21) сотвори Бог Адаму и жене его ризы кожаны, и облече их. Ризы сии были или сделаны из кож животных, или сотворены вновь, потому что, по словам Моисея, Господь сотворил ризы сии, и облек ими Адама и Еву. Можно думать, что прародители, коснувшись руками препоясаний своих, нашли, что облечены они в ризы из кож животных, умерщвленных, может быть, пред их же глазами, чтобы питались они мясом их, прикрывали наготу свою кожами, и в самой их смерти увидели смерть собственного своего тела. После сего, (22) рече Бог: се Адам бысть, яко един от Нас, еже разумети доброе и лукавое. В словах: бысть яко един от Нас, Бог открывает тайну Святой Троицы, и вместе посмевается Адаму; потому что сказано ему было: будете яко бози, ведяше доброе и лукавое.

Конечно, Адам и Ева по вкушении плодов древа узнали доброе и лукавое; но и до вкушения знали они добро по опыту, о зле же только слышали; а по вкушении произошло противное тому; они стали слышать только о добром, худое же испытывать на деле; потому что отнята у них слава, какою облечены были, овладели же ими печали, которые прежде далеки были от них.

(22) И ныне да не когда прострет руку свою, и возмет от древа жизни, и снест, и жив будет во век. Если Адам дерзнул вкусить плодов с древа, с которого воспрещено было вкушать; то не тем ли паче устремится он к древу, плодов которого не запрещено было вкушать? Но поелику прародителям определено уже было проводить жизнь в труде и поте, в печалях и болезнях; то, чтобы вкусив плода с сего древа и получив вечную жизнь, не должны были вечно мучиться в жизни, Бог не допустил, чтобы подпавшие проклятью вкусили плодов того дерева, которое для того уготовлял, чтобы дать им, когда будут они свободны от проклятий и облечены славою. Сделал же сие для того, чтобы животворный дар не послужил к их бедствию, и приятое от древа жизни не принесло им большого несчастья, в сравнении с тем, какое принесено им древом познания. От одного получили они временные болезни, а другое соделало бы временные болезни вечными; от одного приобрели они смерть, которая разрешает их от уз болезней, а другое соделало бы их погребенными еще при жизни, потому что сохранило бы им жизнь для вечного мучения в болезнях. Посему Бог отъял у них древо жизни. Притом и несообразно было жизнь блаженную иметь на земле проклятий, и жизнь вечную обрести в мире преходящем.

Если бы прародители вкусили плод древа жизни, то произошло, бы одно из двух, или смертный приговор суда остался бы без исполнения, или древо жизни не было бы уже животворно. Посему, чтобы и смертный приговор суда не был нарушен, и древо жизни не оказалось недействительным и неживотворным, Бог изгнал Адама из рая, чтобы не потерпел он вреда и от древа жизни, как пострадал от древа познания; послал же его делати землю, от неяже взят бысть, чтобы, возделывая землю, приобрел себе пользу тот, кому принесен вред райским покоем. По изгнании прародителей из рая, Бог; как написано, на восточной стороне рая сладости (24) пристави херувима и острие меча обращаемаго, хранити путь древа жизни. Оплот рая имел жизнь, потому что мог вращаться сам собою, чтобы путь к древу жизни охранять от того, кто мог пожелать плода его, и дерзнул бы сорвать оный. Но острие меча поразило бы того смертного, который пришел бы восхитить бессмертную жизнь.

Глава 4

Сказав об изгнании Адама из едемского сада, о херувиме и об острие меча, ограждавшего рай, Моисей обращается к повествованию о рождении Каина и Авеля, и о принесении ими жертв, и говорит: (1) Адам же позна Еву, и она роди Каина, и рече: стяжах человека, не Адаму, познавшему ее, но Господу, образовавшему плод в утробе ее. (2) И приложи родити Авеля. И бысть Авель пастырь овец: Каин же бе делаяй землю; т.е. когда пришли в возраст, один стал пастырем, а другой земледельцем.