Глава 1

(1) В начале сотвори Бог небо и землю, то есть сущность неба и сущность земли. Никто не должен думать, что шестидневное творение есть иносказание; непозволительно также говорить, будто бы, что по описанию сотворено в продолжение шести дней, то сотворено в одно мгновение, а также будто бы в описании сем представлены одни наименования, или ничего не означающие, или означающие нечто иное. Напротив того, должно знать, что, как небо и земля, сотворенные вначале, суть действительно небо и земля, а не что-либо иное разумеется под именем неба и земли, так и сказанное о всем прочем, что сотворено и приведено в устройство по сотворении неба и земли, заключает в себе не пустые наименования, но силе сих наименований соответствует самая сущность сотворенных естеств.

В начале сотвори Бог небо и землю. Сим и ограничилось дело первоначального творения; потому что ничего иного не сотворено вместе с небом и землею. Даже и природы, сотворенные в тот же день, тогда сотворены еще не были. А если бы они были сотворены вместе с небом и землею; то Моисей сказал бы о сем. Не говорит же он, чтобы не подать мысли, будто бы наименование природ древнее их бытия. Из сего ясно открывается, что небо и земля сотворены из ничего, потому что не были еще сотворены ни вода, ни воздух, не получили еще бытия ни огонь, ни свет, ни тьма: они произведены позднее неба и земли. Поэтому суть твари, ибо произошли после неба и земли; и не вечны, ибо не было их прежде неба и земли.

После сего Моисей говорит не о том, что над твердью, но о том, что между твердью и землею, как бы в недрах каких. Не написал он нам о духах, не говорит, в какой день сотворены они. О земле же пишет, что (2) была не образована и пуста, то есть ничего на себе не имела и была пустынна. И сие сказал, желая показать, что пустота была прежде природ. Впрочем не говорю, что пустота есть нечто действительно существующее, а хочу только показать, что была тогда одна земля, и кроме ее ничего другого не было.

Сказав о сотворении неба и земли и указав на пустоту (поелику время древнее природ, сотворенных по времени), Моисей обращается к описанию самых природ, и говорит: и тма верху бездны. Это показывает, что бездна вод сотворена в то же время. Но как она сотворена в тот день, в который сотворена? Хотя и сотворена в этот день и в это время, однако же Моисей не написал в сем месте, как она сотворена; посему и должны мы принять, что бездна сотворена в то время, как написано, а как она сотворена от самого же Моисея ожидать на сие объяснения. Тьму верху бездны некоторые почитают тенью неба. Если бы твердь сотворена была в первый день, то мнение их могло бы иметь место. А если бы горние небеса подобны были тверди: то глубокая тьма была между небесами и небесами; потому что не был еще сотворен и водружен там свет, который своими лучами разгонял бы там тьму. Если же небесная область светла, как свидетельствует Иезекииль, Павел и Стефан, и небеса светом своим разгоняют тьму; то как распростирали они тьму над бездною?

Если все сотворенное (хотя написано, или не написано о сотворении того) сотворено в шесть дней; то облака сотворены в первый день. Огонь сотворен вместе с воздухом, хотя о нем и не написано, так и облака сотворены вместе с бездною, хотя и не написано о них, что сотворены вместе с бездною, подобно тому, как не написано о сотворении огня вместе с воздухом. Ибо надлежало, чтобы все было сотворено в шесть дней. Происхождение же облаков нам известно, и потому должны мы полагать, что облака сотворены вместе с бездною; ибо они всегда рождаются от бездны. И Илия видел облак восходящий из моря (3Цар.18:44), и Соломон говорит: в чувстве его бездны разверзошася, облацы же источиша росу (Притч.3:20). В том, что облака сотворены в это именно время, то есть в первую ночь, убеждает нас не одна сущность облаков, но и самое их действие, ибо полагаем, что ими произведена первая ночь. Подобно тому, как облака распростирались над Египтом три ночи и три дня, и произвели ночь, распростерты были облака над целым миром в первую ночь и в первый день творения. Если облака были прозрачны; то первый день не был лишен некоторого освещения, потому что сияния горних небес было достаточно заменить свет, сотворенный после в первый же день.

По прошествии ночи и дня в вечер второй сотворена твердь; и она с сего времени тенью своею производила следующие за тем ночи. Таким образом, в вечер первой ночи сотворены небо и земля, с ними сотворена и бездна, сотворены облака, и они-то, распростершись над всем, произвели темную ночь. А после того, как тень сия покрывала все в продолжении двенадцати часов, сотворен свет, и он рассеял тьму, распростертую над водами.

Сказав о тьме, что тьма была распростерта верху бездны, Моисей продолжает: и дух Божий ношашеся верху воды. Дух Божий есть Святый Дух Бога Отца, исходящий от Него невременно, и по сущности и творческой силе равный Отцу и единородному Сыну Его. Дух сей, собственно, особо и самостоятельно отличаемый от Отца, в божественном Писании именуется Духом Божиим и Духом Святым. О Нем говорится: ношашеся над водами, чтобы вложить родотворную силу в воды, в землю и в воздух; и они оплодотворились, породили в себе и произвели растения, животных и птиц. Духу же Святому подобало носиться в удостоверение, что творческою силою равен Он Отцу и Сыну. Ибо Отец изрек, Сын сотворил; подобало и Духу привнести Свое дело. И сие явил Он ношением, явственно показав тем, что все приведено в бытие и совершено Троицею. Притом должно знать, что Писание, когда повествует о творческой силе Божества, не представляет нам такого духа, который бы, как нечто сотворенное и произведенное, вместе с Богом носился над водами, но говорит о Духе Святом. Он согревал, оплодотворял и соделывал родотворными воды, подобно птице, когда она с распростертыми крыльями сидит на яйцах, и, во время сего распростертия, своею теплотою согревает их и производит в них оплодотворение. Сей-то Дух Святый представлял нам тогда образ святого крещения, в котором, ношением Своим над водами, порождаешь Он чад Божиих [1].

Сказав о сотворении неба, земли, тьмы, бездны и вод в начале первой ночи, Моисей обращается к повествованию о сотворении света в утро первого дня. Итак, по истечении двенадцати часов ночи, сотворен свет среди облаков и вод, и он рассеял тень облаков, носившихся над водами и производивших тьму. Тогда начался первый месяц Низан, в который дни и ночи имеют равное число часов; свету надлежало пребывать двенадцать часов, чтобы день заключал в себе такое же число часов, какую меру и продолжительность времени пребывала тьма. Ибо хотя и свет и облака сотворены во мгновение ока, но как день, так и ночь первого дня продолжались по двенадцати часов.

Свет, явившийся на земле, подобен был или светлому облаку, или восходящему солнцу, или столпу, освещавшему народ еврейский в пустыне. Во всяком случае несомненно только то, что свет не мог бы рассеять обнимавшую все тьму, если бы не распространил всюду или сущность свою, или лучи, подобно восходящему солнцу. Первоначальный свет разлит был всюду, а не заключен в одном известном месте; повсюду рассевал он тьму, не имея движения; все движение его состояло в появлении и исчезновении; по внезапном исчезновении его наступало владычество ночи, и с появлением оканчивалось ее владычество. Так свет производил и три последующие дня. Чтобы свет не обратился в ничто, как происшедший из ничего, Бог особенно засвидетельствовал о нем, сказав (18): яко добро. А сим самым засвидетельствовал, что добры зело все твари, происшедшие прежде света, о которых не было сказано, что они добры. Ибо хотя Бог не сказал сего о них, при самом сотворении их из ничего; однако же после, когда образовал все из них, подтвердил это и о них. Ибо ко всему сотворенному, т.е. ко всему, что сотворено в шесть дней, относятся слова, сказанные при конце шестого дня (31): и виде Бог вся, елика сотвори: и се добра зело.

Сей первоначальный свет, по сотворении названный добрым, восхождением своим производил три дня. Он, как говорят, содействовал зачатию и порождению всего, что земля должна была произвести в третий день; солнцу же, утвержденному на тверди, надлежало привести в зрелость то, что произошло уже при содействии первоначального света. Говорят же, что из сего рассеянного всюду света и из огня, сотворенных в первый день, устроено солнце, которое на тверди, и что луна и звезды - из того же первоначального света, чтобы, как солнце, владеющее днями, освещая землю, вместе с тем приводило в зрелость ее произведения, так луна, владеющая ночами, не только светом своим умеряла ночью жар, но и содействовала земле производить свойственные ей по первоначальной природе плоды и произведения. И Моисей в своих благословениях говорит: от плода, который производит луна (Втор.33:14).

О свете замечают, что он сотворен в первый день, кроме всего прочего, и для произведений земных. Но хотя земля при посредстве сего света произвела все, что совершилось в третий день, между тем как свет был в первоначальном своем состоянии; впрочем, все плоды земные при посредстве луны, как и при посредстве света, должны были получить начало, при посредстве же солнца - придти в зрелость.

Итак, земля произвела все из себя при содействии света и вод. Хотя Бог и без них мог произвести все из земли; однако же, такова была воля Его, и тем хотел Он показать, что все, сотворенное на земле, сотворено на пользу человеку и на служение ему.

Воды, покрывавшие землю в первый день, были несоленые. Хотя над землею была бездна вод, но не было еще морей. Воды сделались солеными в морях, до собрания же их в моря не были солоны. Когда воды разлиты были по лицу земли для ее орошения; тогда были они сладки. Когда же в третий день собраны в моря; тогда соделались солеными, чтобы, от совокупления в одно место, не подверглись гниению, и чтобы, принимая в себя вливающиеся в них реки, не переполнялись. Вода рек, вливающихся в море, была для него достаточным питанием. Чтобы не иссохло море от солнечного зноя, вливаются в него реки. А чтобы не возрастало море, не выходило из пределов и не потопляло землю, принимая в себя воды рек, воды их поглощаются соленостью моря.