Во время каждого Великого Поста за исповедью Бог внушает ту или другую руководящую мысль. В этом году — это любовь ко Христу и главное средство борьбы с грехом — молитва Ему же.
... Так грустно всегда расставаться с Постом и с пасхальной неделей. Я всегда тяжело переживаю и закрытие врат в алтаре в субботу Фоминой, и вообще конец пасхальной седмицы. Хоть и поют еще «Христос Воскрес», но все делается труднее, как будто действительно снова затворились двери Царствия, открывшиеся было навстречу усилиям и подвигам поста. Люди с какой-то усиленной жадностью опять погружаются в земное, в суету, церкви пустеют.
Только первые шаги приближения к Богу легки; окрыленность и восторг явного приближения к Богу сменяются постепенно охлаждением, сомнением, и для поддержания своей веры нужны усилия, борьба, отстаивание ее.
Начало духовной жизни — выход из своей субъективности, из самого себя. перерастание самого себя в общении с высшим началом, с Богом.
Столько смертей кругом, что смерть почти перестала быть страшной и стала временами для меня реальнее, чем жизнь. И чем больше близких уходит туда, тем легче делается этот переход. Почему Церковь молчит о загробном мире? — Человек живет, мыслит и чувствует в условных формах пространства и времени. Вне этих форм мы не можем ни мыслить, ни говорить.
Потустороннее живет иными формами. Если будем говорить о нем, мы будем говорить плотским языком. Вот откуда целомудренное молчание Церкви.
Православие особенно чувствует контраст «умной красоты мира горнего» и «мира сего». Мы страдаем от ощущения тьмы и греха. примешанного ко всему миру. Становясь православными, мы становимся все отчасти аскетами.
Бог создал жизнь.
Дьявол победил ее смертью.
Бог отразил победу смерти Воскресением.
Вся современность говорит: «греши!», и те, кто хотят жить и живут по Светлому Закону, — всегда боримы и не должны ожидать легкой «приятной» жизни.
Затруднения при чтении книги Иова — происходят от того, что не там ищут и ждут разрешения тех антиномий, которые ставит Иов, между тем как суть в том, что вопросы Иова разрешены только пришествием Христа.
«Многословие» в молитве хотя бы тем уже хорошо, что наше сознание дольше привязано к святым словам.
Если при этом нет даже полной погруженности в смысл произносимых слов, а только отвлечение от пустяков, суеты, забот, нечистых мыслей, и то это очень много. А если к этому — переживание хоть 1/100 читаемого, то душа приобретает эти неисчислимые сокровища.