812

«Братское имя, считавшееся общим самообозначением всех христиан, в течение III века стало исчезать. Клирики продолжали называть себя братьями и в проповедях обращались к мирянам как к братьям, но уже в начале III века ни один мирянин не осмеливался назвать духовное лицо своим братом» (ГарнакА. Миссионерская проповедь и распространение христианства в первые три века. СПб., 2007. С. 293).

813

«Аскетическая литература, по существу, индивидуалистическая, обращается к определенному кругу лиц. Она имеет в виду монаха. Семьянин, государственный чиновник, купец, ремесленник, воин и раб не находили в ней указаний, как осуществить учение Христа в общественной жизни» (Попов И. Святитель Иоанн Златоуст и его враги // Богословский вестник. M., 1907. Декабрь. С. 799).

814

Аверинцев С. С. Поэтика ранневизантийской литературы. M., 1977. С. 174.

815

Хотя своей педагогики средневековье не дало, но оно подготовило переход к современному восприятию детства. См. Аверинцев С. С. Поэтика ранневизантийской литературы. M., 1977. С. 172–177.

816

«Представим себе такого удивительного юношу, который бы с добродетелью соединял царствование над вселенной, и который бы во всем был так совершен, что мог бы во всех возбудить к себе отеческую любовь. Чего, думаете вы, не согласился бы с удовольствием претерпеть отец этого юноши, чтобы только не лишиться его общения? Или, на какое бы несчастье, великое ли то или малое, не решился бы он, чтобы только видеть и увеселяться им? Подобным образом мы должны размышлять и о небесной славе. Поистине, не столько любезно и вожделенно отцу его дитя, как бы оно ни было совершенно, сколько вожделенно получить те блага, разрешиться и быть со Христом (Флп 1:23). Нестерпима геенна и мучение в ней; но если представить и тысячи геенн, то все это ничего не будет значить в сравнении с несчастьем лишиться той блаженной славы, возненавидену быть от Христа и слышать от Него: не вем вас(Мф 25:12) и обвинение, что мы, видя Его алчущаго, не напитали. Поистине лучше подвергнуться безчисленным ударам молний, нежели видеть, как кроткое лице Господа отвращается от нас и ясное око Его не хочет взирать на нас. И действительно, если Он меня, врага Своего, при всей к Нему ненависти и отвращении от Него, так возлюбил, что даже не пощадил самого Себя, но предал Себя на смерть, и если, после всего этого, не подам Ему и хлеба, когда Он алчет, — то какими уже глазами буду взирать на Него?» (Святитель Иоанн Златоуст. Беседы Евангелие от Матфея 33:8 // Творения. Т. 7. С. 272).

817

Кекавмен. Советы и рассказы. Поучение византийского полководца Xl века. СПб., 2003. С. 237.

818

Домострой, 17 // Памятники литературы Древней Руси. Середина XVI века. M., 1985. С. 87–89.