Через несколько лет Иодай, сговорившись с дворцовой стражей, устраивает переворот и воцаряет Иоаса (2 Пар. 23: 1–11), Гофолию умерщвляют. Иоас, воцарившись, пребывает в послушании Иодаю. Он обновляет Храм, который пришел в запустение после правления Гофолии, снова восстанавливает Завет Божий с народом, однако в книге Царств отмечено, что высоты по–прежнему не были отменены и народ еще приносил жертвы и курения на высотах (4 Цар. 12: 3).

После смерти первосвященника Иодая князья уговорили Иоаса вернуться к идолослужению, и тот легко к этому склонился (2 Пар. 24: 17). Сын Иодая, Захария, пытался обличать Иоаса, за что был по приказу царя побит камнями прямо в Храме (2 Пар. 24: 20–21). Так Иоас отплатил Иодаю за спасение собственной жизни и восстановление на троне. Последствия не замедлили явиться. Царь Азаил сирийский пошел на Иерусалим с небольшим войском, и Иерусалим был предан Богом в его руки. Тогда «Иоас, царь Иудейский, взял все пожертвованное, что пожертвовали храму Иосафат, и Иорам и Охозия, отцы его, цари Иудейские, и что он сам пожертвовал, и все золото, найденное в сокровищницах дома Господня и дома царского, и послал Азаилу, царю Сирийскому; и он отступил от Иерусалима» (4 Цар. 12: 18). После этого слуги составили заговор против царя Иоаса и убили его.

8. Амасия, сын Иоаса (801–773).

«И делал он угодное в очах Господа, но не от полного сердца» (2 Пар. 25: 2). Во время похода на идумеев он взял с собой израильских наемников, но по требованию некоего пророка отослал их обратно. После одержанной победы он перенес к себе идумейских идолов и, вопреки здравому смыслу, стал им поклоняться. Когда Господь снова послал к нему пророка, царь пригрозил ему смертью. После этого он самонадеянно объявил войну Иоасу израильскому и был предан Богом в руки израильтян, которые, придя, разорили Иерусалим и разрушили часть городской стены в знак полного покорения Иудеи (2 Пар. 25: 23). Сам Амасия, по–видимому, был взят в плен и отпущен только преемником Иоаса Иероваамом II. Поскольку он не вернулся на пути заповедей Божиих, в Иерусалиме против него был составлен заговор, он бежал в Лахис и был убит.

9. Озия (Азария), сын Амасии (791–740 или 787–736).

Писание говорит, что он делал угодное в очах Господа, хотя, как и при его предшественниках, высоты не были отменены (4 Цар. 15: 4). Его власть распространялась на филистимлян и аравитян, до границ Египта. Но от этого он возгордился, поскольку Господь сопутствовал ему в его начинаниях, и пришел в храм, для того чтобы самому вместо священников принести курение, то есть совершить каждение. Священники пытались этому воспрепятствовать. «И разгневался Озия, – а в руке у него кадильница для каждения; и когда разгневался он на священников, проказа явилась на челе его, пред лицем священников, в доме Господнем, у алтаря кадильного. И взглянул на него Азария первосвященник и все священники; и вот, у него проказа на челе его. И понуждали его выйти оттуда, да и сам он спешил удалиться, так как поразил его Господь» (2 Пар. 26: 19–20). Судя по тому что он был «прокаженным до дня смерти своей и жил в отдельном доме» (2 Пар. 26: 21), он так и не покаялся. Царством во время его болезни управлял сын Озии – Иоафам.

10. Иоафам, сын Озии (756–741).

Писание говорит о царе Иоафаме, что он делал дела, угодные Богу, построил ворота храма (4 Цар. 15: 35), но сам в храм не ходил. Такое сочетание было уникальным. Возможно, он находился под впечатлением наказания, которому подвергся его отец. Но перед лицом врагов «так силен был Иоафам потому, что устроял пути свои пред лицем Господа Бога своего» (2 Пар. 27: 6). На некоторое время ему удалось вернуть власть над аммонитянами. Высоты по–прежнему не были отменены. После него царем стал его сын Ахаз.

11. Ахаз, сын Иоафама (736–716 или 742–725).

Царь Ахаз известен в первую очередь тем, что именно ему пророк Исаия изрек пророчество о рождении Христа от Девы. Также Ахаз известен тем, что он был одним из величайших нечестивцев в истории Иудейского царства. «И он не делал угодного в очах Господних, как делал Давид, отец его: он шел путями царей Израильских, и даже сделал литые статуи Ваалов; и он совершал курения на долине сынов Еннома, и проводил сыновей своих через огонь, подражая мерзостям народов, которых изгнал Господь пред лицем сынов Израилевых; и приносил жертвы и курения на высотах и на холмах и под всяким ветвистым деревом» (2 Пар. 28: 1–4). «Даже сына своего провел через огонь, подражая мерзостям народов, которых прогнал Господь от лица сынов Израилевых» (4 Цар. 16: 3). Нечто подобное говорится потом и о царе Манассии (4 Цар. 21: 2–3). Возможно, речь идет просто о языческом обряде посвящения или очищения, который практиковался у многих народов. Но не менее вероятно, и этому есть в Писании косвенные подтверждения, что здесь речь идет уже о настоящем служении Молоху, которое сопровождалось человеческими жертвоприношениями: «и устроили высоты Тофета в долине сыновей Енномовых, чтобы сожигать сыновей своих и дочерей своих в огне» (Иер. 7: 31).

Из‑за того что Ахаз вступил в союз с ассирийцами, он оказался в осаде со стороны израильских и сирийских войск, которые пытались силой принудить его вступить с ними в коалицию. В связи с этим событием к нему и пришел пророк Исаия, предлагая любое знамение, которое бы показало ему, что Господь Сам хранит Иерусалим. Ахаз предусмотрительно не дает согласия на это знамение потому, что оно связало бы его совесть и заставило бы отвергнуть идолослужение. И когда он отказывается, Исаия ему возвещает о Еммануиле (Ис. 7: 12–15). Ахаз продолжал стоять на своем. «И приносил он жертвы богам Дамасским, думая, что они поражали его, и говорил: боги царей Сирийских помогают им; принесу я жертву им, и они помогут мне» (2 Пар. 28: 23). Взяв все ценности из храма и дворца, он отправил их ассирийскому царю Феглафелласару (Тиглатпалассару III) с просьбой о помощи. Тот разгромил сирийцев и разграбил Израиль. Иудея же лишилась своей независимости (4 Цар. 16: 8–9).

Ахаз отправился к Феглафелласару в Дамаск. Там он увидел жертвенник, который на него произвел большое впечатление. Он отправил его чертеж в Иерусалим, где первосвященник изготовил точную копию. Вернувшись, царь повелел установить его в Храме на месте медного жертвенника и приносить все жертвы на нем. Жертвенник всесожжений был отодвинут к стене и, по–видимому, не использовался по назначению.

«И обломал царь Ахаз ободки у подстав, и снял с них умывальницы, и море снял с медных волов, которые были под ним, и поставил его на каменный пол» (4 Цар. 16: 17), затем говорится о других разрушениях, которые он сделал в Храме. И, наконец, «собрал Ахаз сосуды дома Божия, и сокрушил сосуды дома Божия, и запер двери дома Господня, и устроил себе жертвенники по всем углам в Иерусалиме, и по всем городам Иудиным устроил высоты для каждения богам иным, и раздражал Господа Бога отцов своих» (2 Пар. 28: 24–25). Богослужения в храме прекратились. Обратите внимание, что высоты устроены богам иным. Существование практики поклонения на высотах обеспечивало очень легкий переход к идолослужению.

Из исторических источников известно, что некоторые ассирийские цари вменяли в обязанность зависимым от него правителям почитание верховного божества ассирийцев Ашшура (Ассура) (ср. 4 Цар. 16: 18). Это также было одним из путей распространения идолопоклонства.