How to Read the Bible
Словом, очевидно, что знать эту книгу должен любой культурный человек — будь он верующий, атеист или агностик. Однако, знакомясь с ней, нерелигиозный читатель должен проявить известную широту и терпимость, помнить, что Библия — это книга веры, что она рассматривает жизнь и человека sub specie aeternitatis, с точки зрения вечности.
Библия в России
К тысячелетию крещения Руси Издательский отдел Московского Патриархата выпустил факсимиле «Остромирова Евангелия» XI в. и юбилейное издание русского перевода Библии, осуществленного во второй половине XIX века. Эти две книги как бы символизируют многовековую историю Библии в России. Первая — наиболее ранний библейский манускрипт, изготовленный в Древней Руси, вторая — последний по времени полный русский перевод Писания.
Общеизвестно, каким важным фактором для становления и развития культуры Руси было то, что, принимая христианство, она сразу же получила Книгу книг на понятном для нее церковнославянском языке. Читая Библию, грамотные люди (а их было на Руси очень много) входили в новый для них мир нравственных идей и поэзии, веры и мудрости. Знаменательно, что «Повесть временных лет» связывает историю Руси со всемирной именно через библейские сказания. Библия вдохновляла древнерусских иконописцев, создателей фресок, миниатюр, мозаик; она давала пищу для размышления писателям, проповедникам, летописцам.
Следует сказать, что тот церковнославянский перевод, который пе–репечатывался в начале XX в., не тождествен изначальному[1]. Он восходил к изданию, выпущенному в 1754 г. в царствование императрицы Елизаветы Петровны. Эта так называемая Петрово–Елизаветинская Библия имела долгую и сложную предысторию.
В 1751 г. текст ее был напечатан без примечаний, которые составили отдельную книгу, по объему почти равную самой Библии. Рукопись же была готова задолго до публикации. Многотомный ее манускрипт явился результатом большой критической, переводческой и редакторской работы группы ученых. Во главе их стояли греческий монах Софро–ний Лихуд, основатель первой в Москве богословской школы, и архимандрит Феофилакт Лопатинский. В силу указа Петра I от 14 ноября 1712 г. их труд рассматривался как дело государственной важности.
Но ни Софронию, ни Феофилакту не суждено было увидеть свою Библию напечатанной. Первый был удален из Москвы и умер в 1730 г., а второй, став жертвой придворных интриг, последние шесть лет жизни провел в тюрьме. И только спустя десятилетие после его смерти Петрово–Елизаветинская Библия вышла наконец из–под типографского станка.
Что же тормозило ее издание? И почему оно потребовало столь продолжительных усилий целого коллектива «книжных мужей»? Это станет понятным, если учесть, что работа шла в обстановке острой религиозно–политической борьбы, в которой сталкивались различные тенденции в Русской Православной Церкви, так или иначе связанные с влиянием латинства, протестантизма и старообрядчества. Борьба усугублялась вмешательством властей, озабоченных церковной унификацией в духе реформ Петра I.
«Справщики» взяли за основу Московскую Библию, изданную в 1663 г. при Алексее Михайловиче. Оказалось, однако, что она нуждается в ряде доработок и поправок, в частности потому, что некоторые ее разделы были переведены с латинской версии. А ведь менять столь авторитетный текст, как Священное Писание, было задачей непростой, вызывающей энергичные протесты ревнителей старины.
Московская Библия, в свою очередь, почти в точности повторяла первое в России полное типографское издание священных книг. Его выпустил в 1580 — 1581 гг. русский первопечатник Иван Федоров. По месту издания оно называлось Острожской Библией.
Если же мы последуем дальше в глубь времен, то обнаружим семи–вековую историю рукописной церковнославянской Библии. Крещение Руси, расцвет и распад Киевской державы, монголо–татарское иго, гибель Византии, возвышение Москвы, духовный ренессанс времен Сергия Радонежского, Андрея Рублева и Епифания Премудрого — вот лишь основные вехи того огромного периода, в течение которого славянская Библия редактировалась, переписывалась, украшалась миниатюрами, снабжалась комментариями. В этом труде принимали участие такие крупные деятели древнерусской культуры, как митрополит Алексий Московский и Максим Грек. Начало же всему было положено «апостолами славян», византийскими братьями–миссионерами Кириллом и Ме–фодием. Именно они, создав славянскую азбуку, впервые перевели те части Библии, которые употреблялись за богослужением. Произошло это в IX в., почти за сто лет до крещения Руси.
Перевод Библии на русский язык имеет историю не столь продолжительную, но насыщенную драматическими коллизиями. Если не считать отдельных ранних попыток, первый перевод русского библейского текста вышел в Москве в 1794 г. Это было Послание к римлянам апостола Павла, переведенное архимандритом Мефодием Смирновым. В первой трети XIX в. с разрешения Синода и при ближайшем участии митрополита Филарета Дроздова был начат перевод Нового Завета, а затем и ветхозаветных книг. Осуществлялся он трудами Российского Библейского общества, которое поддерживал Александр I. Однако работа не была доведена до конца. Более того, на исходе александровской эпохи Библейское общество стало подвергаться гонениям, тиражи переводов уничтожались. Это было связано с переменой внутриполитического курса правительства. Партия Аракчеева видела в Библейском обществе рассадник вольнодумства и ересей. При Николае I дело перевода фактически оказалось под запретом. На частных переводчиков — протоиерея Герасима Павского и архимандрита Макария Глухарева — обрушились репрессии. Но сразу же после вступления на престол Александра II митрополит Филарет возбудил в Синоде вопрос о переводе. В 1858 г. было получено высочайшее разрешение начать работу. Перевод делался профессорами Духовных академий под контролем Синода. В 1860 г. увидели свет четыре Евангелия, а через 16 лет — вся Библия. Именно этот перевод, который стали называть синодальным, и является сейчас общепринятым в Русской Православной Церкви.
Связь русской культуры с Библией в петербургский период не утратилась. Ее перелагали в стихах М. В. Ломоносов и В. К. Тредиаковский, отдельные ее части переводили В. А. Жуковский и А. С. Хомяков. На библейские темы писали А. С. Пушкин и А. С. Грибоедов, А. Н. Майков и Я. П. Полонский, А. К. Толстой и Вл. Соловьев. Последнему принадлежит и историософское толкование Библии, включенное в его труд «История теократии». В XX в. Библия была отражена в творчестве К. Бальмонта и Вяч. Иванова, И. Бунина и М. Волошина, А. Белого и Б. Пастернака. Многие выдающиеся русские ученые — С. Н. Трубецкой, академик Б. А. Тураев, С. Н. Булгаков и другие — создали труды по библеистике, которые до сих пор сохраняют актуальность. Библия вошла и в русскую музыку — от древних церковных песнопений на тексты псалмов до произведений А. Рубинштейна и И. Стравинского. События библейской истории запечатлены на полотнах А. Иванова, И. Крамского, И. Айвазовского, М. Врубеля, В. Васнецова, В. Сурикова, В. Поленова. Один лишь перечень всего, что было создано в изобразительном искусстве, музыке и литературе России о Библии, составил бы объемистый том. Таким образом, эта книга как бы вошла в плоть и кровь русского творческого наследия.
В глубь веков