«Как это удивительно, как это прекрасно! Вот мы с вами говорим на разных языках, к тому же, организация не очень хорошая, перевод идёт медленно, но, тем не менее — встреча удалась! Вы чувствуете, какая замечательная атмосфера — атмосфера Любви царила в зале!»

На следующий день мы встречались с Мегре в тесном кругу нашего общества, в квартире — той самой гостиной В. (правда, сам он отсутствовал).

Мы решили задать Мегре самые важные, животрепещущие вопросы. В особенности многое волновало нас, живущих во Франкенеке и уже задумывающихся о будущей общине...

Моего мужа давно интересовал вопрос об экономических выкладках Мегре. Изложу их вкратце.

По идее Мегре, Россия должна возродиться за счёт продажи натуральных изделий из кедра, вообще из дерева, вышитых рубашек, поделок, а также, главным образом, продукции со своих огородов.

Не спешите улыбаться! Это не просто огороды. Это огороды, выращенные по методу Анастасии, то есть, любой огурец с такого огорода будет ну таким супервкусным и целебным, что стоить он будет целое состояние.

Банка солёных помидоров — около 100 долларов. На Западе, естественно. И вот продажа всех этих вещей на Запад по суперценам приведёт к тому, что все российские граждане обогатятся.

Мой муж задал очень резонный вопрос.

— Как вы это себе представляете? Если на помидоры будет спрос, то очень многие жители России начнут закатывать помидоры и поставлять их за рубеж. В таком случае, цена неизбежно снизится. Здесь уже есть свой рынок натурпродуктов, они дороже обычных раза в 2, но не в 100 же раз!

И потом, на Западе живут не одни супермиллионеры, каким бы драгоценным не был огурец, они, ну может быть, максимум раз в жизни позволят себе за него заплатить, если он будет столько стоить.

Второе — если банка на Западе стоит даже 100 долларов, то, сколько останется производителю в России после перепродаж, таможни, транспортировки?

Знаете, что Мегре ответил на эти простые и конкретные вопросы?

— Ну, это детали, которые сейчас не время конкретизировать. Я дал общую схему. Самое главное — нужно изменить отношение людей на Западе к природе, их систему ценностей. Тогда они будут покупать не машины и компьютеры, а наши природные помидоры,

(Естественно, ответы Мегре я даю по памяти — просто по смыслу, буквальных слов не помню. Но смысл сохранён, более-менее точно).

Самое смешное, что мой муж этим ответом вполне удовлетворился. На пару дней. Потом он сам с удивлением спрашивал себя, как он мог успокоиться — ведь Мегре ни на один его вопрос не ответил!

Мой вопрос был таким:

— Какой вы предполагаете социальную структуру поселения?

— Ну, я представляю себе так, что будут независимые производители, каждый будет выращивать на своём гектаре продукты и их продавать. Ну, один кто-нибудь будет заниматься продажей. Все решения — о школе, о делах общины — будут приниматься совместно.

— Не получится ли, что тот, кто продаёт, будет жить значительно богаче, чем производители?

— Ну и что? — Мегре посмотрел на меня с недоумением.

— Но тогда этот человек будет диктовать свою волю, скажем в решениях о школе... кого нанимать, как всё устроить... То есть, получится то же, что и везде. В чём тогда особенность ваших поселений?