Глава 37: О том, что брат должен быть великодушным к оскорбителям и не мстить своим обидчикам

1. Из Отечника

Об авве Исидоре, пресвитере Скита, рассказывали: если у кого–нибудь в келье жил немощный, малодушный и грубый брат и старец хотел прогнать его, то авва Исидор говорил: «Приведите его ко мне». Он принимал этого брата и своим долготерпением спасал его. А когда он в церкви говорил проповедь, то всегда повторял одно: «Братья, прощайте, и вам простится».

2. Отцы рассказали об одном великом старце, что, когда кто–нибудь приходил к нему за советом, он обычно говорил: «Вот, я беру на себя роль Бога и сажусь на судейском престоле. Как ты хочешь, чтоб я тебя судил? Если скажешь помилуй меня, Бог тебе скажет: «И ты помилуй своего брата». Если хочешь, чтобы я, Бог, простил тебя, прости и ты своего ближнего. Ибо разве может быть несправедливость у Бога? Ни в коем случае. Но наше спасение в нашей власти».

3. Обиженный брат пришел к авве Сисою и сказал:

— Брат обидел меня, и я хочу отомстить ему.

— Нет, чадо, оставь отмщение Богу, — посоветовал старец.

— Я не успокоюсь, — упорствовал обиженный, — пока сам не отомщу.

— Помолимся, брат, — предложил старец, стал на молитву и произнес, — Господи, нам уже не нужно Твое попечение о нас. Мы сами за себя можем отомстить.

Когда брат услышал это, пал в ноги старцу и воскликнул:

— Больше не буду воевать с братом, прости меня, авва.

4. Некий брат из Ливии пришел к авве Силуану на гору Панефо и сказал:

— Авва, у меня есть враг. Он сделал мне много зла. Он и поле у меня отобрал, когда я еще был в миру, часто строил против меня всякие козни и подговаривал отравить меня. Я хочу предать его в руки правителя.

— Чадо, оставь его лучше в покое, — посоветовал старец.

— Но, — возразил брат, — если его накажут, это принесет немалую пользу его душе.

— Поступай, чадо, как считаешь нужным, — сказал старец.

Тогда брат предложил:

— Отче, давай встанем, помолимся, и я пойду к правителю.

Старец поднялся, и они стали читать «Отче наш», а когда дошли до и остави нам долги наши, якоже и мы оставляем должником нашим, старец произнес:

— И не остави нам долги наши, якоже и мы не оставляем должникам нашим.