Letters of St. Anthony, Elder of Optina

220. В первую очередь нужно избегать судить ближнего своего

Возлюбленный о Господе брат и благодетель мой!

Возмогай о Господе, и в терпении своем стяжевай души своей спасенье!

По долговременном молчании Вашем, наконец, получил и писанье Ваше, от 16 Января писанное, за которое приношу Вам благодарность мою усердную с поклонением. Радуюсь, что Вы здоровы, и благодарю о том Бога. А что нападает на Вас дьявол, о том сердечно скорблю, и прошу Бога, да разженные стрелы его противу Вас сокрушатся. Сей душегубец не иным чем отходит от нас, токмо молитвою и постом; ' и не иным чем гордая и безстудная выя его стирается, как токмо смирением. А как мы сразиться с ним не сильны, то по сему святой Иоанн Дамаскин научает нас прибегать к Богу и со смирением говорить: от юности моея мнози борют мя страсти; но Сам мя заступи и спаси, Спасе мой! Упоминаете, что и молящуся Вам и постящуся он горше первого нападает на Вас; о сем не смущайтесь, но еще и поразумевайте безсилие его, что он на лежачего напал. Это ему безчестие, а не вам. Притом замечено святыми отцами, что когда человек готовится к прибщению Святых Таин, или ожидает встретить какой-нибудь великий праздник, то всеми силами старается диавол причинить человеку досаждение, и тем смутить его душу, дабы день той проведен был не в радосте о Господе, но в печали бесовской. Причины же к нападению его на нас бывают различны; но самая главная есть осуждение ближних наших, каковой грех, и кроме блуда и кроме иного искушены, оскверняет не тело точию, но и самую душу нашу; чему примером могут быть Евангельские юродивые дивы, которые во всю свою жизнь хранили девство и любили чистоту, но без милосердия осуждали других грешащих; а потому и Небесного Жениха — Христа не удостоились встретить, и в брачный чертог Его не впущены, хотя и долго в двери милосердия Его толкали и просили, но услышали: «Не вем вас». Посему и Вы, возлюбленне, наипаче всего блюдите око свое от зазрения и осуждения ближних, чрез что стяжешь чистоту не телесную точию, но и сердечную, и удостоишься увидеть Господа, по неложному обещанию Его: блажени чистии сердцем, яко тии Бога узрят. Такового блаженства от всея души моея богомольчески Вам желаю.

3 Февраля 1837 г.

221. Оставление церковной службы и келейной молитвы влечет за собою остывание души

Я сердечно пожалел о твоем нерадении, что ты оставила ходить в церковь к службе Божией; да и в своей келии правила своего не исполняешь. Это все равно: если двери келлии своей растворить настежь, и выставить в окошках рамы, то комната или келлия вся выстынет, и человек будет чувствовать лихорадочный озноб. Подобным образом, если оставить церковную службу и келейную молитву, то душа ощущает холодность ко всему доброму, и наполняется всяких нечистых мыслей, об которых и пересказать бывает стыдно. А посему да помилует тебя Господь от такого плачевного состояния.

Постараюсь лично поговорить с тобою обо всем откровенно. Для сего дай тебе, Господи, уши слышащие, а не глухие; а до тех пор прости, и прийми мое уверение в моей любви к тебе о Господе, и в желании всех благ от Господа, временных и вечных. Твоего здравия и спасения всегдашний желатель и усердный о том богомодец, недостойный Игумен Антоний.

1 Февраля 1865 г.

222. Призывание Господа согревает сердце

По желанно Вашему посылаю Вам четочки для келейного употребления. Молитесь усердно Господу Богу, и хладное сердце свое разогревайте Сладчайшим Именем Его; поелику Бог наш огнь есть. Оное призывание и нечистые мечтания истребляет, и сердце согревает ко всем заповедям Его. А посему молитвенное призывание сладчайшего Имени Его должно быть дыханием души нашей, должно быть чаще биения сердца нашего,

14 Февраля 1843 г.

223. Сердце разсеянное надобно разогревать молитвою

Вы жалуетесь, что не спокойны в духе и разсеянны. В таком случае не должно вовсе разслабевать, но дух свой разогревать то чтением духовным, то памятию о вечности, то молитвою хотя краткою, говоря ко Господу: разсеянный мой ум собери, Господи, и ожесточенное сердце мое страхом Твоим смири, и помилуй мя. Ибо мы без помощи Божией ничего не сильны сделать; даже и с мухами не сладим, не точию с невидимыми врагами.