Старец Силуан Афонский

Старец Силуан Афонский

Книга структурно делится на две части: первая часть написана автором, который в свою бытность насельником Свято-Пантелеимонова монастыря на Святой Горе Афон был учеником старца Силуана, и называется "Жизнь и учение Старца", вторая часть состоит из дневниковых записей старца и называется "Писания Старца Силуана".

Архимандрит Софроний скромно назвал свой книжный труд "житием", то есть он попытался лишь в меру сил дать образ своего учителя, суммируя пройденный им духовный путь, насколько это дано было самому ему услышать от старца и познать из найденных после его смерти дневниковых записей. При этом отец Софроний отмечает, что не старался придать книге научно-формальный характер и поэтому сознательно уклонялся от многих сопоставлений и ссылок в тексте на творения святых отцов церкви.

Автор не раз подчеркивает, что духовный монашеский путь старца Силуана лежит строго в русле подвижнической жизни православного монашества вообще, и тех представлений и преданий аскетического делания, которые существуют на Святой Горе Афон в частности. В этом смысле святость старца Силуана тождественна святости многих православных монахов, но она имеет и свои индивидуальные особенности или точнее своеобразие. Это своеобразие монашеского подвига старца дало право многим православным христианам во всем мире называть преподобного отца Силуана "апостолом любви двадцатого века".

ru ru Максим Александрович Фещенко maxf83@gmail.com FictionBook Editor Release 2.6, AlReader2 29.01.2012 http://azbyka.ru/tserkov/duhovnaya_zhizn/osnovy/sofroniy_starets_siluan_afonskiy_01-all.shtml 7AA03439-126E-46B4-8088-D499AADD57C6 1.0 Старец Силуан Афонский Подворье Русского на Афоне Свято-Пантелеймонова монастыря Москва 1996 Издано по благословению Святейшего Патриарха Московского и всея Руси АЛЕКСИЯ II

Старец Силуан Афонский

Вступление

ОТКРОВЕНИЕ о Боге говорит: «Бог есть любовь», «Бог есть свет, и нет в Нем никакой тьмы» (1 Иоан. 4, 8; 1, 5).

Как трудно нам, людям, согласиться с этим. Трудно потому, что и наша личная жизнь, и окружающая нас жизнь всего мира свидетельствуют, скорее, об обратном.

На самом деле, где же этот СВЕТ ЛЮБВИ ОТЧЕЙ, если все мы, подходя к концу своей жизни, вместе с Иовом в горечи сердца осознаем: «Лучшие думы мои, достояние сердца моего, разбиты. Дни мои прошли; преисподняя станет домом моим… где же после этого надежда моя?», и то, что от юности тайно, но сильно искало сердце мое, «кто увидит?» (Иов. 17, 11–15).

Сам Христос свидетельствует, что Бог внимательно промышляет о всей своей твари, что ни одна малая птица не забыта Им, что Он заботится даже об убранстве травы, и что о людях его забота еще и несравненно большая, что «у нас и волосы на голове все сочтены» (Мф. 10, 30).

Но где же этот внимательный до последней мелочи промысл? Все мы подавлены зрелищем неудержимого разгула зла в мире. Миллионы жизней, часто едва начавшихся, прежде, чем достигнуто самое осознание жизни, с невероятной жестокостью вырываются. Итак, зачем же дана эта нелепая жизнь? И вот, жадно ищет душа встречи с Богом, чтобы сказать ему: Зачем Ты дал мне жизнь?… Я пресыщен страданиями: тьма вокруг меня; зачем Ты скрываешься от меня?… Я знаю, что Ты благ, но почему Ты так безразличен к страданию моему?

Почему Ты так… жесток и беспощаден ко мне?