Скажем, музыкант открывает ноты с ноктюрном Шопена, начинает играть, а звучит какофония. Все вроде бы правильно делает, на нужные клавиши нажимает, а музыки нет. Почему? Инструмент расстроен.

Расстроенность нашего внутреннего инструмента, человеческой души, совершенно нами не осознается. Мы пытаемся преодолевать что-то наскоком, формально следовать правилам духовной жизни, не понимая, что правила эти – для правильных. Они действительно помогают достичь состояния гармонии души, но для того, чтобы душа обрела гармонию, необходимо очень глубокое понимание того, что мы из себя представляем на сегодняшний день, в каком мы находимся состоянии. И ожидать того, что сейчас вмиг или даже за год в нашей жизни воцарится гармония только потому, что мы пришли в Церковь и исповедались, является глубочайшим духовным заблуждением, от которого страдают многие.

Мы все ждем, что спасение может произойти помимо нас или благодаря каким-то внешним факторам, за которые мы будем прятаться, не осознавая того, что такое падший человек, что такое наша искаженная грехом природа. Но духовная жизнь начинается с того, что на духовном языке называют словом «смирение» или «смиренномудрие». Лучше будет сказать – начатки смирения, потому что смирение безгранично. Можно вступить на путь смирения, осознать себя грешником, а вот до конца дойти совершенно невозможно. Но начать духовную жизнь можно только с осознания того, что твой духовный инструмент совершенно расстроен и вся твоя духовная жизнь – это прежде всего приведение в норму твоей души, исцеление не внешнее, но внутреннее.

Человек начинает молиться и удивляется, что не чувствует того, о чем в книгах о молитве прочел. Многого сразу хочет. Несовершенный человек не должен ждать от молитв и постов быстрого результата. Конечно, после исповеди нам кажется, что с этого момента все должно стать другим. На самом же деле с этого момента только начинается осознание того, что душа больна и нуждается в огромной духовной работе, в углубленном духовном труде с пониманием того, что если жизнь не меняется, это не вина Церкви, не вина священника, который говорит, как надо поступать, а у тебя все равно ничего не получается. Это состояние твоей собственной души, и нужно принять это с определенным смирением.

В духовной жизни, как в альпинизме, все определяют постоянство и большое терпение. Альпинисты идут в гору очень медленно. Опыт подсказывает им, что если они поторопятся, не дойдут до вершины – очень скоро растеряют силы и дальше идти не смогут. В таком же постоянстве подвига духовной жизни и совершается настройка души, приведение ее в порядок. Но происходит это вовсе не быстро, иногда годами, а мы очень нетерпеливы. Грешил человек всю жизнь, с момента своего рождения, а за год-два хочет достичь совершенства. Так не бывает или бывает крайне редко – у людей, которые способны на столь глубокое покаяние, что могут сразу все бросить, уйти в пустыню и жить суровой подвижнической жизнью.

Надо трудиться терпеливо и постоянно, каждый раз, каждый день, каждую минуту настраивать себя, понуждать на духовную жизнь. И наконец в тот момент, когда, проходя таким путем, человек начинает приближаться к состоянию внутренней гармонии, к созвучию с Божественной волей, тогда все, что он делает, приобретает характер спасения. И тогда и молитвенное правило, и посты, и его жизнь в Церкви начинают приносить плоды. Только в этот момент человек становится живым членом Церкви – плодоносящим.

Но пока этого нет, происходит страшное искажение. Именно по этой причине жизнь Церкви иногда неприятно удивляет и даже отталкивает неверующих людей. А что это у вас в Церкви все так странно? Вроде написано, что вы должны быть святыми, а у вас все не так. Почему? Именно по этой простой причине, потому что на расстроенном инструменте нельзя играть.

С чего начать нам, никогда не занимавшимся исследованием сердец наших? Стоя вне, будем стучаться молитвою и постом, как Господь повелел: «Толцыте, и отверзется вам».

Прп. Макарий Великий

Часто новоначальные люди задают такой вопрос: «А зачем я должен молиться чужими словами на незнакомом мне языке?» Вопрос, надо сказать, по существу. Действительно, почему, открывая молитвослов, мы читаем слова других людей, причем многие из них совсем непонятны.

Молитвенное правило следует понимать как способ приобретения молитвенного навыка. Правило – это выправление, исправление нашей духовной жизни, потомуто оно и необходимо, и в этом только его необходимость и состоит. Святитель Игнатий писал: «Душа, начинающая путь Божий, погружена в глубокое неведение всего божественного и духовного, хотя бы и была богата мудростью этого мира. <…> Для вспомоществования младенческой душе святая Церковь установила молитвенное правило. Цель правила, доставить душе недостающее ей количество молитвенных мыслей и чувств, причем мыслей и чувствправильных, святых, Богу угодных».

Часто мы машинально произносим слова молитвы, совершенно не осознавая, что разговариваем с Богом. А ведь слово – это не пустой звук, оно живо и действенно. Когда человекприступает к Богу и начинает что-то говорить Ему – это великое дерзновение. Для того чтобы сказать Богу слова настоящие, искренние, живые, надо иметь для этого некое основание. Ведь пустые слова Богу не скажешь. Бессмысленными словами, которые ничего не весят, не стоят ничего, к Богу не обратишься.

Когда мы открываем молитвослов, там есть удивительные, правильные и простые слова: «Прежде чем начинаешь молиться, постой немного, помолчи, сделай так, чтобы все твои душевные чувства успокоились, умирились, и тогда только из молчания произнеси: „Боже, милостив буди мне грешному”, – представив себя сейчас перед Богом стоящим». Не Бога надо представить себе, потому что Бога не видел никто и никогда и представить Его невозможно, – это ошибочное и опасное явление, когда человек, чтобы настроить себя на молитву, начинает представлять образ Божий. Только себя можно представить перед Богом, это и надо сделать – предстать перед Невидимым и Живым Богом, в присутствии Которого ты находишься, и из этой глубины начать что-то говорить.

А что ты можешь Богу сказать? А сказать-то нечего, кроме как: «Боже, милостив буди мне грешному». И поэтому, чтобы научиться с Богом разговаривать, Церковь предлагает нам молитвы, написанные святыми отцами. Их молитвы живые, от сердца исходящие слова, не придуманные специально. Внутренний духовный инструмент святого человека настроен очень гармонично, поэтому его слова созвучны Богу. Это настоящая песнь духовная.