Душа каждого человека подобна музыкальному инструменту, она всегда поет Творцу. Человек так устроен Богом, чтобы всегда Его восхвалять, только наш инструмент расстроен, и слушать эту фальшь невозможно. А Господь нас терпеливо слушает. Мы так не умеем слушать друг друга, как Господь слушает нас. Но когда мы читаем, скажем, молитву Василия Великого, происходит нечто удивительное – мы настраиваем инструмент своей души на очень высокий молитвенный лад, если мы эти слова, слова святых, произносим по-настоящему глубоко, пытаемся их в свое сердце принять, сделать их своими словами. Это очень и очень тяжело, это величайшее упражнение. Нет ничего более трудного, как говорят святые,  чем молиться. Есть русская пословица о том, что две самые тяжелые вещи – опекать престарелых и молиться. Это значит – кровь проливать и в том, и в другом случае.

Чтение молитвенного правила подобно настройке музыкального инструмента. Но не только молитвой мы настраиваем свою душу на богообщение. На протяжении долгих лет жизни человек настраивает себя и покаянием, и участием в богослужении, и добрыми делами. И наконец молитва приобретает некоторое качество, с течением времени звучание слов: «Помилуй мя, Боже», начинает походить на то, каким оно было у царя-пророка Давида.

Путь к Богу - молитва. Научись молиться Богу правильно. Научившись молиться  правильно, молись постоянно - и удобно наследуешь спасение.

Свт. Игнатий Брянчанинов

Молитвенное правило должно нас исправлять, но оно не должно стать для нас препятствием к молитве. Мы вычитываем большое количество молитв, не понимая, что мы делаем, зачем это нужно, и тем самым не молитвенное правило становится необходимым для нас, а мы становимся рабами молитвенного правила.

Исполнение правила, не осмысленного нами, не понятого, не воспринятого по мере наших духовных сил, приводит к тому, что то, что должно служить человеку для спасения, подчас становится причиной торможения и даже духовного умирания. Нельзя становиться рабами некоего уставного обессмысленного содержания, иначе потеряешь всякую молитву. Для тех, кто отвергает опыт молитвы святых отцов, святитель Игнатий Брянчанинов достаточно жестко написал, что человек не должен молиться от себя. «Не дерзни произносить Богу многоглагольных и красноречивых молитв, тобою сочиненных, как бы они ни казались тебе сильны и трогательны. Они – произведение падшего разума и, будучи жертвой оскверненной, не могут быть приняты на духовный жертвенник Божий. А ты, любуясь изящными выражениями сочиненных тобой молитв и признавая утонченное действие тщеславия и сладострастия за утешение совести и даже благодати, увлечешься далеко от молитвы в то самое время, когда тебе будет представляться, что ты молишься и уже достиг некоей степени богоугождения».

А вот святитель Феофан Затворник пишет прямо противоположные вещи: что молиться только по молитвеннику это примерно то же, что говорить с Богом по разговорнику. И это тоже совершенно верно. Неужели у нас совсем нет для Господа своих собственных слов? Если мы верим в Бога, как же мы можем только правилами ограничить свою молитвенную жизнь? Значит, мы должны одновременно идти и вторым путем, мы должны искать слов выражения своей духовной жизни, своей нужды в Боге.

Но бывает, к сожалению, что прочитал человек утреннее  правило и выдохнул облегченно – можно о Боге до вечера не вспоминать. Это ужасно. Духовная жизнь, если она настоящая, живая, такова, что человек не может ни минуты не вспоминать о Боге. Он должен постоянно пребывать в общении с Господом, все время перед Богом ходить, спит ли он, говорит ли, что бы ни делал.

Об этом апостол Павел говорит: Непрестанно молитесь (1 Фес. 5, 17). Понятно, что нельзя непрестанно читать правило, потом взять в руки акафист, псалтирь – и так по кругу. Не об этом идет речь. Когда апостол Павел говорит о непрестанной молитве, он говорит прежде всего о состоянии человеческой души, о том, насколько его душа с Богом пребывает.

Если у человека нет слов для Бога, это очень опасное явление. Очень тревожно, если человек как бы живет духовной жизнью, исповедуется, причащается, посты соблюдает, а для

Бога слов у него нет. Поэтому жизнь наша духовная прежде всего состоит в приобретении навыка молитвы.

Цель молитвенного правила состоит в том, чтобы желание молиться в человеке не преставало, чтобы молитва в нем присутствовала всегда, в любой форме, даже когда она не выражается словами, есть и такая форма молитвы. Когда человек молится по-настоящему, ему никакое молитвенное правило уже не нужно.

Всегда необходимо помнить, что нам нужно не только просто молиться, но молиться так, чтобы быть услышанным.

Свт. Иоанн Златоуст