Господь ведет нас ко спасению тесным и прискорбным путем

Люди большею частию желают и ищут благоден­ствия в сей жизни, а скорбей стараются избегать; и кажется это очень хорошо и приятно, но всегдашнее благоденствие и счастье человека вредит. Он впадает в различные страсти и грехи и прогневляет Господа; а проходящие скорбную жизнь более приближаются ко Господу и удобнее получат спасение; потому Господь отрадную жизнь назвал пространным путем: про­странная врата и широкий путь вводяй в пагубу и мнози суть ходящии им (Мф. 7, 13), а скорбную жизнь назвал: тесный путь и узкая врата вводяй в живот вечный, и мало их есть, иже обретают его (Мф. 7, 14). Итак, по любви Своей к нам, Господь, провидя могущую быть пользу, кто того достоин, мно­гих сводит с пространного пути, а поставляет на тес­ный и прискорбный путь, чтобы терпением болезней и скорбей устроить их спасение и даровать жизнь вечную (I, 184,363—364).

И скорби и утешения посылаются Промыслом Божиим

...Все это во власти Божией; и скорби и утеше­ния по Его смотрению нам посылаются, по недоведомому для нас Его Промыслу; но, конечно, к нашей пользе. Дай Бог, чтоб только не изнемощи в терпе­нии и в избрании благого пути иметь благорассмотрение (II, 58, 79).

Огнем скорбей испепеляются терния страстей

...Описываешь, какие были волнения у вас в вашей обители при перемене игуменства... Неужели все это происходило без попущения и воли Божией? Он премудростию Своею устроивает так, чтобы ог­нем скорбей испепелить терние страстей, готовя N. к начальству ее; а ведь скорби невольно смиряют ду­шу и творят прибегнуть к Богу, прося помощи и защищения. Он мог бы все это отвратить и возвести на начальство тихо и мирно, так как и многие восходят; но, видно, так было надобно по усмотрению Божию: воли бо Его кто противитися может? (Рим. 9, 19). Св. Иосиф сколько претерпел скорбей и от братьев продан в неволю, и от Пентефрия всажден в темницу, два года томился в оной, смириша в оковах нозе его железо пройде душа его... и разже его (Пс. 104, 18, 19). Неужели Бог не мог и без этого возвести его на высоту власти? Но так, видно, было надобно. И Моисей, вождь народа Божия, сколько претерпел искушений и скорбей? Бежал из Египта, при всей его учености и премудрости, и был, при конце, в земле чуждей; сорок лет пас овец своего тестя; какой был труд? какие скорби не перенес он в это время! и за то сподобился видеть Бога в купине, огнем несгораемой; и послан во Еги­пет извести народ от работы Фараона; а не просто бесскорбно поставлен на сие дело (Ш, 63,152—153).

Всякого рода оскорбления попускаются Промыслом Божиим для нашей пользы

Как же мы познали бы сами себя, когда бы никто не наносил нам оскорблений, и как бы стяжали тер­пение, и как бы смирились? Все это бывает не без Промысла Божия; но премудрым Его смотрением попускаются каждому к искусу его произволения и терпения случаи, могущие смутить его и колебать, дабы познал свою немощь и смирился; или бы при­обрел добродетель терпения и любви (III, 85, 186).

...Ты оскорбилась за выговор неправильный: мы, как люди, еще не истребившие в себе страстей самолюбия и гордости, то, по мнению нашему, не заслуженное нами оскорбление трудно переносить; но если примешь в руководство духовный разум, то найдешь, что этот случай послан от Бога к испытанию твоему и к исправлению своего устроения; ибо от подобных столкновений мы познаем действия на­ших страстей и стараемся, при помощи Божией, о ис­целении оных самоукорением, смирением и любовию... Сколько для нас полезны такие случаи; оные бывают виновны исцеления наших душевных болез­ней. Во время движения страсти мы не можем здра­во судить, но когда утихнет, то увидим свою винов­ность в непонесении оскорблений. Господь заповедал терпеть; но что терпеть? не то, когда мы бываем виновны и за оное бываем оскорбляемы, но когда невинно оскорбляют нас, что самое святой Апостол ясно протолковал (1 Пет. 2, 19, 20); и никто не мо­жет нас ни оскорбить, ни досадить, если не попустит Господь быть сему к нашей пользе или к наказанию, или к испытанию и исправлению. А когда помыслим о заповеди Божией, о любви, простирающейся даже и до любви ко врагам, то и найдем себя безответны­ми... (III, 71,164—165).

Ты и не понимаешь, что Бог смотрительш по­пускает N. смущаться и делать тебе противное, что­бы ты сим врачевством исцелила свою болезнь; да не усльппишь: целихом Вавилона, и не исцеле (Иер. 51, 9). Можем ли мы исцелить себя от душевных болезней, когда не имеем случая к истреблению их? Никто не трогает, — думаем, и мирны; а страсти внутрь лежат, не истребляются, но еще более укоре­няются, и при случае в великую беду ввергают, так что св. авва Дорофей, при действии, поставляет та­ковых под адом. Надобно попещися о искоренении страстей, а не о поклонении им и уважении их (V, 347, 474—475).

Когда же смиримся, то находим, что и не того еще достойны, и должны веровать, что все случаи, против воли нашей бывающие, бывают по воле Божией, к нашему искусу; дабы мы, видя всегдашние свои не­мощи, приносили Господу покаяние (I, 62,138—139).

Вы живете по келье, — я уверен, — занимаетесь правилом, чтением и рукоделием, надобно же сему деланию вашему искус, дабы чтомому и понимаемому и на деле поучиться проходить: Бог вам и посылает; а вы принимайте незлобиво и с покорностию воле Бо­жией. Бог, испытывая Иова скорбями, сказал ему: не отвергай суда Моего, мниши ли Мя инако тебе сотворша разве да явишися правдив (Иов. 40, 3). По заповеди Божией любите их; они нам больше бла­готворят, нежели вредят; сами мы не видим своих недостатков, а еще обольщаемся мнением о исправле­нии: а они ясно все показывают нам. Мы поучаемся в отеческих писаниях, должны же приходить и на делание. Недоброжелатели наши больше нас пользу­ют, нежели вредят: они нас, дремлющих и невнимаюших своим проступкам, заставляют сторожить за со­бою. Вы не будьте уязвлены на них памятозлобием, но смотрите в сем руку Божию и Промысл Его, пекущий­ся о нашем спасении. Когда почувствуете скорбь, не взирайте на человеков, наводящих вам оную, но ска­жите: чашу, юже даде Мне Отец Мой Небесный, не имам ли пити ея! (Ин. 18, 11) (IV, 28, 57).

Видишь, как гордость снедает и угнетает сердце человека. Чрез оскорбление от сестер, которое сама называешь совершенно пустым, заноза оскорбления так глубоко вонзилась в твое сердце, что в продолже­ние целой недели не можешь вытащить ее. Неужели не видишь, что это происходит от твоего устроения гордого, по твоему слову. Бог, желая твоего исправ­ления и спасения, смотрительно попустил сей случай; у тебя лежал залог гордости, ты не видала его; случай тебе показал, как она зашевелилась, и вместо того, чтобы показать любомудрие, с помощию Божиею противостать ей самоукорением и смирением, а ты противное употребила действие. Они ли вложили в тебя эту страсть? Нет, она лежала, а чрез них, смот­рением Божиим, обличилась. От одного бы самоукорения и объяснения очистилось сердце твое от занозы, или, как пишет св. Иоанн Лествичник: «гвоздь, вон­зенный в сердце», а св. Симеон Новый Богослов назы­вает «ядом, излиянным в сердце от древнего змия»... (IV, 221, 516—517).

Кто обвиняет других в своих неудачах и не хочет в этом видеть Промысла Божия, того постигают еще большие скорби