"Мой прогноз, — восклицает неверующий оптимист. — В обозримом будущем атеисты значительно пополнят свои ряды… Современность диктует свои условия. Это эра независимых, сильных и уверенных в себе людей. Религия отдыхает"."Не будьте наивным, — возражает ему пользователь, которого мне кажется уместным назвать"Аналитик". — В этом поколении вряд ли что‑то удастся сделать — ну разве что привлечь на свою сторону десяток–другой бывших верующих. Вера и разум — совсем разные сферы жизни. Нельзя убедить верующего в необходимости не верить. Уйдя от одной религии, он непременно придет к другой — у него уже сложилось религиозное мировоззрение".

Как"Аналитик", так и целый ряд других пользователей считают, что"коммунизм обладает всеми признаками религии, а лозунг атеизма использовался большевиками лишь в качестве прикрытия"."Если покопаться, — пишет один из участников конференции, — последовательных атеистов мы никогда не найдем, то есть не таких, которые весь свой атеизм содержат в душераздирающем вопле"Бога — нет", а думающих, мыслящих".

Кто‑то из участников диалога замечает, что в Библии много непонятного и вообще необъяснимого с точки зрения современного человека."Все верно, — отвечает ему Виталий, — просто Вы не в курсе. Библия — это книга веры, она для глаз и души верующего, и не иначе. Познать эту книгу, а тем более ее предмет вне соответствующей позиции, вне определенного мировоззрения — бессмысленно. Вы не увидите ничего!.. Атеист, пусть он хоть десять семинарий закончил, пусть он хоть академик по части критики известного до сантиметра произведения, ничего в ней не увидит… Кстати, в Новом завете есть прямое указание на адресность этой книги. В зачине Евангелия от Луки евангелист пишет о том, что корреспондент его — человек, уже наставленный в учении Церкви, и теперь ему нужно лишь получить твердое основание этого наставления. Вы можете сказать, что, мол,"оболваненный"будет читать"то"и"так", как ему укажут, на что я замечу — истинно так, но не две тысячи лет подряд. Все мнимое за такой срок обветшает и осыплется, а вера Христова и по сей день согревает и исполняет миллионы людей. И весь мировой атеизм им не указ".

И как‑то сразу вспоминаются слова Семена Франка о том, что ему и дела нет до холодного и рассудочного"Бога нет", если, восклицает он,"Ты, Господи, еси". И вообще христианство — это встреча, как постоянно повторяет митрополит Антоний Сурожский. На языке Интернета это звучит чуть–чуть иначе:"Совершенство религии заключается в полноте общения, в"качестве канала связи", в том, насколько совершенно открывается в религиозной практике объект религиозного поклонения. С этой точки зрения христианство — совершенная религия, ибо в лице Иисуса Христа утверждает непосредственную встречу с Богом".

"Одним из признаков человеческого индивида является, как известно, вера", — пишет один из пользователей, вероятно, считающий себя атеистом. Другой, верующий, ему отвечает:"Смотря что вы понимаете под"индивидом", и что под"верой". Если вера — это убежденность в чем‑то недоказуемом, то это не вера, это субъективное мнение, массовое совпадение такого мнения мы назовем общественным или общекультурным мнением. А вот если предположить, что вера это упование — возложение надежды на источник веры, жажда познания (приобщения) источника веры, любовь — стремление всецело посвятить себя источнику веры, вот тогда это и будет вера. Самое простое и в то же самое время самое сложно объяснимое движение души и ее состояние. Верующий как бы"останавивается", ибо он нашел свою истину, но он и"идет", восходя к ней".

"Вера, — продолжает"Верующий"(так назовем этого участника диалога), — это не убежденность, это способность подняться над собственной индивидуальностью, над собственной отделенностью, субъективной замкнутостью. Вера это особый дар, который не всякому дается. Есть такая молитва:"Верую, помоги моему неверию". Неверие понимается именно как следствие невозможности самостоятельного познания Бога, как болезнь поврежденной человеческой личности, погребенной в индивидуальности, т. е. отделенности. Религия — шов, соединяющий ограниченность с безграничностью, возможность единения, взаимопроникновения (совершенного познания) моего"Я"и источника,"матрицы"моего"Я"".

Ему возражает"Неверующий":"Если этого бога придумали две тысячи лет назад и все это время ему поклонялись, то у нового верующего сомнений в"настоящести"бога практически не остается. Таково уж общество: мнениям других людей человек зачастую доверяет гораздо больше, чем своему разуму". И получает в качестве ответа следующее послание:"Вы еще раз ошиблись, хотя бы в отношении христианства. Для человека верующего очевидна непосредственная встреча, не смутные воспоминания о давно бывшем и записанном в книгах, но ощущение сиюминутного присутствия Бога,"Божьего дыхания". Одно из направлений христианского аскетизма, исихазм, говорит о возможности для смертного человека увидеть проявления Бога,"фаворский свет", смертными очами, то есть в реальности".

"Религиозную веру, — продолжает"Неверующий", — я бы разложил на две составные части: веру человека в Бога и веру человека в истинность дошедшего до него из глубины веков вероучения"."Ну, тогда буддизм, — возражает ему верующий, — точно не религия, потому что не знает понятия Бога вообще".

И последняя реплика:"Атеизм — это все‑таки разновидность религии, как и скептицизм. Все в этом мире построено на вере. Даже если Вы абсолютный скептик и считаете, что ни во что не верите, то это и есть ваша вера".

Свящ. ГЕОРГИЙ ЧИСТЯКОВ

Москва

"Русская мысль", Париж,

N 4319, 25 мая 2000 г.