Все мы больные. Все мы несчастные. У каждого свой грех. Но у каждого один Спаситель — Христос.

Слепые, прокажённые, расслабленные! Подойдёмте же, как братья, любя и жалея друг друга, ко Кресту Господню, припадём к Нему с верою и слезами, да простит и спасёт нас Господь и да исцелит душевные и телесные тяжкие недуги наши.

Аминь.

6 июля 1922 г.

За всенощной в Крестовоздвиженской церкви

Во имя Отца и Сына и Святаго Духа!

Ангел Господень возвестил Захарии, что от него родится великий пророк:"Он будет велик пред Господом; не будет пить вина и сикера, и Духа Святого исполнится ещё от чрева матери своей; и многих из сынов Израилевых обратит к Господу Богу их"(Лк. 1, 15–16).

И пророчество сбылось, родился Иоанн Предтеча. Возрастал, укреплялся духом. И вот зазвучал пророческий голос его в пустыне Иудейской. Поражённый новизною слов его, народ встрепенулся. Жители Иерусалима, окрестностей его и всей Иудеи стекались к нему на берега Иордана. Новый пророк самой внешностью своей производил впечатление необычайное. Это был суровый аскет, одетый в грубую одежду из верблюжьего волоса, препоясанный кожаным поясом, изнуривший тело своё строжайшим постом…

В чём было главное значение его проповеди?

Он обличал фарисейство. Фарисейство не как лицемерие только, но и как целое мировоззрение, как систему, как особый вид современного благочестия. В основе этой системы лежала мысль, что сила религии — во внешнем законодательстве. В результате — полное торжество мёртвой буквы над живым духом и ужасающее нравственное падение.

И он призывал фарисеев к покаянию. Это он им говорил, что они — "порождения ехиднины"и что они напрасно думают бежать"от будущего гнева". Это он им говорил, что они — сухостой, бесплодные деревья и что при корне их лежит секира, ибо"всякое дерево, не приносящее доброго плода, срубают и бросают в огоны, это он их призывал сотворить"достойный плод покаяния"…

Он показал истосковавшемуся по живой религиозной правде народу истинные идеалы иудейской религии. Он напомнил заповедь о любви, о том, что надо быть милосердными,"у кого две одежды — дай неимущему", у кого есть пища — делай то же; никого не обижайте, не клевещите.

Он провозгласил великую истину, во всей полноте потом раскрытую в христианстве, что не внешний, а внутренний духовный подвиг созидает Царство Божие на земле.

Смолк пророческий голос Иоанна. Но, как всё вечное, так и пророческий дух его пребывает в Церкви. Он вошёл в самую душу церковного сознания. И всякий раз, когда в истории Церкви возникали попытки подчинить внутренние процессы церковной жизни бездушному, отвлечённому"законодательству", в результате ничего, кроме соблазна и греха, не получалось, и Церковь всегда отметала этот грех и соблазн. И даже тогда, когда намерения как будто бы были наилучшие — коль скоро эти улучшающие реформы были внешнего происхождения, они всегда вели к падению. Нам вспоминается эпоха, когда только что кончился Апостольский век, когда деятельность мужей апостольских была ещё у всех перед глазами. В Церкви начал угасать благодатный дар языков.

Явился человек, который решил восхитить этот дар насильно. Не внутренним подвигом, а возводя дар языков в принцип, в норму, в обязательство.

Явился Монтан. И что же? Вместо благодатного дара получились ересь, кликушество, демонизм, бесовщина…

Перенесёмся на несколько веков вперёд. Новая попытка внешней реформы,"законодательного"изменения Церкви — и создаётся ересь иконоборческая, многие десятки лет мучившая Церковь.

Для кого Церковь — живой организм, невидимое Тело Христово, тот поймёт, что только путём нравственно–религиозного, молитвенного подвига можно содействовать её росту.

Ты хочешь быть новым христианином — люби ближнего, как самого себя, люби и прощай врагов своих. Как это будет ново, как это будет необычайно. Ты хочешь быть новым христианином — будь чист сердцем, будь целомудрен, покори свои тёмные страсти. Как это покажется всем новым, давно всеми забытым. Ты хочешь быть новым в молитве — но покажи нам молитвенную ревность Серафима Саровского, три года простоявшего на камне в молитвенном подвиге. Ты хочешь обновить Церковь — о, дай нам образ святости, покажи нам величие духа, нравственную высоту, молитвенное горение, и тогда ты послужишь святому делу обновления.

А пока ты будешь исправлять Церковь на бумаге, через приказы, сидя в своём кабинете, это всегда будет сознательное или бессознательное фарисейство.