Вообще же у меня определенно развивается нежелание печататься и жить в уединении и глуши. Ho мне хотелось бы писать, чтобы дети могли использовать MOt для своих работ, и это дало бы мне наибольшее удовлетворение. Крепко целую тебя, дорогая Аннуля.

Дорогой Кирилл, вот уже весна, вероятно ты подумываешь о летней экспедиции, а я до сих пор не знаю, чем занимался ты зимою. Сдал ли по крайней мере свои зачеты и испытания? (Кстати, я нашел любопытную исгор. справку: в XIV в., при Эдуарде III, в Оксфорде училось ЮООО студентов). Ты мне не сообщил также, получил ли ты мэи соображения о реликтовых известковых водорослях. — Меня вновь одолевают замыслы построить новую дисциплину—морфометрию и основу ее в общей форме, мне кажется, я нащупал. Однако техническое осуществление требует литературы, которой тут конечно нет и не может быть. Приходится каждый шаг брать с бою и открывать америки, которые конечно давно известны. Мне хотелось бы довести дело хотя бы до такой ступени, после которой ты или Вася могли бы самостоятельно продвигать отдельные вопросы (конкретные) из этой области. Крепко целую тебя, дорогой.

Дорогой Вася, к числу моментов, важных для характеристики минералов, отнеси процессы дегидратации и гидратации. Эти кривые очень характерны и могут вскрывать не только хим. состав, но и мезотекстуру (т. е. промежуточную между микро и макро-, — ту, которой я придаю особенно важное значение). Гидратацию наблюдай не только в воде, но и в др. жидкостях (это будет конечно не гидра- а иная -тация; кроме того в атмосфере пара опред. упругости (над стандартными веществами, список их найдешь в Справ. Тех. Энц.). Дегидратацию‑как в эксикаторе, так и при повышен. t°, очень удобно подвесить кусочек минерала на крутильн. весы, погрузить его в тигельн. печь электрич. и защитить от потоков воздуха. Целую тебя, дорогой, маленького и кланяйся Наташе.

1937.ІѴ.4. №97. Соловки. Дорогой Олень, кажется я писал тебе уже об «Истории Англии» Давида Юма, которую читаю во франц. переводе. Картина сочная и яркая, но тяжелая до безко- нечности. Непрестанные войны, то внешние, то междуусобные, смысла и мотивов которых не доищешься, да едва ли знали их и сами деятели XIV века. Ho безсмысленность этих войн ничуть не мешала им быть кровопролитными до последней степени: старались начисто истребить друг друга, и то, что не гибло в сражении, попадало на эшафот. А т. к. партии торжествовали поочередно, то за время, напр, войны Белой и Алой Розы (30 лет) высшие классы Англии оказались стертыми с лица земли. О безчісленных же крестьянах и говорить нечего. В немотивироанности войн легко убедиться по переходу командного состава и их войск то на одну сторону, то на другую; следовпгельно, никакой идеи и даже никакой определенной заинтересованности в результатах войны у них не было. Меня поражает безсмысленность человеческих действий, не находящих себе оправдания даже в своекорыстии, поскольку люди действуюг в ущерб и собственным своим интересам. О моральной (тороне говорить не приходится. Сплошное клятвопреступление, обман, убийства, низкопоклонничество, отсутствие какие бы то ни было устоев. Родственные связи отбрасываются і сторону, закон создается и отменяется в угоду минутной потребности—и никем не соблюдается. Если ты возьмешь хрониси Шекспира, то они лишь частично передают историческую правду, ослабляют ужасы, а не сгущают их, как можно было бы думать загодя. Мой вывод (впрочем я уже давно пришел к нему): в человеке есть запас ярости, гнева, разрушительных инстинктов, злобы и бешенства, и этот запас стремится излиться на окружающих вопреки не только нравственным требованиям, но и собственной выгоде человека. Человек неистовствует ради неистовства. Цепи твердой власти до известной степени сдерживают его, но тогда человек начинает ухищряться сделать то же, обходя закон, в более тонкой форме. Конечно, было бы несправедливо утверждать, что все таковы. Ho таковы многие, очень многие, и в силу своей активности эти хищные элементы человечества занимают руководящие места в истории и принуждают делаться хищными же прочее человечество. Вот, дорогой Олень, что усмотрел я на частном случае—истории Англии XIV века. Стало ли человечество лучше? Сомневаюсь. Оно стало внешне приличнее, облекло насилие в формы менее яркие, т. е. не дающие хороших сюжетов для эффектных трагедий, но суть дела не изменилась. —Относительно англ. чтения я тебе писал, думаю Диккенс подошел бы, а для начала взяла бы ты какую‑нибудь детскую книгу. При изучении языка более, чем где либо, надо играть на количестве, только таким образом дается действительное усвоение языка. Поэтому старайся читать как можно больше и как можно чаще, последнее даже важнее, чем «больше». Первое, что требуется тебе—приобретение навыка, тогда все пойдет легко. Навык приобрести не трудно, но нужно усилие. Мама пишет, что уроки с другими тебе даются трудно. He знаю, в чем тут причина, но скажу, что на уроках с другими предмет действительно усвояется особенно хорошо. По себе знаю, что многое из твердо усвоенного мною таково именно потому, что мне приходилось заниміться с тупыми учениками и вдалбливать им в голову. Крепко целую тебя, дорогая Оля.

Дорогой Мик, т. к. ты любителі узнавать всякие необыкновенные случаи и практику путешествий, то сообщаю тебе, как снабжалось в Англии в XIV в. войсю. Каждому воину (тогда еще не было солдат) давался на случій крайней необходимости небольшой мешок с мукою, как неприкосновенный запас. Питаться же воин должен был на поднэжном корму: хватал, где придется, корову, быка, барана или козу, сдирал с них шкуру, укреплял шкуру на кольях, на подобие котла, наливал туда воды, клал куски мяса и разводил под шкурою костер. Содержимое шкуры, будучи сварено, съедалось, а шкура, очевидно, выбрасывалась. Жалование платилось очень неаккуратно, войско же оплачивалось гл. обр. за счет грабежа завоеванных городов: по взятии города предоставлялся срок, например трехдневный, для свободного грабежа, и каждый добывал себе, что мог, в зависимости от усердия и удечи. Поэтому результатом завоевания было опустошение местности, жители разбегались, производительность сходила на нет, к потому завоеванная страна делалась в сущности ненужной, во всяком случае ненужной на долгое время. Т. о. завоевание сводилось скорее к набегу, чем к действительному расширению государства–завоевателя. Мало того, последнее мало чего получало и даже само нищало после завоевания, т. к. богатые выкупы, получавшиеся с пленных, доставались тем, кто взял данного пленника, а не государству. — Крепко целую тебя, дорогой Мик.

Дорогая Тика, сообщаю тебе, что вчера, 4 го апреля, мы видели в Кремле первых трех чаек. Надеюсь, они мне разскажут что‑нибудь о дочке. Лисичкин подарок пропал, я послал его тебе и не знаю, захочет ли лисичка повторить его. Вероятно маленький Павлик скоро начнет произносить членораздельные звуки. Хорошо было бы, если бы ты завела тетрадку и записывала, когда и что он начал говорить. Тебе и самой будет интересно охватить в целом, как развивается способность речи. Ты так и [не] сообщила мне, идет ли у вас с Олей и другими изучение немецкого языка. Мне очень хотелось бы, чтобы ты побольше болтала по немецки, хотя бы кое как и неверно, только таким способом приобретешь навык и усвоишь язык. Очень скучаю по своей дорогой дочке, и с наступлением весны это чувство делается особенно трудно переносить. Получили ли вы мои рисунки лишаев? Спроси у Васи или Киры, почему надо дуть на угли, чтобы они разгорелись? Почему дутье не гасит их, а разжигает? Поцелуй от меня маленького, а папа крепко целует свою дорогую дочку.

1937.ІѴ.20. Соловіи. № 98. Дорогая мамочка, 7го апреля я вспоминал тебя, начал было письмо, но по нашим обстоятельствам послать было іельзя. Поздравляю тебя с годовщиной рождения задним числом и надеюсь, что ты не будешь делать упущений в заботе о своем здоровьи. У нас наступила весна, было до +12° на во*духе, прилетели чайки, зяблики, даже вороны (в прошлом гсду они не явились сюда), дороги начали подсыхать, а потом задул сев. — вост. ветер, завывающий в оконных щелях, стало и грязно и холодно. На душе соответственно, т. е. не двенадцати градусам, а ветру. He знаю, от ветра ли, или от разных перемен, ипи потому, что я начитался «Истории Англии» Юма, из когй явствует устойчивость человечества в одних и тех же пороках и одних и тех же бедствиях на протяжении веков, но в душе мало света. Правда, этому способствует еще наша неспособность выполнить преподанный план работы, слишком напряженный для наших кустарных установок. Одним словом, все содействует мрачности. Стараюсь укрепляться мыслями о вас и работой; усиленно занимаюсь математической работой, но и она идет туго за неимением ни нужных книг, ни необходимого для математики спокойствия. Делаю попытку подойти к созданию новой математической дисциплины, которую называю морфометрия, т. е. измерение формы. Мысль в общем виде проста и ясна, но реализация ее требует проработки большого материала, а это—дело трудоемкое вообще, а в моих условиях и весьма сложное. Кроме того добираю из того немногого, что могу здесь добыть, материалы о водорослях, м. б. когда‑нибудь и использую их, изложив в связном виде. Впрочем, печататься мне крайняя неохота, и пишу исключительно для себя и для детей, если только они будут читать мои писания. Крепко целую тебя, дорогая мамочка, поцелуй Люсю, кланяюсь тете. В Москве ли Шура? Если да, то передай ему мой привет.

1937.ІѴ.20. Соловки. № 98. Дорогая Аннуля, 15 апр. получил твое письмо № 9 от 20 марта. He удивляйся, что долго не писал: в этом месяце можно написать лишь 2 письма. Веточку псевдо–мимозы (акации) получил, она напомнила мне Батум, с его улицами, обсаженными этими деревьями, а потому—и детство. Ты меня неверно поняла, когда я писал о маленьком Павлике: я вовсе не огорчаюсь, а радуюь, что есть у вас предмет внимания и утешения, пусть он и заменяет меня, м. б. когда выростет, то и заменит, если не для в*с, то в работе. Ведь наследственность нередко перескакивает через одно поколение. Впрочем, я не хочу сказать, что мои прям>іе дети не заменят меня. Ты знаешь, как я люблю их и верю в них. Ho строение мысли и характера у детей обычно не такою, как у родителей, а ближе подходит к дедам и вообще к поколению через одно. У меня было слишком много научных замыслов, чтобы хватило сил их осуществить. Ho м. б. маленькому сдастся продолжить нить размышлений, хотя конечно это будет по новому, и пусть будет лучше и в лучших условиях. Оглядыіаясь назад, я вижу, что у меня никогда не было действительно благоприятных условий работы, частью по моей неспособности устраивать свои личные дела, частью по состоянию общества, с которым я разошелся лет на 50, не менее—забежал вперед, тогда как для успеха допустимо забегать вперед не более как на 2—3 года. Ho все это, все таки, пишу не о себе, т. е. не ради себя, а ради маленького, —хочу пояснить, почему я радуюсь вниманию к нему. —Относительно Мика. Да, ему не следует оставаться предоставленным самому себе, да кроме того необходимо, чтобы он набирался впечатлений от природы. Если нельзя устроить ничего другого, то пусть поживет у Коли, но необходимо просить Колю смотреть за ним и не давать распускаться. Пусть летом ведет запись наблюдений над природой, рисует с натуры. М. б. у Коли есть какие‑нибудь метеорологические установки, хорошо бы поручить их Мику для систематических наблюдений. А вы постарайтесь воспользоваться весною и летом, чтобы побольше видеть лес, луга, цветы, облака. Ведь это—лучшее, что есть в жизни и самое успокоительное, надо пользоваться. И маленькому тоже можно будет пользоваться, в природе— самое лучшее воспитание. — В одних воспоминаниях («Русск. Старина», 1897, т. 26, ноябрь, стр. 324) я вычитал любопытный факт бытового характера: в XVIII веке диваны (конечно большие, как это было принято и позже) устраивали со ступеньками. Вероятно такие диваны были очень высокие и на них было тепло, как на полатях. — Мне кажется, это лето должно быть жарким и засушливым. Боюсь, с садом у тебя будет плохо, т. к. растениям потребуется поливка. Ho не унывай заранее, м. б. мои соображения и ошибочны. Хотелось бы, чтобы было побольше зелени. Налегай на салаты. Очень вкусный салат из звездчатки (Stellaria media), и если к нему будешь прибавлять чего–ниб. питательного (хотя бы молока), то наверно вам он понравится. Детям надо давать побольше свежей зелени, а маленькому— овощей, особенно моркови или, пока, морковного сока. Ты пишеиь, что Оле хочется вкусного. Ho ведь вкусное делается таковиіи гл. образом от приправы: необходимо давать пище запах, хоэошо прожаривать, придавать остроту или сладость, и тогда самые простые припасы обращаются во вкусные кушанья. Руссіая кухня страдает от безвкусной, распаренной, переваренной іищи; в средней полосе портят всякие припасы, превращая их в мазучее месиво, без строения, без запаха и вкуса. В этом отношении, посмотри, как умеют готовить на Кавказе: из любог<> припаса, которого у нас и есть не стали бы, делают восхитительное кушанье, положив туда трав, чего–ниб. для запаха и т. д. Делаешь ли ты детям когда–ниб. мой сыр? Это хорошая пзиправа к каше, самой безвкусной, и делает ту же кашу или картошку нарядной. А есть надо только то, что по вкусу, иначе еда мало полезна. Поджаривай хлеб, помаж его немного сыром, посыпь укропом—это будет приятный завтрак, не требующий хлопот и возни. Если бы я был с вами, я варил бы BaN; мармелад—расход сахара в общем остается тем же, если не меньше, а впечатление совсем другое. Хочу сказать: надо уметь жить и пользоваться жизнью, опираясь на то что есть в данный момент, а не обижаясь на то, чего нет. Ведь времени потерянного на недовольство никто и ничто не вернет. Крепко целую тебя, дорогая Аннуля. След, письмо напишу уже в мае. Еще раз целую.

Дорогой Олень, приходит время отдыха, постарайся использовать это время и хорошенько оправиться. При мышьяке совершенно необходимо пить хотя бы немного молока, иначе желудок легко разстраивается и даже может быть легкое отравление, особенно если съесть кислого или соленого, а молоко очень предохраняет от неприятных случайностей. Как я ни нелюблю молока, а иногда, когда дают его с кашей или иначе, все таки съедаю, т. к. надо же поддерживать себя. — Недавно достал «Русские повести XVIl‑XVIII вв.» под ред. А. В. Си- повского, СПБ, 1905. Там напечатан невероятно нелепый роман «История о Александре российском дворянине». Безвкусное нагромождение немотивированных и безцельных приключений этой повести, равно как и других, живо напоминает мне повествования урок, когда они беседуют между собою, растягивая свои истории на неск. ночей. Ho начинается эта повесть тонким замечанием, характеризующим имя Александр. Ему, т. е. некоему дворянину, «всемогущий богъ даровал сына лепообразна юношу, которому равное красоте ево імя дадеся Александръ». Это «имя Александр равное красоте юноше» сказано очень хорошо (стр. 129) и вполне соответствует написанному мною об этом имени. —Недавно прочел роман Леонова «Скутаревский»[2427] о нем много говорили, но, как оказалось, не совсем заслуженно.

Основная целеустремленность автора—заразить энтузиазмом строительства. Ho автор этого не достигает, ибо он только декларирует таковую, но не показывает. Показать же не может, т. к. взялся за тему не по своим сиіам и главное не по своим знаниям. Нельзя же давать безграмотную бутафорию и уверять, что это нечто великое: читатель не верит утверждениям автора, не только не доказательныѵі, но порою и смешным. Автор хочет вскрыть психологию научного творчества, привлекает великие имена, на деле же не понимает и не знает этой психологии, не имеет ни малейшего представления о творческом процессе и вместо воплощения научной идеи изображает атмосферу дрязг и преступлений. Насколько выше Леонова Ж. Верн, действительно обладающий научной фантазией и говорящий если и не доказательно, то пробуждая мысль. Замысел весьма ценный—показать как строится научнотехническая идея, как она воплощается в жизнь, как она служит обществу, какой вихрь радости и вражды около возникает. Ho этот замысел осуществлен так неудачно, чтс подвергается опастности быть пренебреженным из за полного несоответствия его самого и его реализации. Автор хочет быть реалистом. Почтенное желание, но оно требует прежде всего и реалистического подхода к изображаемому, т. е. изображения подлинной жизни, а не картонных деревьев вместо леса и намалеванных холстов вместо монументальных стен. Получается иллюзионизм, и притом самый дешевый, подмена реальности голыми утверждениями и явно условными изображениями, не имеющими даже символической ценности. Чтобы понять мою мысль, прочти у Бальзака «Философский камень» (кажется так называется история алхимика). И против нее можно возражать, но какая там плотность и конкретность изображения! — Крепко целую тебя, дорогой Олень. Отдыхай, поправляйся и не забывай папу.

Дорогой Мик, ты спрашиваешь, где достать эбонита. Эбонита у меня нет, но было много карболита, который вполне заменит эбонит, только бери не черный карболит (он в электри- ческ. отношении хуже прочих), а серожелтый. Эбонит был в книжных шкафах и в горке, но не знаю, есть ли еще. О свойствах карболита прочти в книжке «Карболит», мною выпущенной. Построил ли ты себе приемник, как собирался? Кое что для него вероятно найдется у нас дома, но не все. А как твоя фотография? Снимаешь ли? Постарайся не просто щелкать затвором, а снимать осмысленно, то есть интересные предметы и достигая каждый раз определенной поставленной сознательно задачи—запечатлеть тот или другой момент, ту или другую сторону вещи возможно совершенно Если же задача не решена, то постарайся уяснить себе, почему это произошло, чтобы не происходило впрдь. Учись на ошибках, так чтобы чувствовать постепенное совершенствование и овладение техникой. Результаты должны бьгь не случайные, от тебя не зависящие, а заранее намеченные и достигаемые вполне сознательно. Только тогда будет чувствовать удовлетворение, а кроме того фотографическая техника пригодится тебе, чем бы ты ни стал заниматься впоследствие. — Io мне мало хотелось бы, чтобы ты занимался электротехникой. В эту область кинулись все, и мало привлекательного занижаться предметом захватанным, лучше ищи себе новых путеі, еще не изъезженных. Крепко целую тебя, дорогой Мик.

Дорогая Тик*, налетели чайки, но они так взволнованы и кричат, что пошть их крика пока совершенно невозможно. Они заняты изгнанием других птиц, кажется ворон, из своих прошлогодних гнезд. Всркуют голуби, тут их достаточно. Ho пока никаких вестей о своей дочке от чаек я не узнал и потому жду, чтобы она сама сообщила их мне. Скажи от меня мамочке, чтобы она берегла себя г заботилась о своем здоровьи. Ложусь я поздно, потому что у меня много работы и, главное, чтобы не опуститься и делать хоть что нибудь, имеющее некоторую ценность. Когда ты будешь в моем возрасте и у тебя будут внуки, то ложись и ты в 5 часов, а пока надо ложиться в 9, в ожидании внуков и правнуков. Если я работаю много, то бодрюсь, а при меньшем количестве работы легко впасть в уныние. Ведь я все время думаю о вас, безпокоюсь, как вы живете и как вам трудно, удручаюсь мыслию о невозможности помочь вам. А ты думаешь это легко? Кроме того, на разстоянии многое представляется более тяжелым, чем если бы видеть собственными глазами. — Пишут ли вам когда нибудь Катя и Нина, или оне ушли в собственные дела и обо всем позабыли? Здоров ли их отец? Кланяйся от меня Kc. Tep., вашей соседке, и ее мужу. Кланяйся бабушке и Ан. Ф. Конечно, маленький тебя должен очень любить, я уверен, что ты не ошибаешься. Пока давай ему красивые вещи, цветы, картинки, пусть набирается хороших впечатлений и потом всю жизнь связывает их с тобою. А ты, хитрулька, так и не написала мне, занимаешься ли ты немецким языком с Олей, или отлыниваешь от занятий. Крепко целую тебя, дорогая Тика. Вероятно письмо мое дойдет, когда все занятия у тебя закончатся и ты сможешь отдыхать и быть на воздухе. Еще раз целую.

Дорогой Кирилл, как‑то я писал тебе о Белом море и об известковых водорослях. К сожалению, на меня напало сомнение: плоские известковые образования, как бы сделанные из ткани, рисунок которых я прислал, не есть ли это Flustra foliacaea, т. е. колония мшанок (Bryozoa). Было бы интересно спросить специалиста. А если это атисание справедливо, то тогда и ряд других известковых образований, морфологически (гистологически) весьма близкий к указанному, тоже относится к лишайникам. Ho с другой стороны, е^ть несомненные водоросли, гистологически весьма близкие к этому ряду. He даром же В. Ф. Пчелинцев (Hydrozoa и Dasycladtceae мезозоя Крыма, «Тр. Ленингр. О–ва Естествоисп.», т. 55, вып. 4, 1925. Отд. геол. и мин., стр. 69) относит род SolenoporaHe к водорослям, а к табу- латам, к сем. Monticoliporidae Nich., а известковые водоросли долго причислялись к кораллам или к полипам и назывались Nullipora (напр. J. S. Gardiner, «Camoridge Philos. Soc. Proc.», vol. 9, 1898, p. 472) считает коралловые рифы Фиджи, Ратума и Фануфути образованными нуллипорами, тогда как они сложены соленопорами, водорослями. В с/щности, границы между водорослями и нисшими животным*: столь неустойчивы, что и по сей день ботаники забирают цельк классы себе, а зоологи— себе. Очень важно вникнуть в вопрос об известковых водорослях поглубже. —Так до сих пор я не знал, чем же занимался ты зимою и как сдаешь свои зачеты. Мне кажется, надо бы подобрать материалы о растениях и животных индикаторах химич. и физич. состояния среды, чтобы увереннее разбираться в условиях образования осадочных пород. М. б. это цело слишком важно для работы ближайшего дня, т. к. надо делать сводку по чрезвычайно обильному материалу, но сделать ее совершенно необходимо. Крепко целую тебя, дорогой Кирилл. He забывай своего папу.

Дорогой Васюшка, на твой вопрос о методах изучения минералов я так и не могу собраться ответить, не могу собраться с мыслями, а книг у меня нет. Поэтому указываю по мере того, как приходит в голову. Следует систематически изучать фигуры травления, они могут дать указания на такие отличия. Затем необходимо изучать процессы гидратации и дегидратации и строить кривые сушки и овлажнения в зависим, от времени, при разных температурах и в зависимости от t для предельных значений увлажнения и сушки, каковые значения легко вычислить по ходу кривой. Если ты не знаешь, как вычислять, то напиши, я сообщу. —Характерна также зависимость электропроводности от температуры. Весьма важный признак, в частности вскрывающий наличие мех. примесей — это угол диэлектр. потерь. О том, что это такое прочти в моих «Диэлектриках» и в книгах по электрофизике тверд, тел, напр. Шмант (есть по русски). Вообще говоря диэл. потери измеряются сложными и дорогими приборами, но я придумал простой и оч. точный способ — дифференциальный. Устраивается большой дифференц. воздушн. термометр., пожалуй лучше всего из жестяных банок, соединенных герметически приделанной тонкой трубкой. К батам—герметич. крышки, сквозь которые проходят провода, изолированные: в А к ним присоединяется проволока, в В—небольшой (в неск. см2) конденсатор с тонким слоем испытуем, диэіектрика и фольговыми или иными обкладками. Этот прибоз укладывается в ящик с ватой, С должно быть видно через проргзь, в С капля. Количество тепла, выделяемое в В уравновешивается теплом в А; зная силу тока и напряжение м. вычислить энергию в А, а след, и в В. Зная диэл. коэф. вещества можно вычислить и угол потерь. Целую тебя.