Бог-человек Адонис – тот же Аттис, тот же Таммуз – оскопился двуострою секирою; умер однополым – двуполым воскрес.

В Понте, тоже земле амазонок, в городе Амизе, найдены изваяния Андрогина-Аттиса в звездной ризе, «Бога Всевышнего» (Graillot, 215, 219). – «Аттис оскопился – значит, восшел к вечной Сущности, где нет ни мужского, ни женского, а есть новая тварь, новый Человек, Мужеженщина», – учат офиты.

«Мужа и Деву, двуестественного Иакха, призываю, Освободителя», – молятся орфики, отождествляя Диониса-Иакха с Аттисом (Orph. hymn., XLI. – Fr. Lenormant. Monographie de la voie sacrée Eleusinienne, 1864, p. 380, 381). Пол, значит рождение; рождение, значит смерть. Кто победит, пол, – победит смерть. Иакх-Дионис, «двуестественный», diphyês, соединяющий два естества, мужское с женским, это и делает, так же как Аттис, Таммуз, Адонис, – все боги андрогины, вольные мученики Эроса.

В древней Каппадокии, на Иазиликайских скалах, изваяно шествие Кибелы и Аттиса, в сонме женоподобных скопцов, в длинных, как бы женских, одеждах, с изможденными лицами и двуострыми секирами в руках – тем же для них, чем для христианских девственников будет крест (Dussaud, 343. – Perrot et Chipiez, IV, 650. – Picard., Ephèsos, 443). Это и значит: Секира – тень Креста.

Бог двойной Секиры, Лабры, – Зевс Лабранд, Labrandus, в той самой Карии, где Сальмакийские воды превращают людей в андрогинов. «Бога этого нет нигде, кроме Карии», – сообщает Геродот (Herodot, IV, 119), но ошибается: тот же бог и на Крите, и в Ханаане, земле Содома, и в Хеттее, Фригии, Лидии, – во всех землях секир и скопцов. «Он бородат, но облечен в длинную, как бы женскую ризу, и шесть сосцов на обнаженной груди его расположены треугольником; а на правом плече двуострая секира», – сообщает Плутарх (Plutarch. quest. graec. 45).

Тот же бог изображен и на римской, времени императора Геты, монете из Mylasa, в четырехстолпном храмике; он тоже с бородою, в лидийской, высокой и острой шапке, modios, с двойной секирой в деснице, с двумя женскими сосцами на груди и с нижней частью тела, заключенной в узкий ящик гроб, обвитый пеленами-саваном (Thom. Friedrich. Kabiren und Keilinschriften, 1894, p. 42). Что это значит, можно понять по найденной близ Кносса, очень древней, должно быть, Миноэнской, могиле, вырытой в виде двуострой Секиры, а также по росписи на стенках гроба, найденного в нынешней Hagia Triada, около Феста; роспись изображает воскрешение мертвого: только что выйдя из гробницы, он стоит на пороге ее; справа от него зеленеет Дерево Жизни, а прямо перед ним сверкают на столбиках медные двойные Секиры – оружье двуполости в борьбе с полом, рожденьем – смертью, за вечную жизнь – воскресение: умер он однополым – двуполым воскрес, подобно Аттису и выходящему из гроба Зевсу Лабранду (Evans, 439–441. – Dussaud, 400–406).

Очень древний, кажется, этруро-пелазгийский, почитаемый в Риме, бог пограничной межи, Jupiter Terminalis, – Андрогин с висящими сосцами, «Отец и Матерь богов», progenitor genetrixque deum, по толкованию Валерия Сорана. А на одной тенедосской монете две головы, бородатого Зевса и Геры, изображены вместе на одной шее: это уже Андрогин совершенный – будущий «Матереотец», Mêtropater, гностиков, «Зевс – Супруг и Супруга», в гимне орфиков.

Чудной молитвой молится ему и шумерийский царь Гудеа, времен доавраамовых:

Матери нет у меня, – ты моя Мать! Нет отца у меня, – ты мой Отец! (Augustin., de civitate Dei, VII, 11. – El. Laiard. Le Culte de Venus, 1837, p. 101, 103. – P. Dhorme. La religion Assiro-Babylonienne, 1910, p. 166.)

Зевс Фиванский, тот же Лабранд, заключает недоношенного Семелой Вакха в бедро свое (в мифе «бедро» – вместо «женского чрева», «ложесн», в мистерии, так же как «ребро», по смыслу еврейского подлинника, – «женская половина» Адама, рождающего Еву (R. Koeler. Dionysiaka des Nonnos von Panopolis, 17.)). Имя Вакха – Diphyrambos, значит «Двувратный», «Двумя вратами входящий в мир».

В дверь жизни вторую войди, рождаемый таинственно без матери. Се, сокрушаю плоть мою ради тебя, —