Об этих трех царях снова упоминается в главе 11 пророка Даниила ближе к концу: «И простер руку свою на разные страны, и земле Египетской не будет спасения. И завладеет он сокровищами золота и серебра во всем сластолюбивом Египте, и в Ливии, и в мире, и в твердынях его».

Пространно об этом говорит Ипполит–мученик в беседе о кончине мира.

В–третьих, следует знать, что конца антихрист одолеет трех вышеназванных царей — Египетского, Ливийского и Эфиопского, — тоща и другие цари поклонятся ему. И с того времени антихрист станет монархом, то есть единовластвующим обладателем всей вселенной. Известно, что об этом говорит и писание Божественного апокалипсиса в главе 17: «Десять рогов, которые видел, есть десять царей, которые еще не получили царства, но примут власть со зверем и отдадут ее зверю. Они вступят в войну с агнцем, и агнец победит их».

Об этом монаршестве антихристовом и Златоуст вспоминает во втором послании к фессалоникийцам в главе второй в беседе четвертой.<…>

Здесь Златоуст антихристово царство сравнивает с царством Мидийским, Вавилонским, Персидским, Македонским, Римским и говорит, что антихристово царство последует Римскому, как Римское Греческому, Греческое Персидскому, Персидское Ассирийскому. Потому что эти царства были монархиями; ясно, что и антихристово царство будет монархией и никем не будет свергнуто, только одним Христом на суде грядущем. Согласно с этим говорит и Кирилл святой в поучении 15 о том, что антихрист станет владеть Римской монархией. Эту свою мысль он подтверждает теми же вышеприведенными словами из главы 17 апокалипсиса: «И десять рогов, которые видел, есть десять царей, они, имея свою волю и силу и власть, отдадут их зверю».

В–четвертых, следует знать, что антихрист с бесчисленным своим воинством будет подвергать гонениям всех христиан во всей вселенной. Это война Гога и Магога. Об этом написано у Иоанна святого в главе 20 апокалипсиса: «И когда окончится тысяча лет и выйдет сатана из темницы своей, выйдет обольщать народы, находящиеся на четырех углах земли, Гога и Магога, и собирать их на войну. Их же число — как песок морской. И выйдут они на широту земли и окружат стан святых и город возлюбленный. И ниспадет огонь от Бога с небес и пожрет их. И дьявол их льстивый будет ввержен в озеро огненное и серное, где зверь и лжепророк, и будут мучиться день и ночь во веки веков». Этими словами описывается последнее гонение антихриста на христиан и кончина его погибельная.<…>

Биографическая справка

По широте и разнообразию интересов, масштабу деятельности и следам, оставленным в русской культуре XVII‑XVIII вв., Стефан Яворский — одна из интереснейших личностей. Поэт, пишущий стихи на латинском, русском, украинском и польском языках и увенчанный за них званием «лавроносного поэта»; оратор, философ, ученый–богослов, крупный церковно–политический деятель, преподаватель Киево–Могилянского коллегиума и Славяно–греко–латинской академии, реформатор учебного процесса в них, один из первых организаторов «школьного театра», яростный борец с протестантством и расколом. После смерти Стефан Яворский усилиями своих противников был превращен в реакционера и «паписта». В XIX‑XX вв. он был известен в церковных кругах, а его вклад в развитие русской литературы, философии, логики, психологии до недавнего времени оценивался отрицательно. (Лишь несколько упоминаний о нем как главе «реакционных иерархов», противнике Феофана Прокоповича дается в кн.: Благой Д. Д. История русской литературы XVIII века. М., 1946. С. 57—58; такими же характеристиками наделили его и советские историки философии в 50–х годах. См.: История философии: В 4 т. М., 1957. Т. 1. С. 471, 480.)

Стефан Яворский (до пострижения Симеон, Семен, 1658—1722) родился в небогатой семье в местечке Яворов Львовской губернии.

В 1673 г. поступает учиться в Киево–Могилянский коллегиум, преобразованный в академию в 1701 г. В XVII в. это было единственное учебное заведение, готовящее богословов для России, Украины, Белоруссии. Коллегиум дал этим странам очень много знаменитых людей XVII‑XVIII вв. После окончания этого заведения Ст. Яворский принимает униатство и уезжает учиться на Запад: учился в разных, в том числе иезуитских, школах Львова, Познани, Люблина, Вильно. (Такой путь обучения проходили тогда многие ученики Киево–Могилянского коллегиума — Феофил Кролик, Феофан Прокопович и многие другие. Это еще раз подчеркивает, как в людях тех лет и культуре XVII‑XVIII вв. соединялись традиции национальные и европейские.) В 1689 г. Яворский возвращаете* в Киев и публично отрекается от униатства. Он выдерживает сложный экзамен и после принятия монашеского чина принимается на работу преподавателем Киево–Могилянского коллегиума. К этому времени он уже имел звание магистра философии и свободных искусств, ученого–богослова. В коллегиуме он стал вести курсы философии, риторики, поэтики, теологии. Учебников и программ тогда не было, каждый преподаватель самостоятельно разрабатывал свои курсы. В итоге они оказывались достаточно цельными и законченными. В историческом плане наибольший интерес представлял курс Яворского по философии. Он назывался очень длинно в традициях тех лет «Философское состязание, открытое на арене Киево–Могилянского гамнасиума российскими атлетами для вящей славы Того, который, будучи свободным от греха путником, единородным Сыном Отца, вступил на путь умножения славы наиблаженнейшей его матери, прошедшей быстро путь по иудейским взгорьям». Естественно, что курс читался на латинском языке. Современный исследователь творчества Ст. Яворского считает, что этот курс сыграл значительную роль в становлении русской философии, логики и психологии (см.: Захаров И. С. Борьба идей в философской мысли на Украине на рубеже XVII‑XVIII вв. (Стефан Яворский). Киев, 1982. С. 63—112). В этой же работе приводятся убедительные доводы о том, что литературное наследство «Ст. Яворского послужило одним из источников философских воззрений славянофилов». С. 15). В этом курсе Яворский, опираясь на Аристотеля и других философов, популяризировал идеи Возрождения и нового времени. В 1700 г. Ст. Яворский послан в Москву митрополитом Киевским Ясинским с каким‑то поручением. Во время его пребывания в Москве умер фельдмаршал Алексей Шеин и Петр I решил устроить пышные похороны. Нужно было найти человека, который бы быстро написал хорошее надгробное слово. Царю указали на Ст. Яворского как известного оратора. Несмотря на малое время, он написал надгробное слово, и оно имело большой успех. Петр I оставляет Яворского в Москве. Вскоре освободилась рязанская кафедра и Петр I рекомен-довал патриарху Адриану рукоположить Ст. Яворского в сан митрополита Рязанского и Муромского. Яворский долго отказывался, ибо заветом своей жизни сделал жизнь тихую, жизнь ученого–монаха, мечтал о монастырской келье, где бы мог предаваться научным и литературным занятиям. Его знаменитый афоризм «Хорошо прожил тот, кто хорошо спрятался» подтверждает такую жизненную установку. После долгих колебаний, отказов и слез Яворский соглашается принять сан митрополита. 7 апреля 1700 г. он был хиротонисан в этот сан. В этом же году стал протектором Славяно–греко–латинской академии и перестроил в ней учебный процесс по образцу Киево–Могилянского коллегиума, открыл в ней «школьный театр».

6 декабря 1700 г. умер патриарх Адриан, и волею Петра I Ст. Яворский назначается на должность администратора и местоблюстителя патриаршего престола. (В разных источниках время назначения его на эту должность указывается то 1700, то 1702 г. Но 1702 год маловероятен, так как даже если Петр I уже тогда задумывал упразднить патриаршество, то духовенство и сами верующие вряд ли могли допустить, чтобы около двух лет церковь была без ее главы.).

Ст. Яворский оказался во главе церкви в самый драматический период ее истории: в церкви и среди верующих продолжался раскол, готовились и потом были проведены многочисленные реформы церкви, подорвавшие ее экономическую и духовную самостоятельность, впервые в России возникла сильная тенденция к «цезаре — папизму», когда Петр I и светская власть начали активно вторгаться во все дела церкви и руководить ею. Кроме того, духовенство и верующие разделились на сторонников и противников патриаршества. При Петре I резко усилились позиции протестантской церкви в России, так как многие сподвижники царя были выходцами из Германии, Голландии и других протестантских стран. Положение Яворского осложнялось еще и тем, что до конца своей жизни он надеялся, что патриаршество будет восстановлено.

Отношение Яворского ко всем петровским реформам было противоречивым. Он поддерживал все светские реформы Петра I, направленные на развитие промышленности, флота, науки, образования. Но церковные реформы царя не поддерживал, хотя и открыто против них не выступал, он вынужден был стать скрытом сторонником патриаршества.

Самую жестокую борьбу Ст. Яворский повел с раскольниками, здесь он был порою более радикален и более жесток, чем сам царь. Уже в 1701 г. открылось первое крупное для Яворского дело раскольника Григория Талицкого. Переписчик книг, близкий к кругам столичного духовенства, Талицкий в 1700—1701 гг. призывал отступиться от Петра, обличал его в «подметных письмах» как антихриста, призывал не платить податей, не выполнять царские указы, исповедовать «немоление за государя», называл Москву блудницей вавилонской, а ее жителей вавилонянами, слугами антихриста. Свои предсказания о конце мира и приходе антихриста Г. Талицкий основывал, во–первых, на толковании Книги пророка Даниила и Апокалипсиса в соответствии с духом тогдашнего времени; во–вторых, на сложившейся к тому времени раскольнической концепции «чувственного» и «духовного» антихриста. (О раскольническом эсхатологическом мировосприятии, их новой концепции антихриста см.: Гурьянова Н. С. Крестьянский антимонархический протест в старообрядческой эсхатологической литературе периода позднего феодализма. Новосибирск, 1988. С. 17—83.) Талицкий был схвачен, его допрашивали в присутствии Яворского и царя, они даже полемизировали с ним. Он был приговорен к казни «копчением», но раскаялся, отрекся от раскольнических идей и был помилован. Но материалам ереси Талицкого и других раскольников Ст. Яворский написал книгу «Знамения пришествия антихристова и кончины века», изданную впервые в 1703 г. Здесь Яворский, опираясь на Священное Писание и труды отцов церкви, пытается с официально–православной точки зрения доказать несостоятельность раскольнического представления о конце мира и приходе антихриста. Логически у него это сделано очень убедительно. Но, по свидетельству первого серьезного исследователя его творчества Ю. Ф. Самарина, эта «книга не достигла своей цели и распространение ложных (раскольнических. — А. Г.) предсказаний не пресекла» (Самарин Ю. Ф. Стефан Яворский и Феофан Прокопович / Сочинения. Т. 5. М., 1880. С. 265. Здесь же он указывает, что многое в книге Ст. Яворского было заимствовано из книги испанского богослова Мальвенды об антихристе.).