в) «Против ересей», книга, написанная в 453 году, содержащая список ересей, кончая ересью Евтиха.

Богословское учение блаженного Феодорита

Христология блаженного Феодорита хотя и не вполне православная, но все же ближе к последней, чем у Феодора Мопсуэстийского:

Нищий: Следовательно, Иисус Христос ― только Бог?

Православный: Говорят же тебе, что Бог Слово стал человеком. А ты называешь Его только Богом.

Нищий: Он стал человеком, не изменившись. Он остался тем, чем Он был: поэтому Его следует называть тем, чем Он был.

Православный: Разумеется, Бог Слово был и есть и будет неизменен. Но Он стал человеком, восприняв человеческую природу. Поэтому нам следует признавать в Нем обе природы ― воспринимающую и воспринятую...

Православный: Ты сказал, что божественная природа сошла с небес, но что Его назвали Сыном Человеческим по причине Его соединения с человеческой природой, таким образом, правильно говорить, что плоть была пригвождена к древу, при этом исповедуя, что на кресте и в могиле божественная природа была неотделима от плоти, хотя эта природа и не подверглась страданию, будучи неспособна к страданию и смерти и обладая бессмертной и бесстрастной сущностью (ουσία, усия). В таком смысле Апостол Павел говорил о распятом Господе славы (1 Кор. 2, 8), применяя эпитет бесстрастной природы к страдающей, поскольку это тело считалось и было телом Божества... Я часто говорил, что к одному Лицу (πρόσωπον, просОпон) приложимы как божественные, так и человеческие эпитеты.

(«Диалог», 2, 3)

Мы видим, что Феодорит говорит о двух природах во Христе, приписывая одной одни действия, другой ― другие. Единственное, чего ему не хватает, это идеи ипостасного единства двух природ, вернее ― терминологии, выражающей эту идею. Слово ипостась для него значит то же самое, что и природа, φύσις, и он понимает союз двух природ в смысле своего рода сочетания. С другой стороны ― и это очевидно из его опровержения двенадцати анафематизмов Кирилла, ― он протестует против понимания этого единства природ всего лишь как «синафии» (συνάφεια ― сцепление, связь), чего-то, что может быть расторгнуто. Иными словами, то, что Феодорит имеет в виду, соответствует истинно православным понятиям, но в то же время терминология, которой он пользуется для выражения этих понятий, не вполне передает его мысли.

Почти как и святой Кирилл, он верит в обожение, признает святую Деву Богородицей и вполне православно рассуждает о Святой Троице:

Воплощение Единородного не увеличивает числа Троицы, превращая Ее в четверицу. Троица остается Троицей и после Воплощения. Веруя, что единородный Сын Божий стал человеком, мы не отрицаем воспринятой Им природы: как я говорил, мы признаем природу воспринимающую и воспринимаемую. Ибо в этом единстве отличительные свойства двух природ не смешиваются... Было бы крайней глупостью называть союз Божественного и человеческого смешением... При нагревании золота оно воспринимает цвет и энергию огня, но при этом не теряет своей собственной природы. Ведя себя как огонь, оно в то же время остается золотом. Так же и тело нашего Господа есть тело, но бесстрастное, нетленное, бессмертное: это тело Господне, божественное и прославленное божественной славой. Оно неотделимо от Божества, оно не принадлежит никому, кроме единородного Сына Божия. Оно не раскрывает нам никого иного, кроме самого Единородного, облекшегося нашей природой.