B новой постановке спор на эту же тему возник среди самих последователей Севира, и именно между Дамианом Антиохийским (с 578 г.) и Петром Антиохийским (580 г.). В споре с филопонианами Дамиан говорил так: «Не каждое Лицо Св. Троицы есть по природе и само по себе Бог. Но они все три имеют в себе Общего им Бога (Κοινον Θεον), а именно присущее им божество (ηγουν ενυπαρκτον θεοτητα). И, соучаствуя в этом (т. е. в божестве) нераздельно (και ταυτης μετεχοντα αδιαιρετως), каждое из Них является Богом (είναι Θεον εκαστον). Каждое свойство (ιδιοτης) в Боге образует ипостась, лицо (υποστασιν, προσωπον)».

Петр Антиохийский в этих рассуждениях своего предшественника Дамиана видел ересь. Если одно свойство (ιδιοτης) уже производит ипостась, то что же такое Отец, у Которого уже два свойства: Он родит Сына и изводит Духа? Да сверх этого и Его Личное Свойство «нерожденности и неисхождения» может быть сосчитано, как третье свойство. Ужели в Отце надо помещать три ипостаси?

B первом же утверждении Дамиана заключается и савеллианство, и тетрадитство, т. е. и слияние лиц, и их четверичность.

Если единое Божество только как бы обитает (ενυπαρχει) в Лицах, то эти Лица становятся только разными модусами единого Божества. а если есть, существует этот «общий всем трем Бог — Κοινος Θεος», и в то же время каждое из лиц есть Бог, то при трех лицах-богах общий всем им Бог будет неизбежно четвертым. Вместо Троицы — четверица.

* * *

B области антропологии спор севириан и юлианистов разделил тритеистов опять на две половины: кононитов и филопониан. На вопрос Филопониана «В чем тленность человеческой природы — в материи или в форме?» — Конон ответил: «В форме». Филопониан ответил полностью отрицательно: тленна и форма, тленна и самая материя. Воскресение будет в совершенно новых телах.

* * *

Анархическая свобода сектантского богословствования вела к дальнейшим разделениям в монофизитстве. Вот как В. В. Болотов схематически рисует разветвления монофизитства.

Евтихианство, сомневающееся в единосущии плоти Христовой с нашей.

Монофизитство в целом, которое признает это единосущие.

Уклонение от монофизитства в сторону евтихианства с пантеистическим оттенком (таков Бар-Судаили. Его положение: «вся природа единосущна с Богом» — не имело последователей).

Разделение монофизитства на два главных потока —

севириан и

юлианистов, —

из-за вопроса частного — о тленности тела Христова, но при общей подкладке в виде вопроса о том, есть во Христе различие после единения или нет?

Уклонение от севирианского монофизитства в сторону юлианистов в лице Стефана Ниова, отвергавшего различие природ после соединения.

Уклонение юлианистов в сторону севириан, когда часть первых признала потенциальную тленность тела Христова, при его нетленности актуальной.

Последовательное развитие севирианского монофизитства: агноиты, последователи александрийского диакона Фемистия, который утверждал: так как человечество Христово во всем, кроме греха, подобно нашему, а незнание (αγνοία) не есть грех, а есть свойство человеческой ограниченной природы, то и Христос действительно по человечеству не знал (а не казался только незнающим) того, что не свойственно знать человеку. Иоанн (11:34) и Марк (13:32) свидетельствуют о действительном его неведении.

Последовательное развитие юлианского монофизитства — актиститы. Так как διαφθορά остается и при исповедании плоти Христа нетленной (αφθαρτον), если признавать ее сотворенной, то эти юлианисты и признали ее несотворенной — ακτιστον. Это было непоследовательно в принципе (в смысле отмены всякого различия), но последовательно с точки зрения основного положения Юлиана: человечество Христово подобно человечеству Адама первозданного. Следовательно, плоть Христова должна быть нетленной (αφθαρτον), но не ακτιστον — «несотворенной». В секте актиститов получилось, таким образом, противоречие между выводом и основанием юлианского монофизитства