Надо сказать, что на всех этих экологических собраниях чувствуешь себя несколько саркастически. Как говорили в старину, «писатель пописывает, читатель почитывает», а жизнь идет сама по себе. Губили землю — и будут губить, отравляли воздух — и будут отравлять. Но все–таки сознание богословов, которые изучают нравственную сущность человека, и физиков, которые исследуют недра бытия осязаемого, материального, сходится в одном: нельзя пренебрегать тем основным законом цельности бытия, который продиктован нам самим существованием мира. Аморальное поведение — это все равно, что нарушение техники безопасности. Проступок — это нарушение закона, который дан человеку Богом.

Хозяйство — это одна из сложнейших областей человеческой деятельности. Однажды мне надо было говорить об этом перед германскими предпринимателями, и накануне вечером в гостинице я придумал схему, которая показалась мне логичной. Это так называемый «жизненный треугольник», изображенный в аксонометрической проекции. Тогда, в гостинице, я спросил себе несколько бананов и трубочек от коктейля и с их помощью сконструировал наглядную модель. Для единообразия я воспользовался модными ныне греческими и латинскими терминами, начинающимися с буквы «э», и то, что получилось, назвал «схемой четырех Э».

Итак, в основе — равносторонний треугольник, вершины которого: экология, экономика, этика. Наша жизнь <342> проходит, прежде всего, в окружающей нас природе, на нее направлена наша созидательная деятельность. Экология, экономика, от греческого «икос» — «дом», — это, говоря по–русски, «Домострой». Так называется наш памятник XVI века, составленный протопопом Сильвестром, духовником царя Ивана Грозного, вдохновлявшим первые годы его царствования. «Домострой» — это и есть наша «экономическая заповедь». Он охватывает все — от высоких духовных ценностей до того, как квасить капусту, солить грибы и печь блины. Но помимо экономики и экологии важна также и этика, нравственность. Впрочем, треугольник равносторонний и за основу каждый может взять то, что ему ближе. Это — земная, горизонтальная проекция замысла Великого Творца, Господа Бога. В вертикальной плоскости я помещаю четвертое «э» — Энергию. Творцы богодухновенных книг избегали произносить имя Бога, заменяя его атрибутами Творца. Одно из таких имен — Сила. У древних церковных писателей есть мысль, что видимый мир — это «огустение Божественного Духа» (этот взгляд не надо путать с пантеизмом). В наше время физики тоже говорят о высоких энергиях, о том, что сама материя нематериальна. Поэтому я с полным правом могу назвать творческую силу Бога — Энергией. Божия Энергия создает мир. Согласно библейскому повествованию, Бог сотворил мир за шесть дней (день — это мера времени, но не объем его), и в последний день был создан человек, как высшее творение Бога, как посредник, связующее звено между миром материальным и духовным. Поскольку человек духовен, в нем есть энергия добра, разума, творчества. Ценность деятельности человека зависит от его духовного содержания. Человек, в свою очередь, тоже должен стремиться к Богу, восходить к нему. Когда я рассказывал об этом немцам, я употребил английское слово на «э» — education — «образование», от латинского educatio — «воспитание», «выращивание», «развитие». Но в русском языке соответствующие слова начинаются на другие буквы, поэтому схема осталась «схемой четырех».

Создав первых людей, Бог сказал: «Вот вам рай совершенный. Работайте и сохраняйте». В раю тоже надо было <343> работать — но работа там была радостной. Только когда человек был наказан за своевольство, труд «в поте лица» стал для него проклятием. С грехопадения прародителей произошла трагическая перемена созданного Богом мира. Мы живем в мире искаженном, — но мы должны сделать его лучше. Да, ничто не рождается само собой. Да, нужно вскрыть недра, чтобы оттуда достать и примитивный каменный уголь, и редкие драгоценные металлы. Да, без воды — никуда. Водные запасы находятся в кризисном положении. И для каждой сферы деятельности нужно иметь гарантированное решение. У хорошего хозяина и собаки не злые (хотя надежные сторожа), и коровы дают молоко. Все зависит от отношения к делу. Так, мы некогда весело посмеивались, как плохо живут в Японии полицейские: они вынуждены через определенный период времени бегать в какую–то будку, чтобы подышать кислородом. За последнее десятилетие мне не раз пришлось бывать в Токио. С нашей Садовой не сравнить — чистый воздух! В Дании я первый раз побывал в 1976 г. Тогда от труб пивных заводов шел сладковатый запах этого напитка. Сейчас — прошло уже больше двадцати лет, — на всех трубах колпачки, и ничего подобного вы не почувствуете. В Швеции по улицам бегают зайцы и белки, их можно кормить, а в усадьбе правнука нашего Толстого вы можете увидеть и дикого оленя.

В начале 90–х в нашем обществе была внутренняя тяга поднять тот мощный пласт культуры, который мы постепенно теряли. Было совершено беспрецедентное событие: приглашение соотечественников из–за рубежа, когда приехали потомки дворянских родовитых фамилий. На праздник Преображения 19 августа 1991 года была Патриаршая служба в кремлевском Успенском соборе. А по выходе со службы мы увидели танки у Боровицких ворот, опустевшие улицы. В тот же день по радио услышали нескончаемое «Лебединое озеро» и непривычное слово «путч». Но прошли эти тревожные 3–4 дня, и вскоре начался стремительный распад Советского Союза, — это уж я особенно комментировать не буду, все сами видели.

<344> Одним из первых ударов, которые нам нанесла псевдодемократия, была образовательная программа Сороса, направленная на хищение мозгов, покупку талантов с вывозом их на Запад, а также на разложение устоев нашего общества. Недавно в кругу высоких воинских чинов затронули этот вопрос. Из 23–х регионов, где эта программа распространена, 9 безусловно ее приняли. Эти области находятся на грани моральной катастрофы. «Моральный кодекс строителя коммунизма» все–таки на три четверти состоял из общехристианской, новозаветной морали. А сейчас те учителя, которые еще недавно вдохновляли молодежь «высокими примерами» пионеров и комсомольцев, за чуть повышенную плату проповедуют совсем иные идеалы, — вплоть до того, что детям второго класса уже предлагаются альтернативы нормального брака.

Когда я бываю за границей, я обычно прощелкиваю телевизионные программы, хотя времени смотреть телевизор у мня нет. Такого безобразия, как у нас, нет нигде. Во Франции законодательно запрещено показывать иностранные фильмы более 12% эфирного времени, в Америке бесконечные драки, стрельбу можно было увидеть лет 30–40 тому назад, сейчас эту отыгранную массу спустили к нам. [149]

Лет десять тому назад одна ученая дама выступила в печати со статьей — статья большая, целый подвал: об агрессивности русского народа. Речь шла о том, чтобы в пищевые продукты, в частности, в хлеб, добавлять какие–то химические вещества, депрессанты, для подавления этой природной агрессивности. Я тогда имел возможность видеть эту даму регулярно и при очередной встрече сказал ей, что руки подать ей не могу, поскольку оскорблен лично и национально. Она стала оправдываться, что я, дескать, не <345> так ее понял, но я возразил, что читать, слава Богу, пока еще не разучился и понимать написанное тоже.

Когда шла борьба за права человека, некоторые говорили: хорошо, права, — но где же обязанности? Где чувство долга, ответственность? Ведь без этого тоже нет человека! Любые контакты между людьми возможны только на одной платформе — на основании порядочности. Если этого нет — любые права бесполезны.

Была у нас такая история. Весьма уважаемые люди мне говорят: «Мы хотим помочь Вам в издательской деятельности». — «Очень приятно. А что для этого нужно?» — «Вот мы создали Международный университет, на Петровке, прекрасное здание с колоннами, рядом с Петровским пассажем. Там такие люди, такие все интеллектуальные…» Я говорю: «Ну хорошо, хорошо, давайте посмотрим. Изучить вопрос надо!» С тем членом правительства, который мне это предлагал, я был хорошо знаком, так что не доверять не было оснований. Попили чайку и на этом разъехались. На следующее заседание приезжает некий Асахара. Я тогда даже представления не имел о том, чтó он такое. Мохнатый такой человек, от этого у него и все движения какие–то гротескные. Обнимается. Я только поежился — ну что же, раз обнимается, наверное у них так надо. Нас сфотографировали, потом появилась такая маленькая публикация в газете. А потом через некоторое время оказывается, что это страшная тоталитарная секта «Аум Синрике», которая в Токио взорвала бомбу с отравляющим газом.

Или еще одна история. Есть такая многомиллионная организация Муна, корейские пасторы. Это сейчас уже все знают, что Мун — шарлатан высокого международного класса, а Мунизм — богатая финансовая корпорация, которую корейский предприниматель при поддержке определенных кругов. А тогда у нас еще об этом почти никто не слышал. Так вот, пригласили меня однажды в воинскую часть. Выясняют, не буду ли я против, если там будет корейский пастор. Я спрашиваю: «Это еще что такое?» — «Корейский пастор из Америки. Он кореец, но его отец и мать переехали в Соединенные Штаты и он родился там». Стал он раздавать Библию <346> нашим военнослужащим. Но они сразу сообразили, что к чему, и, получив от него Библию, потом ко мне шли, чтобы я им эту Библию подписал и с ними о ней поговорил.