Вне настоящей общины здоровая, правильная литургическая практика вряд ли вообще возможна. И то, что сказано о венчании, в полной мере касается так же и крещения - этого единственного таинства, упомянутого в Символе веры. Оглашение тоже можно, а часто и нужно, совершать отдельно от самого крещения.

О том, что крещение не есть частное дело и отдельная треба, но что это есть событие всей общины, событие, к которому нужно долго и тщательно готовить человека, сказано и написано немало. Вряд ли на данном этапе церковной жизни нам удастся повсеместно восстановить институт оглашения и наладить катехизацию. Вряд ли вскоре мы насладимся зрением того, как вся община принимает в свои недра новокрещенного человека и с радостью молится на крещении, словно присутствует при родах. Но это вовсе не значит, что главными вопросами для желающего креститься должны остаться такие: «Когда прийти?», «Что с собой взять?» и «Сколько это стоит?»

С пришедшим и просящим крещения человеком нужно говорить, объясняя смысл таинства, разбирать смысл Символа веры и (почему бы и нет?!) оглашать отдельно от крещения. Пусть этот человек выучит молитву Господню, пусть постоит хоть раз на литургии и выйдет после слов: «Оглашенные, изыдите!» Пусть сам прочтет Символ на своем крещении. Это нужно ему в первую очередь. Но это нужно и настоятелю, если он заинтересован в увеличении среди своей паствы числа вдумчивых, основательных и серьезно относящихся к вере прихожан.

Уже доказано опытом, что там, где человека готовят к крещению, а не крестят наспех, плоды крещения приближаются к идеалу и святая древность воскресает на наших глазах. Кроме того, всякое таинство совершается над одним человеком, но неизбежно касается многих. Заставьте крестных перед крещением их крестника причаститься; заставьте их выучить Символ веры. Заставьте их в ответ на ваше «Мир всем!» ответить «И духови твоему». Потребуйте со властью, данной вам Богом, вскоре после крещения принести ребенка на первое причастие. Сделайте хоть что-то из этого или все вместе, добавьте к перечню то, что не названо, и вы со временем увидите свой приход иным. Он будет изменен в лучшую сторону. Сам Бог изменит его, но не без вас, конечно.

У нас всегда хватало людей, которые любое заблуждение готовы спутать со Священным Преданием на основании того, что заблуждение укоренилось и обросло мхом от древности. У нас всегда было немало людей, боящихся перемен и во всякой перемене усматривающих несуществующий след антихриста. Духовная лень, плохое образование, самолюбие и нервная взвинченность тому виной. Но это не значит, что нужно капитулировать перед невежественной ленью с одной стороны и кликушеством с другой. Обновляться и отвечать на вызовы времени все равно придется. И нет в деле обновления ничего более верного, как возвращение к незаслуженно забытому старому. Состарилась ли Церковь Христова за две тысячи лет? Что вы! Она так же молода, как во дни своего рождения, во время Пятидесятницы! Она, конечно, старица, но старица с юным лицом и свежими силами. Такою видел ее в видении апостол Ерм, и нужно нам научиться различать в ней то, что относится к ее вечной юности, от того, что касается следов прожитой жизни, исторического опыта. Этот опыт был не всегда верен, и в Богочеловеческом организме Церкви «человек» часто стремился подчинить своему «человеческому» то, что не его, то, что есть Божественное. Смелость нужна, смелость и честность, рожденные верой, чтобы разобраться во всем этом.

Практика раздельного совершения оглашения и крещения, обручения и венчания - это именно старая практика, по грехам нашим и с нашего молчаливого согласия сошедшая к нулю. Возрождение этой практики назрело. Само время заставляет искать «забытое старое», чтобы не то что развиваться, а хотя бы выжить. Тема требует обсуждения. Тема родит споры, и местами весьма жаркие. Но пока одни спорят, а другие ругаются, третьи будут потихоньку воскрешать забытую практику, и состояние их приходов лучше всяких слов докажет правильность и необходимость возвращения к древним литургическим нормам.

842 «Куда» читать Евангелие

Любой математик вам скажет, что если условия задачи или вопрос сформулирован неверно, то правильного ответа не найти.

Вот и я, хоть и не математик, с большим удивлением то и дело встречаю в церковной среде дискуссии об обрядах и практике совершения Таинств, но не радуюсь возникшему удивлению. Оно, удивление, есть мать философии. Правда, жаль, не всегда.

Удивляться пополам с грустью приходится оттого, что вопросы поднимаются периферийные, а спорят о них, как о Символе веры. И главное, дело обставляют таким образом, что «или - или», дескать «наш ли еси или от супостат наших?».

Вот, например, захотелось людям жарко заспорить по вопросу «куда читать Евангелие?» - «к людям» или «на Восток». Братья и сестры, отцы и матери, владыки и духовники, да ведь вопрос неверно поставлен. При такой постановке правильный ответ невозможен в принципе! Вопрос ведь должен звучать как-то иначе. Например: «Зачем читать Евангелие? Можно ли его просто читать, не объясняя? Должны ли люди в храме слышать и понимать прочитанное? Может ли священник, готовясь к службе, отдать большую часть сил приготовлению проповеди в ущерб канонам?» Ракурсов у проблемы много и вопросы можно ставить больно и по существу. Ну, так давайте ставить эти вопросы. Ведь все остальное, все, что не по существу, это ведь технические частности, меняющиеся от местных обычаев, от ситуации, от размеров храма и возраста священника включительно.

Вот стоит в огромном храме на будничной ранней службе у Престола иерей. (Видел подобное сам, и не раз, потому не фантазирую, но рисую с натуры). Богомольцев не густо. Иконостас массивен. Предположим, батюшка стар или схож с Моисеем не столько силой веры, сколько невнятностью произношения, «гугнивостью», по-славянски. И читает он рядовое зачало в положенное время на Престоле, спиной к людям. И проповедь, допустим, после чтения не скажет. Так кому эта практика нужна и что в ней священного и неприкосновенного? Ведь если смысл чтения Слова лишь в том, чтобы оно было прочитано священником в «нужную сторону», а не в уши людям, так он тогда его про себя или шепотом читать может.

Неужели стоит оканчивать Академию, чтобы понять простейшую мысль: «куда» б вы Евангелие ни читали, оно должно читаться так, чтобы люди его слышали и поняли. А кроме того, зачало дневное или воскресное должно быть объяснено. Во-первых, потому, что отцы сказали: «Писание есть не то, что лишь читается, но то, что понимается». Во-вторых, потому, что как не пережеванная пища усваивается несравнимо хуже пережеванной, так и словесная еда требует уяснения, толкования, размышления и запоминания. Об этом бы поговорить. Не напитаем людей словесной пищей мы, так напитают их другие, «перелазящие инуде», а мы останемся с горьким сетованием на времена и нравы.