И как, будучи праведной, она допустила хотя бы одно существование его на земле живых?

Если же кто заподозрить, что, быть может, я ложь написал, то прости ему, как милостивый, ибо, не ведая долготерпения Твоего, Спасителю,

и бездны человеколюбия Твоего, и услышав о непристойности дел моих,

он справедливо вынес такое суждение, говоря:

если (Божественная) правда безнаказанным оставила его, то нет, следовательно, суда.

Ты же, Боже мой, так как (после) будешь судить, то поэтому ныне весьма долготерпишь.

Ибо спасти всех, конечно, желаешь, ожидая покаяния нашего, которое - от дел, по снисхождению Твоему праведному.

Ибо праведному свойственно не поражать падающих, но скорее напротив, конечно, руку (помощи) им простирать,

что делать Ты, благой мой Владыка, никогда не переставал и не престанешь.

Жизнь всех людей есть брань.

Мы же все люди—рабы Твои, Создатель; однако малые и великие, (все) имеем врагов непримиримых (в лице) князей тьмы.

Поэтому если Сам Ты не подашь (нам) скоро руку (помощи), но попустишь им укрепиться против нас, то где будет Твоя правда и человеколюбие?

Ибо (хотя) мы соделались рабами его (диавола) по своей воле и своему произволению, но Ты Сам, Боже мой, придя, искупил нас и принес к Отцу Твоему в дар, каковыми однако видеть враг нас не терпит,

не вынося той зависти, какую питает.

Но, как лев, рыкает на нас, и ходя и скрежеща зубами, упорно ищет, кого бы поглотить.

Поэтому если Ты, Христе мой, тех, которые этим неукротимым зверем уязвлены и, приняв удары и раны, пребывают лежащими, не помилуешь, или лучше—не сжалишься, ожидая их выздоровления, но поразишь и совсем сокрушишь, совершенно умертвив таковых;

То это, по моему мнению, - праведно, потому что не непроизвольно они пленяются, но добровольно предаются.

Однако коварный и злохитростный, неукротимый и изворотливый зверь этот,

как бы друг, притворяется дружественным, ища всего меня схватить и уловить.

Показывая мне видимую жизнь, он лишает меня жизни духовной.

Окрадывая меня чувством в настоящем, он отнимает (у меня) и богатство будущего.

При внешнем (ведь) созерцании является одно, сокрыто же (в нем), Спасителю, другое.

Если же люди, и познав это, хитро и лицемерно притворяются, (что не знают), то чего не сделает (с ними) изобретатель зла?

Как не обольстит он их и в особенности юных?

Как не прельстит тех, которые незлобивы, совершенно неопытны и нелукавы,

тот, кто по произволению - сатана и лукавый, и искусный изобретатель всякого лукавства?

Однако он решительно всех прельщает и уязвляет, и никто не избежал от его рук, или стрел, не отведав в них заключенного яда, и не ушел (от него) не уязвленным.

Все мы согрешили и лишены, Христе, Твоей неизреченной и божественной славы, и умоляем Тебя туне спасти (нас) и оправдать благодатью и милостью, которую Ты излил ныне на меня изобильно, о чем я не обленюсь говорить и писать.